Есть ветер всегда для чинары высокой,Кто славен, тот не защищен от упрека.Без брата сестра, — что орел без крыла:Его исклевать и ворона б могла.
* * *
Коль воин один, — не составить нам рать,Коль камень один, — башню нам не сложить.Но жизнь лишь одна — и другой не бывать, —И эту одну надо с честью прожить!
* * *
Коль конь твой хорош, — то один раз стегнутьДовольно, чтоб несся он вихрем весь путь.Коль слово разумно, — один раз егоДовольно сказать, чтоб людей повело!
* * *
Одно только каждому сердце дано,Но может огнем ярким вспыхнуть оно:Кто сердце свое посвящает Отчизне, —Тем жить в миллионах сердец суждено.
* * *
Огромна земля, — но родная страна,Как мать и отец на земле лишь одна.Кто Родине верности клятву нарушит;Достоин проклятья на все времена.
* * *
Родимую землю должны мы беречь,Легко на ней жить и легко в нее лечь.И славен, кто жизни в бою не жалея,За землю свою обнажает свой меч!
* * *
Коня перед скачками зря не хвали,Дочь не наряжай, если нравом плоха, —Конь может споткнуться и рухнуть в пыли,Девица — вовек не найти жениха!
* * *
Мой друг! Недостаточно шапку носить,Чтоб храбрым мужчиной в ауле прослыть.Как вор, что он честен, твердить не привык, —Дела его рук не прикроет язык.
* * *
Не греет ни летом очаг, ни зимой.Нет в доме тепла у хозяйки плохой.Где правит хозяйка негодная, — тамИ холодно мужу, и зябко гостям.
* * *
Когда я недружную вижу семью, —То словно терплю пораженье в бою:На сердце обида, тоска и печаль,И тех, кто живет в этом доме, мне жаль.
* * *
Кто гибнет в сраженье, как доблестный воин,Тот имя свое обессмертить достоин.А трус малодушный, хоть жизнь свою спас, —Утративши честь, умирает сто раз!
* * *
Мужчина, что гордость свою бережет,Как крепость, Отчизны надежный оплот.А девушка, верная чести своей,Сравнима с надежностью трех крепостей!
Рассвет в горах
Озаренные рассветом,Розовеют выси гор,С первым солнечным приветомОживает птичий хор.И олень ветвисторогийСквозь редеющую тьмуУстремляется в тревогеК олененку своему.Потому что в чаще где-тоВыл всю ночь свирепый волк,Даже в зареве рассветаВолчий голос не умолк.Вторит волку диким воемБурный, пенистый Аргун, —И весьма обеспокоенЭтим всем олень-прыгун.Легкой тенью вверх несетсяМать-олениха, с ней сын,Чтоб добраться раньше солнцаДо спасительных вершин.И луна, взглянуть не смея.Как лучами блещет день,Прочь с небес бежит скорее,Как испуганный олень.
Асланбек Осмаев
Улица детства
Я часто представляю, как на гребнеВстречных лет,В накрапах серединыВернусь я в тот далекий вечер летний,Где спит калиткаВ кущах тишины.Тревожные глаза,Глаза соленые,Стесненное дыхание в груди…Я руку подаю: «Прими, зеленая!Оставленная улочка,Прости!Дай руку, вольно пахнущую травами…»Не узнавая,Та глядит светло.Уже давно живет Иными нравами,Подвинувшееся к городуСело.Другое детствоНа просторных улицахЗдесь оглашает криками возню.Лишь изредка в толпе —И что тут хмуриться? —Я сверстников забытыхУзнаю.Узнай меня,Нам данная в наследство!»Очарованье верности храня,Ведет меняЗвонкоголосым детством,В улыбках оконУлочка моя.Поет арык, давно прорытый другом,Врачуя душу свежестью,Речист…А в вышине —Взметенной в небо тугоАкацииСмеется каждый лист.И груша, что я посадил когда-то,Плодоносит.Спасибо, брат, ее спасавший в осень!Протянутые ветви пожимаю. —«Давай-ка жить, не старясь!» —призываю…
Клятва
«Я все смогу!» —Не ради красотыПятнал иной истории страницы…История ломает вам хребты —Слепым, самонадеянным спесивцам!Того, кто сеял не зерно, а злоПод голубым,Добро творящим небом,В жестокости лишьВидя божество, —Смело, как сор,святым народным гневом.Коварный князь,губивший храбрецовЗа смелый взгляд,за дерзость ослушанья,Что стоишь тыперед судом веков,Перед глухим молчаньем мирозданья!«Я все смогу!..»Вы яростным копьемЖестокий кличв историю врезали…Правители,вы сталью и огнемКалеча мир,бесследно исчезали.Наполеон,ну, где твои полки?Эй, бесноватый фюрер!Вас хватало,Чтобы топить в кровиматерики —Народная пятавасв прах втоптала.Звучиво имя мира и добраЛюдская клятва,с верой и любовью!А клятву,что во имя зла дана,Бесплодному зернууподобляю.Страна моя!ты все перенесла,Как богатырь,ты не кичилась мощью.И в праве говорить:«Я все смогла!Я все смогу!»Уверен я —тысможешь!
Первая любовь
Цвел медленный закат у родника,Где выкликало сумракПтичье пенье…Любимая,Как облачко, легка,Прозрачна…И страшит прикосновенье.Грел щеку встрепенувшийся листок,В сиянье яблонь,Золотых и летних,Пойми, моя любимая, восторг,Мой отроческий,Первый мой! —Последний…Мешая краски, шум затих земной.Недвижно я стоял перед тобою.Какое чувствоЗавладело мной,Восторгом охватив,Лишив покоя?Сверкал родникИ тихо пел, скрепя.Чист и кристален,Без соринки, фальши,Не смея оглянуться на тебя,Я уходи все дальше,дальше,дальше.
Театр
Вайнахский профессиональный драматический театр был основан в 1931 году, а через 13 лет вместе с народом отправился в изгнание. С восстановлением республики в 1957 году Чечено-Ингушский театр (которому в 1943 году было присвоено имя Героя Советского Союза Ханпаши Нуралилова) возобновляет работу на родине.
В условиях творческой несвободы театр, как и другие виды искусства, должен был существовать в заданных идеологических рамках. Этим определялась тематика спектаклей: борьба с пережитками прошлого, раскрепощение женщины-горянки, трудовой подвиг советского народа, антирелигиозная тема и др. Конечно, все это не могло истребить истинные духовные ценности вайнахов. Народ продолжал жить по законам своей, глубинной, пульсирующей в нем силы, существующей, пока он ощущает себя народом.
Наибольшим успехом пользовались комедии — вайнахи всегда любили посмеяться над собой!
Пьеса А. Хамидова «Бож-Али», поставленная П. Харлипом в 1965 году, стала чеченской театральной классикой. Спектакль выдержал наибольшее количество представлений, был отмечен дипломом и премией на смотре, посвященном 50-летию Октября. Корреспондент «Советской культуры» В. Полтавцев, анализируя этот спектакль, писал: «Думается, что национальному Чечено-Ингушскому театру удается сохранить и продолжить линию творческого слияния различных по возрасту, школам и направлениям актеров в едином ансамбле».