Чтение онлайн

— Какая гадость! — прошипела брезгливо.

Лом сцепил руки на коленях и смотрел в одну точку.

— Я всегда говорю: продаст в малом, продаст в большом, — сказала Танька.

— Иди-ка ты домой, — посоветовала я.

Едва заметно кивнув, подружка исчезла. Я подошла к муженьку, обняла его и на коленях устроилась.

— Забудь об этом, — попросила тихо, точно зная, что Лом-то никогда не забудет. — Ну его к черту…

Муженек меня обнял, прижался щекой к моей руке, пропел:

— Ладушка, — и вздохнул, — никому верить нельзя…

— Мне?

— Тебе верю, — сказал Лом, по-собачьи заглядывая мне в глаза.

— Вот и слава богу… Остальное уж как-нибудь переживем…

Утром я позвонила Таньке.

— С Моисеевым надо решать поскорее. Как бы он нас на кривой кобыле не объехал. Лом успокоится, простит. Он просто помешан на всяких глупостях, только и слышу: в пацанах бегали…

— Сделаем, — сказала Танька, немного помолчала и добавила:

— Погода стоит отличная, не хочешь ли на лыжах покататься?

— Допустим, хочу.

— Вот и поезжай на дачу. А Лому мы командировку организуем.

— Он без меня не поедет. А если по великой надобности и отчалит куда, так найдет способ держать меня дома, да еще звонками замучает.

— Ты кому жалуешься? Главное, чтоб надежный человек шепнул Лешке, что Лом отчалил, а ты на даче одна-одинешенька тоску гоняешь.

— Думаешь, он приедет? — усомнилась я. — Неужто такой дурак?

— Ты что, кассету не слышала? У него навязчивая идея. Будь спокойна, явится…

— Танька, — испугалась я, — что-то мне не по душе это. Генке вряд ли понравится…

— Ты, Ладка, не боись, сделаем по-умному.

Я тяжко вздохнула, повесила трубку и стала размышлять, как половчее убедить Лома отправить меня на дачу. Где-то в десять я позвонила ему в контору.

— Геночка, ты обедать приедешь?

— Нет, Ладуль, мы с Костей уезжаем. — Значит, Танька успела дать ценные указания.

— Да? Вернешься поздно?

— Даже не знаю. Как управимся, сразу домой. Я звонить буду…

— Может быть, мне на дачу съездить, на лыжах покататься? Девчонки звонили… Погода отличная, грех дома сидеть.

— А с кем? — спросил Лом. Моих подруг, как и мои отлучки из дома, он не жаловал. Я все подробно рассказала, и муженек вроде бы успокоился.

— Можно, Гена? — тонким голоском спросила я.

— Поезжай, — ответил он.

— Спасибо. Мы на лыжах покатаемся, вечером в баню…

— Так ты с ночевкой хочешь? — насторожился Лом.

— А нельзя?

— Ладно, оставайтесь, — сказал он, подумав. — Я туда приеду.

Заверив его в своей большой любви, я стала организовывать подруг. Дело это пустяковое и много времени не заняло. Через час мы отправились на дачу.

В пять отвезли Людмилу в город, остаться ночевать она не могла, а мы с Ириной прогулялись вдоль поселка, с удовольствием слушая, как хрустит снег под ногами, и в дом вернулись. Только собрались идти в баню, как под окнами затормозила машина.

— Генка, что ли? — спросила Ирина.

— Вряд ли, — ответила я. — Вот что, иди наверх и задержись там на некоторое время.

Ирина человек понятливый, поднялась на второй этаж, а я пошла открывать дверь. На пороге стоял Моисеев и скалил зубы.

— Как дела, Ладушка? — спросил он с той особой интонацией, которая вроде как предполагала, что я мгновенно брошусь ему на шею.

В ответ я продемонстрировала бездну удивления:

— Алеша? Как ты здесь оказался?

— Мимо ехал. Ты меня в дверях держать будешь или позволишь войти?

— Генки нет…

— Я знаю. А чего это ты испугалась? — хмыкнул он.

— Ничего я не испугалась. Проходи.

Он прошел, снял куртку, по дому прогулялся, но смотрел все больше на меня.

— Хорошо устроились, — сказал с улыбкой. — Умеешь… за что ни возьмешься, все у тебя получается.

— Это ты о чем? — удивилась я.

— О многом. — Он сел в кресло и поинтересовался:

— Лом надолго отчалил?

— Позвони ему и спроси.

— А я тебя спрашиваю.

— Ты зачем приехал?

Лешка засмеялся, разглядывая меня с каким-то озорством.

— Выпить есть? — спросил он.

— Что? Да, есть, конечно. Что принести?

— А ты что будешь?

— Коньяк.

— Ну и я коньяк.

Я ушла на кухню, потом поднялась наверх. Шепнула Ирине:

— Позвони Генке, скажи, к нам какой-то мужик приехал, пьяный. Лада, мол, очень испугалась.

— Что-то ты на испуганную не похожа, глаза так и горят, — усомнилась подружка.

— Делай, что сказали, — хохотнула я, — а испугаться мы еще успеем. Позвони и через полчасика спускайся вниз.

— Понятно. Всегда к вашим услугам, хоть и не совсем улавливаю, в какую сторону ветер дует.

Я вернулась к Лешке. С какой стати он был так уверен в том, что я его жду и горю нетерпением, оставалось загадкой. Конечно, Танька в паре с Вовкой на многое способны, но все же нельзя быть таким дурнем.

Я села в кресле напротив. Он разлил коньяк и сказал:

— За нас, Ладушка.

Я кивнула и выпила. Через несколько минут Лешка стал томиться, разговаривать со мной ему всегда было тяжело, а теперь я и вовсе рот неохотно открывала, сидела, смотрела на него и улыбалась. Несколько раз он порывался встать, но что-то его удерживало, скорее всего сомнения в собственных силах. Хоть и слыл Лешка бабником, но дамы о его достоинствах отзывались с прохладцей. Ударить в грязь лицом ему было боязно, а отступать не хотелось. В общем, он здорово напоминал лису из известной басни. Как Танька выражается, и хочется, и колется, и мамка не велит.

Когда он вроде бы собрался с силами и направился ко мне, на лестнице появилась Ирина и весело сказала:

— Привет. А я и не знала, что у нас гости.

Лешка удивленно обернулся и заявил с легкой обидой:

— Я думал, ты одна…

— Я одна никуда не езжу. Муж не пускает, он ревнивый…

— Наслышаны, — кивнул Лешка и вроде бы успокоился. — А подруга твоя рано спать ложится?

— Да я вообще ночами не сплю, — хохотнула Ирина, наливая себе коньяка.

— Да? Спать надо, для здоровья, говорят, полезно. — Перебиваясь такими шуточками, мы продолжали сидеть. Ирина разглядывала гостя, Лешка пытался что-то понять, а я ожидала муженька.