Чтение онлайн

Там же сходили в столовую, пообедали.

Это оказался мрак. Нет, не столовая. Столовая тянула смело на уровень нашего районного ресторана. Я совершенно о другом. Конечно, никто об этом не подумал. За столом вести себя прилично почти никто не мог от слова совсем. Локти на столе это самое безобидное. Всё брали руками. Некоторые не пользовались даже вилкой. Ножи столовые взяли только я и Миля. Про чавканье и сёрбание вообще молчу. Миля начала всех учить. Заставила всех сходить вымыть руки и взять вилки и ножи. Промучились мы там часа два. Но хоть что-то стало выходить. Учительницы все, на удивление, быстро вспомнили, как охотились за городскими женихами и пускали им пыль в глаза по ресторанам или чего там у них было. Ну и окончательный приказ Мили был прост. За столом не разговаривать, не чавкать и других звуков не издавать. Нос и руки скатертью не вытирать. Как и что есть смотреть на её, учителей и меня. Руками брать из еды можно только мучное и фрукты. Перед едой и после туалета обязательно мыть руки. Но последнее, по её интонации я понял, мало выполнимое её пожелание.

Про себя скажу, что посещаю рестораны с 7 лет точно. У моего друга мама была директором нашего ресторана, который имел смешное тогда для меня название Острава. Да, вот так вот назывался. И мало кто знал почему. Так вот, она нас часто там угощала обедом, и конечно показывала и следила, что бы мы правильно ели. Потом в поездках на Донбасс мы делали пересадку и ждали 4 часа электричку. Во время ожидания обязательно посещали вокзальный ресторан. Точно такой же как в фильме «Вокзал для двоих». Так что опыт у меня был. Да и дома у нас все себя вели за столом подобающе. Хотя врать не буду, где рыбные вилки ножи и как ими орудовать не знаю и не умею. Справляюсь обычными.

Глава 12 Киевский жд вокзал

Близилось время отъезда. Автобус с вещами ждал нас на стоянке напротив Вокзала. А мы пешком направились к нему. С тыльной стороны Универмага есть улочка, которая ведёт к переходу на привокзальную площадь. В крытом здании перехода нас ожидало очередное развлечение. Поездка на самодвижущейся ленте-дорожке. Типа эскалатора, но горизонтальная. Опять возникло желание покататься туда-сюда. Благо время позволяло и Миля тоже. Спасибо ей большое !

Добравшись до стоянки, мы быстро нашли автобус, забрали вещи и пошли в сторону Вокзала. Группа немного уже пришла в себя. И не глазела ошарашено по сторонам. Первые шоки уже прошли и скопление сотен автомобилей различных марок на стоянке перед Вокзалом уже не вызывало бурных эмоций.

Дошли до здания Вокзала благополучно, хоть и нужно было пересечь по наземному пешеходному переходу улицу со сплошным потоком машин. В самом Вокзале все ошалели от огромного количества хаотично двигающегося народа. Даже я, который тут бывал много раз, всегда приходил в некоторую ажитацию. Миля, как заботливая и испуганная квочка, стала издавать выкрики, которые нельзя было понять конкретно суть, но смысл был ясен. Не щёлкать клювом и держаться ближе к ней. Мы продвигались строго вперёд в этом людском океане. Затем по большой лестнице поднялись на второй этаж в зал ожидания, который находиться над путями. Там большую часть группы ожидало ещё одно потрясение. В окна, которые выходили на пути в низу, прекрасно было видно поезда, тепловозы, вагоны. Их прибытие, отбытие, посадка и высадка людей из них. Все, кроме мня и Мили прильнули к ним. Я предупредил Сергея, что бы оставались тут пока мы с Милей не найдём, где на все примоститься. Не у спели мы подойти к местам ожидания, как объявили о посадке на поезд Киев-Кишинёв и огромная толпа людей, похожих на прилично одетых цыган, непонятно гомоня, ломанулась со своим скрабом на выход. Чуть нас не затоптав. Это была удача. Я и она тут же побросали свои вещи на освободившиеся места, заняв таким образом четыре места через одно. Крикнул Миле, что я бегу за нашими. Она кивнула согласно в ответ и начала делать пассы и движения, иногда издавая звуки, которые видимо должны были дать понять всем остальным, что вот эти места хоть и свободны с виду но уже заняты. Я быстро добежал до наших. Там было совсем рядом и попытался оторвать их от созерцания. Мне это не удалось. Такова сила цивилизации. Наверное стеклянные бусы произвели на дикарей такое же действие. Тогда я схватил в обе руки чьи то вещи и крикнул Сергею сделать тоже. Побежал назад. Там пока Миля справлялась. Мы заняли ещё четыре места. Я оставил Сергея держать оборону с другой стороны от наших мест. Это было для него почти не выполнимо. Сейчас в этом одном месте собралось больше людей, чем в его селе вместе с новорожденными и древними стариками. Он просто развёл руки в стороны, не давая никому пройти. На некоторое время этот не хитрый приём возымел действие. Когда я вернулся, как раз до некоторых дошло, что на большее этот парень не решиться и самые наглые пытались даже убрать лежащие сумки пакеты с сидений. Тут я бесцеремонно всем сказал, что эти места забронированы. И группа туристов вон уже идёт. Накал начал спадать. Так как опять освободилось много мест после объявления посадки на поезд до Черновцов. И снова разноголосая и смуглая толпа чуть всех не сбила. Наши как раз стали подходить. И опять я не понял ни слова из их речи, хотя точно знал, что Черновцы это – УССР. Ротару вроде от туда. Хотя, что такое или кто такая Червона Рута и чего её не надо искать вечерами мне не понятно. И вроде всё на украинской мове.

Мы все расселись и стали делиться впечатлениями от Киева и от окружающего многолюдья. Зная хорошо Вокзал, я предложил желающим пройтись всё разведать. На удивление почти все согласились. Не захотела Оксана и моя одноклассница, надо ей тоже дать имя, пусть будет – Лена. С ними осталась Миля и ещё одна учительница, та которая более продвинутая и ей это всё не интересно. Сразу решил им показать, где ближайший туалет. На всякий случай. В принципе уже все освоились. И не шарахались от наглых пассажиров, прущих как танки. Уже свободно ориентировались в пространстве и легко могли найти дорогу к нашему расположению. Заметив это, я предложил разойтись всем по интересам. Мы с Сергеем намеревались пойти посмотреть на памятник паровозу. Серёга никогда в жизни его не видел в живую. Он правда ничего из окружающего не видел. Но ничего. Понемногу выгавкаеться, как говорит мой папа. С нами увязались две барышни. Я, как джентльмен, купил всем по мороженному. И Серёге тоже, хоть он и отнекивался. Он и барышни всё время повторяли, что приедут домой и как будут всё рассказывать. Я им посоветовал не всё сразу вываливать на неподготовленные головы их односельчан, а постепенно. Например, о мною рассказанных «секретах» не говорить в первый день. А уже потом, под большим тоже «секретом». Да и на счёт количества съеденного мороженного тоже помалкивать. Ох, не ведал я ещё тогда, что ждёт нас впереди. И что я сам буду вот так крутить ошарашенно головою вокруг и ошалелыми глазами с открытым ртом. И про мороженное, например, чешское 30 сортов, разных цветов и вкуса, и даже из автомата, мне тоже никто особо не будет верить. Не говоря про другое. Будут обзывать брехунами вместе с Ленкой одноклассницей.

Паровоз стоял в конце первой платформы. Найти его было не трудно. Впечатление он произвёл на всех огромное. Особенно размерами колёс в два человеческих роста. Тут я начал рассказывать о своих поездках на поезде на Донбасс. И что там полно этих самых паровозов стоит на запасных путях. И так же много ездит. Что чистая правда. Потом, правда, доврался до того, что и бронепоезд тоже там на запасном пути стоит, как в песне «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути !». И что и на нём был и на паровозе катался. Короче «Остапа понесло». Правда тут посыпались вопросы, что такое Донбасс. Я начал рассказывать, что это такое место на востоке Украины, там везде стоят огромные кучи породы из шахты, по 100-200 метров высотой, тереконы называются. И что они дымят и можно провалиться и сгореть внутри. И что по поверьям местных стариков там внутри живёт баба Яга. И дальше по тексту детских и народных сказок, про украденных и зажаренных непослушных (или всяких ?) детках. Тут опять появился червь недоверия у девушек. Серёга кажись повёлся. Бабушкина работа. Ну да, девочки себя уже считают взрослыми дамами, а тут им про персонажа детской сказки лапшу вешают. Нет, вот когда они по-настоящему повзрослеют, вот тогда они на это будут вестись с большим удовольствием. А пока им надо всячески от детства отстраняться и хоть внешне показывать свою взрослость. Хотя Ленке, например уже ничего особо не нужно показывать. Всё уже видно. Не зря даже перед самой посадкой в автобус её мамаша шёпотом на повышенных тонах давала наставления блюсти приличия и правила поведения 14 летней девочки. Косички даже ей накрутила с бантами. Вот умора. Эти банты как раз всё и проявили. Как мой проявитель плёнку. А этим девчушкам ещё ой как нужно себя выделять из детского образа. Вот опять благосклонно разрешили их угостить пепси в вокзальном буфете. И что где берётся. Ни тебе спасибо, ни тебе на ! Одна моя знакомая в будущем будет мне по ушам ездить, что уже в 15 лет научилась правильно принимать подарки от мужчин. Что тут умного или хитрого ? Тупо подарок взяла, а мужика или там парня продинамила. Велика наука. Вот посмотрю на вас как вы все в очередь выстроитесь, когда я свой фотоаппарат достану. На этой благостной мысли мы вернулись к нашему табору. Иначе не назовёшь.

Мы заняли весь проход между рядами сидений, расположенных напротив друг друга своим скарбом. Монументально смотрелась огромная сумка, в которой, как я подозревал, была водка или что-то спиртное. Появились все наши сопровождающие плюс к ним добавились ещё один инструктор, как я их называю, и ещё один кэгэбист, так как он стоял рядом с нашим кэгэбистом.

Они все мило общались с учителями и Милей. Тоже, как я понял, проявили мужскую смекалку, или как это назвать, может вежливость по отношению к женщинам близкого возраста, ах вот, вспомнил – галантность к дамам проявили. Купили им по мороженному. Я не знаю как их жёны к этому отнеслись бы, но вот в нашей семье это было бы воспринято по меньшей мере язвительно со стороны мамы. Ну из присутствующих, наверное только я мог «стукануть» по крайней мере на наших, да и то по приезду. Да и не напрямую, а проговорившись той же маме. Она то уж точно не упустила бы возможность это всё передать в нужные уши. Забегая вперёд скажу, что ничего подобного я не сделал. Это сделала Оксана, доложив своей маме, что все мужчины с ума сошли (укр. з глузду зъийхалы) у тому Кыеви и угощали всех мороженным. Я значит учениц угощал, а дядьки угощали учителёк. (сурж.ук. вчытылёк). Вот так потом мне мама это донесла. Без всяких комментариев, ну может про себя добавив про яблоко и яблоню, в смысле папу.

Доев мороженное, киевский инструктор, возраста моего папы по отечески обратился к нам с вопросом как нам в Киеве и что больше всего понравилось ? Я подумал про себя, что «Штирлиц никогда не был так близок к провалу как сейчас». Тут все как начнут восторженно рассказывать про мои все «сектретные» байки. И отправят меня домой их родителям рассказывать. Но народ как в рот воды набрали. И я решил, что это мой шанс. Поднял руку, как примерный пионер и отличник, и попросил разрешения поделиться впечатлениями. Сразу поблагодарил наших сопровождающих за такую насыщенную программу. Восхитился Музеями Войны и Ленина, Крещатиком, Метро и Парком Шевченка. Услышав про Музей Ленина, киевский товарищ немного нахмурился. И потом он высказал мнение, что лучше бы нас в Дворец Пионеров свозили, Ленин рановат ещё для нашего понимания. Наши инструктора закивали согласно но сослались на решение «с верху». А так конечно и в Зоопарк можно было или Цирк. Ну это уже с другой группой. И всё это при нас. Народ стоял как обманутый в лучших своих надеждах и ожиданиях. Лишили плохие дяди детей Зоопарка и Цирка.

Глава 13 Посадка

Тут как раз сообщили, что начинается посадка на наш поезд. И я с облегчением про себя вздохнул, схватил свои и пошёл со всеми на посадку.

Вагон, конечно, был купейный. Подойдя к нему, мы все снова выстроились с вещами, а Миля с кэгэбистом зачитывали по списку фамилию и говорили номер купе и место. Инструктора разделились. Киевский следил за порядком на перроне, один из наших уже был внутри вагона в тамбуре, а второй стоял с пачкой билетов у проводника. Когда к нему подходил названный пассажир из нашей группы, он отдавал билет проводнику, та его у себя помечала и отдавала пассажиру. Пассажир заходил в вагон с вещами и двигался в своё купе. Ну так было в идеале. Список составляли в кэгэбэ и был он в алфавитном порядке. Видно, что для кэгэбиста одновалентно кто ученик, а кто учитель. И вот сразу же начались непонятки. Большая часть группы никогда в поездах не ездила, а та, что ездила, то в основном в плацкарте. Я сам то с родителями ездил в купейном и то пару раз.

Короче началась возня и суета. Так как не могли понять, где номер купе. Тот инструктор, что был в вагоне тоже скорее всего не ухом ни рылом куда глядеть. Садились в вагон не только мы. Начались уже недовольные возгласы. И тут вышел на первый план киевский товарищ. Хорошо поставленным голосом погасил недовольство на перроне, сообщив, что организованные группы, следующие за рубеж, имеют преимущество перед всеми другими пассажирами, кроме дипкурьеров. Есть среди присутствующих такие ? Естественно, не оказалось. Потом он спросил у нашей группы, кто уже ездил в купированных вагонах ? Тут опять меня дёрнуло поднять руку. Одобрительным кивком я был направлен вне списка. Зайдя в вагон, провёл в назначенные купе уже троих толпящихся в тамбуре и зашедших в коридор вагона инструктора и первого нашего турЫста, хоть они были все женского пола. Мне понравилось это слово из уст Папанова в «Бриллиантовой руке».

Таким образом я занял место в тамбуре, а инструктор помогал с вещами и размещением в купе. Дело двинулось. И вот на перроне остались кэгебисты, инструктора и огромная сумка с подозрительных содержанием. Я так понимаю, все немного испугались киевского товарища. Тут на перрон вышла Миля и позвала кэгэбиста в последний раз проверить. На что киевский товарищ возразил и предложил всем разместиться сейчас спокойно. Точно определить для каждого номер места и купе. А затем выйти сюда уже без вещей и в спокойной обстановке провести финальную перекличку и попрощаться с провожающими. Все естественно согласились. Мили уже повернулась всех звать, как тут киевский товарищ ей в след с улыбкой и говорит, что негоже чешских товарищей оставлять без наших традиционных подарков и кивнул на сумку. Все тут же облегчённо рассмеялись. А из тамбура, как из засады, выскочили две училки, что таскали эту сумку и тут же её уволокли, воровато при этом озираясь. Под общий смех. Сумка же издавала характерный звон и бульканье. Миля им в след крикнула грозно, что бы осторожно несли и ничего не побили там. Хохот усилился. Я это всё видел и наблюдал вначале из окна, а затем непосредственно на месте событий.