Чтение онлайн

Действительно, в ходе подготовки к развалу СССР нам очень много рассказывали о «невидимой руке рынка» и о том, как хорошо она способна сама собой отрегулировать спрос и предложение, сбалансировать их между собой. При этом умалчивали о том, что 100 % крупнейших мировых ТНК, которые производят также почти 80 % высокотехнологичной продукции в мире, начиная от традиционных направлений сельскохозяйственного производства и заканчивая космическими спутниками, работают в условиях жесточайшего долговременного планирования. Это планирование пронизывает тысячи смежников по всему миру, которые подчиняются именно плану, регулируемым транснациональными компаниями ценам и длительным договорам, а отнюдь не спросу/предложению.

Безусловно, конкуренция имеет место. Но это скорее конкуренция между разными технологическими школами, чем конкуренция чистого рынка. Например, компания Apple и ее продукция, основанная на собственном дизайне и операционной системе, и Google|Android-устройства конкурируют в первую очередь не на рынке, а в сфере технологических отличий, дизайна. Сам инновационный продукт способен создавать себе рынок.

При этом важнейшим фактором конкурентоспособности является цена продукта. Но каким образом она достигается?

В первую очередь – через устранение малейшего паразитического интереса в цепочке создания добавленной стоимости конечного изделия. Другими словами, каждый смежник завода, каждый поставщик сырья в системе не должен получать больше выгоды, чем он создает добавленной стоимости в цепи. Излишняя или незаработанная премия – это и есть паразитический интерес. Очевидно, что коррупция, дополнительная незаконная нагрузка на бизнес являются такими паразитическими факторами.

И эти факторы в современной экономике ТНК устраняются строжайшим планированием. Когда надо, корпорации используют и силовые средства.

Необходимо понимать, что кризис капитализма вызван тем, что на современном этапе он вынужден развиваться в условиях постоянно убывающей полезности вовлекаемого в оборот сырья при сдержанном росте рынков. Если раньше необходимые нам ресурсы лежали чуть ли не на поверхности земли и надо было только нагнуться, чтобы поднять их, теперь человек вынужден покорять Арктику и бурить глубокие скважины. В каждом долларе, евро или рубле цены товара все большую долю составляют издержки производства.

Все это означает то, что со временем планирование должно будет жестко регламентировать не только производство, но и потребление человеческого общества.

Э. Кольман отмечал, что «с кибернетической точки зрения коммунистическое общество представляет собой сложную открытую динамическую систему с идеальной авторегуляцией. Металлорежущий станок-автомат с цифровой программой обладает отрицательной обратной связью. Это значит, что в нем автоматически выравниваются случайные отклонения от запрограммированного режима. Когда вы желаете схватить карандаш, то по нервам распространяются не только команды от мозга к мускулам руки, но и обратные сигналы, исправляющие неверные движения благодаря тому, что ваш глаз следит за ними. То же самое должно происходить и со случайными отклонениями общества от состояния подвижного равновесия. Система в целом и все ее подсистемы должны обладать отрицательной обратной связью и действовать по оптимальной программе. При этом директивы и планы не должны „предусматривать“ все детали, система должна действовать не только по команде „мозга“, но и во взаимодействии с отбором, осуществляемым ее „периферийными органами“, короче говоря, она не должна быть жестко детерминированной. Поэтому элементы системы, скрепленные многочисленными и разнообразными связями, должны обладать достаточной степенью свободы, предоставляя максимальный „свободный пробег“ инициативе и давая простор дифференциации указаний в соответствии с местными особенностями. По каналам связи одинаково легко и полно в обоих направлениях – „снизу вверх“ и „сверху вниз“ – должна протекать максимально охватывающая, своевременная и точная информация, с минимальными искажениями». Конечно, кибернетические методы приносят пользу лишь под контролем принципов данной специальной области исследования (например, физики или биологии) и не должны подменять их. Следовательно, и проблемы управления обществом кибернетика может научно решать только на основании принципов общественной науки.

Собственно говоря, Э. Кольман четко сформулировал

• Гармонизация заданного режима системы с достижениями и законами науки и техники, системой истинных ценностей современного общества.

• Максимальная объективность управления, исключающая влияние любых личных и групповых эгоистических интересов и существование в обществе каких бы то ни было привилегированных лиц и слоев (построение эгалитарного общества вместо элитарного).

• Наличие отрицательной обратной связи и действие по оптимальной программе, с целью выравнивания случайных отклонений от заданного режима.

• Иметь достаточную степень свободы, не быть жестко детерминированной.

• Действовать не только по команде «мозга», но и во взаимодействии с отбором, осуществляемым «периферийными органами».

• Свободное прохождение информации в обоих направлениях – «снизу вверх» и «сверху вниз».

• Передача через систему только точной информации, с минимальными искажениями.

Очевидно, что все вышесказанное будет справедливо для любой системы управления современным обществом, даже не пользующимся в полной мере благами достижений кибернетики и компьютерной техники.

Кольман справедливо утверждал, что только общество, развивающееся по указанным выше принципам, будет аналогично модели, в которой структура управления гармонически сочетается с максимальной значимостью и мобильностью всех ее элементов.

Эти принципы дополнительно включают в себя специальные требования к человеку в обществе:

• участие в производительном, в том числе и физическом, труде (оно будет минимальным) всех работоспособных членов общества;

• отсутствие в модели лишних, незагруженных и перегруженных элементов;

• постепенное, но неуклонное преодоление расхождения высоких и низких жизненных уровней, последовательное сближение их (эгалитарный мир – мир равных в возможностях);

• подлинную выборность, ответственность перед избирателями и сменяемость всех должностных лиц;

• преодоление авторитарного способа мышления (последние три условия необходимы для поднятия инициативности всех членов общества; этому соответствует максимальная адаптивность элементов модели);

• подбор кадров исключительно по их компетентности (этому соответствует надежность элементов модели);

• полную информацию об обществе, доступную для всех его членов.

Внимательно посмотрите на ту систему, которая выстроена, скажем, в современной России, и ответьте себе на вопрос, насколько она отвечает заданным критериям? Вспомните выступление Г.О. Грефа на ПМЭФ с его сетованием на то, как сложно манипулировать обществом, если его члены достоверно информированы.

Можем ли мы задумываться о будущем, когда «капитаны» нашей политики и экономики смотрят назад, в века «хлеба и зрелищ», века заката империи Древнего Рима?

Однозначно нет. Грабительский капитализм, вооруженный цифровыми технологиями, которые стократно усилят его недостатки, – это «голем» XXI века, который уже становится неуправляемым. Если в корне не изменить ситуацию, еще 5-10 лет, и мир станет на пороге новой глобальной катастрофы.