Чтение онлайн

Он не рассказал также Константину подробности случая с пропажей Стивена Хокинга. А этот случай он напрямую связывал с убийствами 23 учёных.

Известный космолог и физик-теоретик Стивен Хокинг бесследно исчез в декабре 2013 года. Попытки установить, куда он пропал, ни к чему не привели. И тогда Расти Голдман подключил к этому делу своего лучшего агента Мохаммада Али. Совсем скоро Мохаммад принёс Расти Голдману странную запись, сделанную уличной видеокамерой. На записи было видно, как некто, большого роста и крепкого телосложения, вкатывает инвалидное кресло со Стивеном Хокингом в телефонную будку. Затем дверь будки закрывается, будка наполняется каким-то белым дымом, дым рассеивается, а внутри будки никого не оказывается: ни Хокинга, ни человека, который его туда вкатил.

Пять месяцев расследование о пропавшем Стивене Хокинге стояло на месте, пока дотошный Мохаммад Али не обнаружил потерявшийся кончик ниточки. Это снова была видеозапись, но снятая уже не в Кембридже, а уличной камерой в Гонконге. И на записи снова была телефонная будка – пустая красная английская телефонная будка, которая наполнилась вдруг ни с того, ни с сего белым дымом и из неё вышли тот самый неизвестный – высокий, атлетически сложенный человек и… Стивен Хокинг – без инвалидного кресла, на своих двоих, чуть прихрамывающий, опирающийся на тонкую тросточку. Самое поразительное заключалось в том, что время съёмки обоих эпизодов (с учётом разницы часовых поясов) было одно и то же. То есть Хокинг превратился из калеки в здорового человека практически мгновенно.

Дело принимало дурной оборот, поскольку было связано с чем-то сверхъестественным, нужно было запрашивать разрешение руководства на продолжение расследования, однако Расти Голдман взял всю ответственность на себя и дал указание Мохаммаду разматывать клубок дальше. Мохаммад узнал, что человек, похитивший Хокинга, иногда появляется в гонконгском аэропорту «Чек Лан Кок», прибывая туда на частном вертолёте «Тигровый шершень» в качестве пилота. В Гонконге он закупает продукты, промышленные товары, грузит их на вертолёт и куда-то улетает. Куда, Мохаммад выяснить не смог. Потому что это было последнее его сообщение.

Останки Мохаммада Али были обнаружены в номере отеле «Хилтон». Всё, что удалось собрать от Мохаммада, уместилось в стандартный полиэтиленовый пакет. Расти Голдман лично осматривал место гибели своего лучшего агента. Тело Мохаммада разлетелось на мелкие кусочки. Каким оружием его убили, эксперты определить не смогли. Дальнейшее расследование исчезновения Хокинга Расти Голдман приостановил.

«Если такой матёрый профессионал, как Мохаммад Али, получивший свой оперативный псевдоним, благодаря тому, что мог держать удар не хуже легендарного боксёра, не справился с возложенным на него заданием и погиб, значит, спарринг-партнёр оказался гораздо сильнее него. И прежде, чем поручить другому моему сотруднику ту же работу, я должен понять, с кем мы имеем дело», – резонно решил Расти Голдман.

Он искренне надеялся, что Константин прояснит ситуацию. Но теперь, когда Константин только ещё больше её запутал, он не знал, что и подумать. Выходило, что в процесс вмешиваются некие потусторонние силы. И хотя Расти Голдман не верил ни в чёрта, ни в бога, внутреннее чутьё подсказывало ему, что дальнейшее продолжение расследования может стать смертельно опасным для него самого.

Завибрировал мобильный телефон. Судя по трели звонка, номер был незнакомый. Расти Голдман вынул ай-фон из внутреннего кармана пальто и приложил к уху.

– Ты всё ещё не понял, во что ты ввязался и кто я такой? Никакого досье об убийствах учёных русским не давай, а уходи в отставку, если не хочешь умереть, как Мохаммад Али или как Аршад Шариф. Не играй с огнём, слышишь, а то сгоришь, – сказали на том конце линии и отключились.

Расти Голдман мысленно увидел того неизвестного, что был рядом со Стивеном Хокингом: лицо – А-16, телосложение – В-22, походка – С-8, манера говорить – D-5, манера одеваться – Е-34. Мохаммад успел заснять его на видео до того, как расстался с жизнью. В электронной картотеке неизвестный не значился.

Внешне Расти Голдман никак себя не проявил. Ни один мускул не дрогнул. Но от этих слов он испугался до полусмерти. Звонок стал последней каплей. Расти Голдман тут же принял решение.

Он набрал номер телефона «Гатвика» и заказал билет на ближайший рейс до Стокгольма. На самом деле ни в какой Стокгольм он лететь не собирался. А собирался лететь в Цюрих, там сделать пластику, снять все деньги с банковского счёта, поездом доехать до Парижа, а оттуда, наняв частный «Лир-джет», сбежать на Карибы.

Он поднялся со скамейки, выбросил ай-фон в урну и, не спеша, пошёл из парка к стоянке такси.

Годфрид Шропшир и я сидели у бассейна с голубой прозрачной водой и маленькими глотками пили ирландский виски «Jameson». Кокосовые пальмы слегка шелестели листвой, потревоженные тёплым бризом с моря. Вокруг цветущих кустов плюмерий, источающих сладостный запах, кружили шмели и пчёлы. Трёхэтажная вилла за нашими спинами хранила гордое непривычное молчание. Солнце, стоявшее в зените, приятно согревало кожу. Бездонное синее небо, висевшее над островом, было без единого облачка. Если не считать инверсионного следа, расчертившего его кривой белой линией. Линия медленно расползалась и растворялась.

Я представил, как это будет выглядеть, когда они доберутся до цели: ослепительно красивая женщина, угловато-квадратный охранник и щуплый неказистый замухрышка. Женщина войдёт в новый мир мягко, будто пантера, охранник – тяжело ступая, словно шагающий экскаватор, замухрышка – шаркающей походкой, опираясь на тонкую бамбуковую тросточку. Довольно странная и одновременно забавная компания: Элли, Железный Дровосек и Страшила. «…Мы в Город Изумрудный идём дорогой трудной…» Я улыбнулся, отпив из бокала обжигающий виски. Кубики льда глухо стукнули о стекло.

«Как они умудрились всунуть три барокамеры в такой маленький корабль?» – как подводная лодка, всплыла мысль откуда-то из глубины сознания, но вслух я сказал иное:

– Так что же это получается, теперь остров наш?

При этом поднял бокал над головой, тем самым приглашая выпить за замечательное приобретение.

Годфрид Шропшир, удобно разместившийся в шезлонге в трёх метрах от меня, расплылся в улыбке:

– Как видишь.

Однако свой бокал он поднимать не стал, так как из жестяной коробочки наполнял английским табаком обуглившуюся чашечку курительной трубки. Я обратил внимание на сверкающие на солнце капли воды, лежавшие на вытатуированной у него на предплечье круглой эмблеме «Manfred Mann’s Earth Band». Мы только что выбрались из бассейна. Эмблема чем-то напоминала эмблемы лунных экспедиций «Аполлонов».

– Хокинг всё же осуществил свою мечту, – сказал я, приложившись к бокалу, – сбежал от Эболы.

Годфрид раскурил трубку, выпустил из ноздрей, словно Змей Горыныч, струи дыма, поправил на переносице солнцезащитные очки и изрёк, как ни в чём не бывало:

– Ты в курсе, что придумали американцы? Модернизировали вирус, чтобы очистить Африку от негров. Вакцина излечивает только белых. Зачем Америке негры? Ей нужны африканские алмазы, африканское золото и африканская нефть. Не правда ли, гениальная идея?