Чтение онлайн

– Прием, Билграм, Гроу, как слышите?

– Хреново слышу. Я подобрал людей. Мы можем взлетать?

– Скоро сможете, я отключу систему полностью.

– Полностью? Почему просто не настроить «свой-чужой»?

– Нет связи, с как не иронично, Центром Связи. Придётся отключать всю систему. Как только я это сделаю, вы взлетаете? Поняли? Выйдите за пределы планеты, я включу систему обратно.

– Погоди, а ты?
– услышал голос Гроу.
– Талер, ты обещал вернуться! А теперь говоришь что остаешься?

– Прости Гроу.

– Талер! Тащи свою задницу сюда! Если ты не вернешься, я больше никогда не буду готовить тебе рагу!
– ее голос дрожал.

Я улыбнулся.

– Гроу, как только я дам команду вы взлетите и передадите коды флоту, я справлюсь.

– Гамелан! Не смей уходить вот так!
– истерично крикнула она.
– Пожалуйста...

– Мы ещё увидимся, Гроу, -сказал я, и достав сигарету, закурил.
– Как только я подам команду, взлетайте, прошу вас.

– Хорошо, -ее голос звучал так будто она плакала.
– Мы взлетим по команде.

Я открыл консоль и начал водить команды доступа. Я уже работал с похожей системой, так что это было быстро. Мне осталось нажать лишь ввод и система обороны заснет. Я включил коммуникатор.

– Взлетайте, как только выйдете за пределы атмосферы, подайте сигнал.

– Хорошо, -голос Билграма был печальным.

Я нажал ввод, мониторы разом отобразили, «Внимание! СОО отключена! СОО отключена!». Сев на стул, я начал ждать сжимая коммуникатор в руке, «Я ведь прав, Грей?».

– «Орхидея» на орбите, - голос Гроу был подавлен.

– Лайнер на орбите, - отрапортовал Билграм.

Сразу после этого я включил оборону обратно. Улыбнулся и открыл дверь, за ней было несколько десятков привлеченных звуком тварей. Винтовка запела свою песню. Положив их всех, я метнул гранату в комнату и закрыл дверь, гулкий хлопок оборвал шансы Арлака покинуть планету, как впрочем и мои.

– Теперь, только ты и я, - сказал я, в пустоту комнаты наполненной трупами.

Гроу. Пространство Юзефа.

– Талер! Ответь! Талер!
– Гроу продолжала кричать в интерком.

– Успокойся, дурная баба, мы уже за пределами планеты, так далеко коммуникаторы не ловят, -Гроу видела Билрама в коммуникаторе.
– Мы сваливаем из системы, как он и просил, Гизаре нужна помощь. Ты слышишь меня Гроу?

– Да, я понимаю, прости, просто…

– Не нужно ничего говорить, этот придурок думает только о себе, так же как и Грей, -Билграм закрыл лицо рукой.

– Билграм, там корабли!

– Я знаю, ты же их видела, чего так удивляешься?

– Открой глаза, придурок!

Билграм приоткрыл глаза, а через мгновение удивленно раскрыл их полностью. Шла, самая что ни на есть, битва флотов. Обломки кораблей медленно заполняли пространство, к «Проходу» было не пройти.

– Что нам делать? Мы не прорвемся через это месиво даже с маскировкой, -Гроу начала искать маршрут.

– А подпространственный движок?

– Нельзя. Импульс может убить Гизару. И я не буду оставлять тебя здесь!

– Как мать его, эти движки на фрегатах используют тогда? Там что, раненых не бывает?

– Движок «Орхидеи» — экспериментальный. Таких малых, в империи еще не делали.

– Нужно подловить момент, я буду следить за движением кораблей и когда появиться коридор, веди по нему «Орхидею», - Гроу кивнула и включила интерком.

– Нима, зафиксируй Гизару и сама держись, мы будем прорываться.

Талер Гамелан. Юзеф.

«Низшие» остановились. Я будто перестал для них существовать, винтовку я впрочем убирать не спешил. Выйдя из здания, я увидел картину безумного художника. Тысячи «людей» выстроились вдоль горящих улиц создавая живой коридор. Я пошел между них, куда они меня вели я знал. Через пятнадцать минут я стоял перед «Центром Управления Колонии». «Низшие», выстроившись в очередь к правителю, стояли по обеим сторонам лестницы. Стоило мне войти в здание, как я увидел Арлака, он стоял за трибуной, его рука была грубо перевязана.

– У тебя невероятный талант уничтожать надежду, Гамелан, - начал тот и спрыгнул вниз.

– Я даже не знаю, что и сказать. А да. Сдохни, - «Потрошитель-М2» выпустил три ракеты, каждая из которых была начинена одним граммом антивещества.

Взрыв сделал здание сквозным. Арлак стоял на колене и удерживал поле.

– Эй, это не честно, двое против одного, -я усмехнулся и начал разряжать винтовку, смеяться можно было сколько угодно, но Арлак был очень сильным биократом.
– Крепкий ты хрен.

– Я бы не прожил так долго если бы было иначе, - он поднялся на ноги и смотрел мне в глаза.
– Каким же идиотом я себя чувствую, нужно было убить тебя сразу.

– И что же тебя остановило? Неужели моя невероятная красота?

Арлак засмеялся.

– Проиграть такому идиоту, -он покачал головой.
– Любопытство - порок разумной жизни. Я не прикончил тебя сразу только потому, что ты был мне интересен. Чем больше я читал твою память, тем больше поражался твоей воле.

– Воле?

– Нести такой груз, помнить столько смертей, столько вины и все равно идти вперед. Лишь для того, чтобы множить это, - Арлак закрыл глаза.
– Твои «песенки» больше не помогут, ведь я един.

В голове раздался гул. Я выронил винтовку и упал на колено. Все тело пронзила боль, череп словно сдавливало тисками и казалось он вот-вот лопнет. Арлак подошел ко мне и положил руку на голову.

«УЗРИ»

Вито Канн. Пространство Юзефа.

Карантинный флот разнесли в щепки, было просто чудом то, что остались хоть какие-то корабли. Теперь соотношение сил было почти равным. Единственное чего Канн не понимал, как Арлено смог перетянуть на свою сторону такое количество кораблей. Не укладывалось в голове, как столько людей, так легко предали империю. Канн посмотрел в окно, «Сияние луны», с трудом, но шло рядом.

Канна всегда забавлял факт того, что адмиралам давали право называть свои фрегаты и даже более того, красить как заблагорассудиться. «Звездная дева» — так, когда-то Канн хотел назвать бар, еще до того как пошел в армию, до того как сгорела его родина… «Сияние луны» - первая строка поэмы Эстольфо, древнеальтского поэта — в сиянии луны мы все едины, она снимает регалии с богов… Нужно будет перечитать. Они медленно приближались к третьему флоту. Их флагман «Месть императрицы Шанни» — был назван в честь, собственно, Императрицы Шанни Марлоу. Она правила в золотую эру Альтской Империи. Погибла от предательства собственного мужа, который завидовал ее острому уму и тому, что как правитель, она была куда сильнее его. Когда правда раскрылась, предателя распяли напротив дворца и каждый мог бить его сколько пожелал, после трех недель его засунули в капсулу и выстрелили в ничто. Тело императрицы отправили на светило, чтобы она всегда освещала своей мудростью Альт. Забавно, но Канн был даже не уверен, легенда это или быль, слишком давно это было.