Человек из чужого времени
Шрифт:
Около дома его с нетерпением дожидалась Лена. Она была разочарована.
– Зря мы ввязались в эту историю.
Но Михаил ее почти не слышал, у него кружилась голова, и он куда-то улетал. Только теперь он понял, что один из выстрелов гаишника достиг цели. Рубашка и куртка были плотно пропитаны кровью.
– Что с вами? – взволнованно воскликнула Лена.
– Мне кажется, я умираю.
С этими словами Михаил и проснулся. Вся его рубашка была мокрой от пота. Он сел на край кровати и оглядел квартиру. Было светло. Уже наступило утро.
Лена спокойно спала в своем раскладном кресле. Она была сказочно хороша. Нежная, хрупкая и беззащитная. Совсем не такая, какой хочет казаться в реальной жизни.
Михаил посмотрел на часы. Было семь утра. Он умылся, оделся, надел на голову шерстяную спортивную шапочку, нацепил на нос солнечные очки и вышел на улицу. Неподалеку от дома стоял пивной ларек. Несколько человек с одутловатыми лицами ждали его открытия. Михаил отозвал в сторону одного, самого неприглядного из них, и сказал:
– Любезный, хотите заработать?
– А чего делать-то? – испуганно пролепетал мужчина.
– Вон видите синий микроавтобус?
– Ну. И чего дальше-то? Угнать, спалить, обчистить? Я знаю, вам лучше не перечить.
– Никаких подвигов совершать не надо.
– А чего надо-то? Мне только скажи, я все сделаю.
– Всего-навсего надо проколоть колеса.
– И все? Делов-то!
– Плачу десять рублей.
– Еще и за чирик? Два удовольствия сразу?
– Да.
– Нет проблем, командир. А что как поймают и морду набьют?
– Не поймают и не набьют.
– А ну да, вы ж теперь крутые, вы ж тут всем заправляете.
Михаил промолчал.
– Между нами говоря, я этих «новых русских жидов» тоже ненавижу.
– Ну так будем дело делать или лясы точить? – не выдержал Михаил.
– Делов-то!
– Об этом мы уже говорили.
– Не извольте сомневаться, барин, все будет чин-чинарем, – с пониманием протянул мужик.
Он тут же нашел доску с гвоздем, отломал от этой доски небольшой кусок, привязал его к подошве ботинка и ушел. Через несколько минут он вернулся назад с довольным видом.
– Вот и все, делов-то!
– Вот деньги.
Михаил отдал десять рублей и направился назад, в Ленину квартиру. Проходя мимо микроавтобуса, он с удовлетворением констатировал: «Другое дело, сразу на четырех якорях, как у Виталика на Миллионной».
Михаил снова лег спать и проснулся лишь от какого-то шума. Это Лена с кем-то разговаривала по телефону.
– Да. Все отменяется. Какая-то зараза проколола все колеса. Теперь машину точно не угонят.
– Ну и каковы наши результаты?
– Проверка адресов родственников и знакомых ничего не дала. Там его не было. Камеры видеонаблюдения тоже не отследили его. В гостиницах, на вокзалах и в аэропорту он не появлялся. Усиленные наряды в транспорте ничего подозрительного не заметили. Как в воду канул.
– Залег на дно… Ничего, это не урка, долго не высидит. К тому же – псих. И дня не пройдет, как его на новые подвиги потянет. Продолжаем работу. И принесите мне последние материалы по объекту номер два.
Глава 12. Самое сложное – стать самим собой
– Лиза? – поинтересовалась Левина дочка, глядя на портрет, который стоял на столике у дивана.
– Да.
– Красивая, – грустно сказала девушка.
– Лена, вы позвонили Марине?
– Ой, Михаил, извините, совсем забыла сказать. Я созвонилась с ней в тот же день. Добавила, что от вас. Она очень странно отреагировала: сказала, что занята и не может со мной разговаривать. Я подумала, что сделала свой звонок не вовремя, и перезвонила позже. Ответ был тот же. Больше я не звонила.
– Спасибо, Лена. Надеюсь, вы звонили из автомата?
– Даже в другом районе, – обиженно ответила девушка.
– Сегодня я уезжаю. Не могу больше злоупотреблять вашим гостеприимством.
– Напрасно, мне было с вами интересно… Я уже начала привыкать к вам, как привыкают к другу.
– Надеюсь, мы сохраним нашу дружбу.
– Хотелось бы… А теперь куда?
– Если это вас не затруднит, отвезите меня в Отрадное.
– Без проблем… А может быть, в Вопшу? Там Лева баню готовит, шашлык, бильярд…
– Предложение звучит заманчиво. И все же мне надо в Отрадное.
Они выехали в полдень. Солнце полыхало вовсю. По голубому небу проплывали белые комки облаков. Эти пушистые небесные образования казались огромными горошинами на ситцевом небесном полотне. Неожиданно подул сильный ветер. Облака стали объединяться, собираться в большие тучи, и вдруг солнце окончательно исчезло. Стало темно и душно. Пот ручейками вытекал из-под шлема и исчезал под рубахой, встречный ветер уже не обдувал, а обжигал тело. Все предвещало грозу.
С Лиговского проспекта они свернули на улицу Некрасова, затем на Восстания, и тут первые огромные капли ударили по пыльному асфальту, по одежде и по шлемам. Зловеще пробежал над ними напористый ветер. Его порывы становились все сильнее и сильнее. Когда Лена и Михаил проезжали мимо Фурштатской, на них обрушилась лавина дождя.
– Давайте где-нибудь переждем этот ливень, – прокричал Михаил что было сил.
– Хорошо, – не оборачиваясь, ответила ему Лена.
Они остановились как раз напротив Марининого кафе и забежали вовнутрь. Одежда на них промокла насквозь, и только волосы под шлемами оставались сухими.
– Мне надо зайти в туалет, снять мокрую блузку.
– У меня в сумке есть сухая одежда. Одну секунду, – Михаил расстегнул молнию и извлек из сумки новую белую футболку. – Вот, держите. Под кожаной курткой ее не будет видно, зато не заболеете. Я, пожалуй, тоже пойду переоденусь.
Он вышел первым. Мокрые вещи Михаил отжал и положил в сумку. Туда же убрал и мокрую обувь. Теперь все на нем было абсолютно сухое. Джинсы и ветровку он поменял на спортивный костюм, который купил в Пассаже в тот же день, когда выбирал вместе с Виталиком парадный костюм. На ноги он надел сухие носки и новые кроссовки.