Чтение онлайн

Она ждала, что Игорь придет. Но он не пришел больше. Все оставалось непонятным. По дороге на стадион Валя даже беспокоилась: уж не случилось ли чего?

Над стадионом висел неумолчный гул. Шестиметровая стрелка на огромных часах ползла к массивной двойке - времени начала бега. И чем ближе придвигалась стрелка к заветной цифре, тем сильнее на трибунах нарастало возбуждение, глуше и тяжелее становился гул. Рупор гулко кашлянул.

– Внимание!
– загремел басистый голос.
– Внимание! В центральном соревновании - Международном марафонском беге участвуют: от СССР -мировой рекордсмен в беге на все дистанции Надеждин и экс-чемпион Голубев.

– Человек-Ракета, Человек-Ракета!..
– оживленно и радостно зашумели трибуны.

Валя не могла больше оставаться на месте. Наступая на ноги соседям, она выбралась из ряда, спустилась с лестницы и побежала к павильону участников.

"Стану в стороне, - подумала она.
– он должен меня увидеть".

Они шли мимо Вали, прославленные чемпионы, рекордсмены своих стран, герои кинохроник и газетных статей - самые выносливые, самые сильные, самые быстрые. Француз с трехцветной кокардой на груди, негр, чья кожа казалась синей на фоне белой майки, голландцы и яванцы, американцы и болгары, норвежцы и новозеландцы... Но Игоря не было среди них.

Несколько человек в белых брюках и белых туфлях пробежали по проходу. Коля Казаков в их числе. Заметив Валю, он бросился к ней, резко схватил за плечи:

– Где он?

Валя холодно высвободилась.

– Кто?

– Кто?
– Казаков усмехнулся ее непониманию.
– Конечно, Надеждин. Два часа ищем - ни дома, ни в институте, ни в общежитии. Непостижимо! Где он может быть, скажи?

Коля что-то взволнованно говорил о чести и свинстве, безобразии и дисциплине.

– Это позор!
– кричал он.
– Это позор! Своими руками отдать победу!

Валя не слушала. "Что бы это значило? С Игорем что-то случилось. Ни дома, ни в институте, ни в общежитии... Единственно, кто может знать что-нибудь, это Ткаченко... А если и Ткаченко не знает?.."

– Поеду искать его!
– решительно сказала Валя.

– Куда там!
– Коля безНадежно махнул рукой.
– До старта остались считанные минуты.

Но Валя уже мчалась к справочному бюро - узнавать адрес доцента Ткаченко Михаила Прокофьевича.

16.

Вихрем ворвалась она в шаткую квартирку Ткаченко. Смешной усатый старик, на голову ниже Вали ростом, встретил ее на пороге, загораживая дверь в комнату.

Комната доцента не была приспособлена для жилья. Свежему человеку при входе казалось, что старик подрабатывает починкой примусов и дверных замков. Приборы, книги, провода, скобы, уголки, бутыли заполняли комнату, вытесняя владельца за дверь. На кровати стояли штативы с пробирками, под кроватью бадья с водой. Вороха пакетов с сухим шиповником, саго, морской капустой пирамидой были навалены на столе. В углу гудела большая, похожая на комод электрическая печь, гирлянды проводов со всех сторон свисали к ней. На пианино громоздились цветные бутылки, журналы, книги; аптекарские пакеты лежали прямо на полу.

– Порядочек у меня!
– говаривал обычно Михаил Прокофьевич посетителям. Верите ли, каждые каникулы неделю трачу на уборку и никакого результата.

Соседка Ткаченко, с ужасом взиравшая на печь и разбросанные бумаги, на прошлой неделе привела даже пожарную инспекцию. Но старик запер дверь на крючок и свет погасил.

– Где Игорь?
– задыхаясь, крикнула Валя.

– Игорь? Ах, это вы - невеста!
– догадался старик.
– Порядочек у меня! добавил он сокрушенно.
– Верите ли, каждые каникулы неделю трачу на уборку...

– Понимаете, - с трудом переводя дух, объясняла Валя, - ни в квартире, ни в общежитии, ни в институте... Бег начался без него.

– Как бег?.. Начался?
– доцент проворно прыгнул в комнату, и в полуотворенную дверь Валя увидела Игоря, который ногами вперед вылезал из-под печи.

– Это что же?
– закричал Ткаченко, подпрыгивая от ярости.
– Бег начался!.. Негодяй! Мальчишка! Вы бессовестно лгали мне, что бег отменяется!

– Бег действительно отменяется - для меня, - мрачно ответил Игорь отряхиваясь.
– Желающие побегут, а я - нет. Я свалял дурака в этой истории и сыт по горло.

– Голубчик!
– старик мгновенно першел от ярости к отчаянию.
– Но как же я обойдусь без этого бега? Ведь это должен быть решающий момент... Решающий! Это проверка всей системы!

– Не пойду!
– упрямился Игорь.
– Я оказался обманщиком в глазах любимой девушки. Я дал себе слово не обманывать ее больше.

Тогда Валя открыла дверь.

– Но любимая девушка просит тебя участвовать в беге, - сказала она.

Игорь как будто не удивился ее присутствию.

– Я выполнил все твои просьбы, Валя. Ты просила меня уйти - я ушел. Тебе еще что-нибудь нужно?
– он явно хотел оскорбить ее.

Валя закусила губы.

– У меня последняя просьба к тебе: принять участие в марафоне.

– Да? Ты хочешь этого?

И вдруг Игорь преобразился, проворно схватил кепку. Кинулся к печи, открыл дверцу. Голубое пламя полыхнуло оттуда. Он выхватил из огня какую-то красную палочку, обжег руки, покидал ее с ладони на ладонь и сунул в карман.

– Куда?
– крикнул доцент.
– Подождите!

Но Игорь уже бежал вниз по лестнице.

Валя секунду постояла и так же стремительно бросилась к выходу. Ткаченко поймал ее за руку.

– Невеста!
– крикнул он умоляюще.
– Прошу вас: как только будут результаты - порадуйте старика! Центр три сорок шесть двадцать. Не забудьте: три сорок шесть двадцать!

Он еще кричал что-то, но Валя, вырвавшись, уже стучала каблучками где-то далеко внизу.

17.

Давным-давно, сделав круг по стадиону, исчезла в далеком лесу цветная цепочка марафонцев. Дорожки заняли бегуны на короткие дистанции, прыгуны, метатели копий и дисков. Потом и они ушли, и начались приготовления к футбольному матчу. Кое-кто из публики спустился вниз, другие сидели на местах, стойко выдерживая лучи палящего солнца. И вдруг Колю Казакова, меланхолически стоявшего в проходе, кто-то схватил за руку. Он обернулся.

– Надеждин, ты? Это такая низость! Слов нехватает!

– Слов не нужно. Организуй старт.

Коля с печальной усмешкой кивнул на часы.

– Сорок восемь минут, -сказал он.

– Догоню!
– упрямо сказал Игорь.

Коля пожал плечами и побежал разыскивать судей. Несколько минут спустя он не спеша вернулся.

– Не выходит!
– еще издали крикнул он.
– Не хотят считать опоздания. Говорят - пусть бежит, если хочет, как будто бы стартовал вместе со всеми.

Конечно, со спортивной точки зрения это было издевательство. Все понимали, что можно выиграть в таком соревновании пятнадцать, самое большее двадцать минут, во никак не целый час. Но Игорь сказал: