Человек – сейф
Шрифт:
Раскрывая душу, сознавая, что его тот никак не осудит, так как не слышит, сопя в две дырки.
Виталий старался выговориться, очистить душу. Все происходящее в последнее время в его семье, тяготило, ставя его самого в тупик. С кривой улыбкой покачивая уголками губ, признался:
– Достала! Бегает, как сучка к нему. В поиске понимания, мельком глядя на Аркадия, но тот, посапывая безучастен к его чаяниям.
Не обращая на это, он продолжил:
– А, развестись боюсь. Рухнет всё! – убеждая самого себя, уверенно констатируя. – Люблю и её дуру и детей!
Путаные мысли окутали голову. Невольно вспомнилось очередная серия из сериала «Моя семья», как всё зарабатывалось, как налаживался быт, ведь, казалось бы, в доме был достаток. Полный стандарт – обставленная трехкомнатная квартира, все как у зажиточных людей, зал упакован, не стыдно встретить и гостей, да и отдохнуть душой и телом. Полный набор – стенка, внутри которой, на тумбе стоит большой телевизор, мягкая часть, между двумя креслами журнальный столик, ковры. Ну чем не жизнь «буржуя»…
Нет, всегда что-то ей Ирине не хватала, всегда ни с того ни с чего заводилась с полуоборота…
Вот и тогда…
… Ирина, сидела на диване, как всегда общалась, если не сказать по – простому «трындела» по телефону с подругой.
Дети в пижамах сидели на креслах, внимательно, безотрывно смотрели мультики. О чём говорил ворох фантиков, пакетики от чипсов и пульт на журнальном столе.
Виталий неожиданно для них появился в дверях, недовольно посмотрев на жену, стукнул кулаком по косяку двери. Ирина сделала вид, что не видит, продолжая болтать по телефону, с ехидством прошипев в трубку:
– Погодь, «По-друга»! Мой явился, не запылился!
Прикрывая трубку, обернувшись к нему, злая, как мегера, тут же взъелась:
– Ну, что тебе опять не так?!
– Явился, не запылился, надзиратель!
– Прямо, как воспитатель из детдома.
С иронией:
– Накажешь нас, в угол поставишь?
Виталий, подойдя к журнальному столику, взяв пульт, выключил телевизор.
Ирина поспешила пожаловаться подруге:
– Кать, «мой» меня уже совсем забембал. – с сарказмом, – тоже мне родной и близкий!
Бросая фантик от конфеты на пол, облизывая кончики пальцев, с презрением глядя на него, продолжая в трубку:
– Всё ему не так!
Виталий был ошарашен, прикусывая губу, сверля жену насквозь злющими глазами, выдерживая паузу.
Она, посмотрев на него, с ехидством спросила:
– Ну, и что вылупился? Соскучился?
Не дождавшись ответа, демонстративно встряхивая копной волос, как бы ставя этим точку в его визите, отвернувшись, не обращая на него внимания, стала, как ни в чем не бывало трепаться по телефону:
– Где-то носит по дорогам, а потом?! Приезжает. И нудит, сычом смотрит, как – будто я ему что-то должна.
Округляя глаза:
– Дрессирует под свою дуду.
– Ладно, Кать, позднее перезвоню!
С кривой усмешкой посмотрев на мужа, поднимая с пола фантик, продолжая в трубку:
– А то точно сожрёт меня глазами.
Вспрыснув, не обращая внимания на Виталия, наконец-то поспешила проститься:
– Поки-поки!..
Положив мобильник в карман, делая гримасу, с вызовом фыркнула в адрес мужа:
– Гм-м…
Как бы, между прочим, взбивая рукой пряди волос, стряхивая с себя крошки шоколада.
Виталий, свирепея, заорал на детей, – Быстро в ванную – руки мыть! Дети тут же заревели. Началась истерика.
Ирина, бочком приподнимаясь с дивана, нащупывая рукой под задом, достав закатившуюся конфету, стала ту показательно, словно издеваясь разворачивать. Шелест фантика был ощутим до боли в ушах.
Виталий глядя на неё с отвращением и ненавистью, зло сверлил глазами.
Ирина, взяв очередную конфету, с вызовом положила в рот, нагло глядя на него.
Он не выдержав, крикнул:
– И ты, тоже свой зад оторви от дивана. Расселась, как «Королева».
Та, встав с каменным лицом, обведя всех презрительным взглядом, подошла к Виталию, соизмеряя с ног до головы, выхватила из рук пульт, вновь включила телевизор.
Дети, как мышки сверкая глазками, с любопытством наблюдали за отцом и матерью, им явно нравилось, как мать настаивает на своём, лишний раз, показывая кто в доме – главный.
Ирина, найдя канал с мультиками, им подмигивая, улыбнулась.
Виталий, резко выхватив из её рук пульт, толкнул в сторону двери, выходя из себя, прикрикнул:
– Что?! В роль вошла, артистка!
– Иди на кухню и займись делом!
– Ты хотя бы смотрела в окно? – с сарказмом, – обед уже!
Глядя на часы, подытоживая:
– 15.06 по московскому времени!
Делая кивок в сторону детей:
– Опять без обеда! Как вижу только и ели с утра, судя по мусору, что конфеты и чипсы.
Сгребая фантики в кучу и тут же с остервенением резким взмахом руки разбрасывая по комнате, перешёл на крик:
– Только и можешь, что трепаться с Катькой.
Подбоченившись, Ирина, делая выпад корпусом, заорала:
– Ну, началось! Ну, достал уже. Одно и то же!
Накручивая себя:
– Как приезжает, все ему не так. Смени пластинку!
С ядовитой иронией:
– Сам – то, там, небось, отдыхаешь от нас в дороге.
– По долинам и по взгорьям, «Козёл!»
Кривляясь:
– Ротозейничаешь на девочек, а дома жена всё тебе плохая, что по твоей милости с рождения детей, нянчит их без выходных и проходных.
Поднимая вверх указательный палец, потрясая им несколько раз, вспылив:
– Сиди тут при них, дома как раба!
Превращаясь на глазах в настоящую мегеру:
– Нашли себе «рабыню Изауру»!
Она, хмыкая, разворачиваясь, сделала шаг к двери. Виталий её попытался остановить, разворачивая, беря за подбородок, притягивая к себе, в негодование, уточняя:
– Что ты сейчас сказала? Ротозейничаю?
Беря за грудки, тряся как ватную куклу, матерясь.
Дети, сжавшись, обхватывая колени, пытаясь спрятаться в них с головой, сидели в кресле, боясь пикнуть, искоса подсматривая на отца и мать.