Человек-Тень
Шрифт:
— Боюсь, — сказал он напряженно, — что нам придется бежать. Вперед!
Донован не заставил себя уговаривать. Они припустили по штольне. Их топот гулко отдавался в каменном коридоре, а позади топало, рычало и кричало чудовище.
— Может быть, он просто хотел с нами пообщаться? — прохрипел на бегу Донован. — Здесь, внизу, все-таки довольно одиноко.
— Я думаю, что эта бестия проголодалась, — выдавил Джинсон.
— Вы уже на пределе?
— Да, но я предпочту умереть от усталости, чем позволить этому существу мною пообедать. Я бы ничего не имел против, если бы меня съел лев. Но погибнуть в зубах этой бестии слишком унизительно.
— Экономьте дыхание! — крикнул Донован.
Следить на бегу за протянутым ими по коридору шнуром было нелегко, и Донован вдруг с ужасом заметил, что они его потеряли.
Лучи фонариков заметались, отбрасывая причудливые тени на стены и потолок. Люди повернули влево, потом вправо, потом опять влево. Расстояние между ними и чудовищем медленно, но неуклонно увеличивалось. Сорок, пятьдесят футов... Уже далеко позади них рычало и громко вопило на бегу невероятное существо, и его вопли многократно отражались от сводов лабиринта.
— Надо бы ему рассказать о тушенке. Все хорошие собаки любят ее, — крикнул на бегу Донован.
— Это было бы идеальным решением, но у нас, к сожалению, нет с собой тушенки, — отозвался ученый.
— Вы держитесь просто замечательно! — воскликнул Донован. — Бежите, как борзая собака. Видите, впереди уже брезжит дневной свет!
Он чувствовал себя ответственным за безопасность Джинсона и изо всех сил старался ободрить его.
Через несколько минут Пол остановился, пропуская Джинсона в узкую вентиляционную шахту, из которой едва пробивались слабые отблески дневного света.
Каменная лестница вела к железной решетке, покрытой травой и тростником.
Раздумывать было некогда — чудовище стремительно приближалось. Донован помог Джинсону быстро подняться на верхнюю ступеньку, и сам взобрался наверх вслед за задыхающимся стариком.
— Боюсь, что здесь нам не выбраться, — с трудом проговорил Джинсон, вскарабкавшись к самой решетке.
— А что там, наверху? — Пол поднял голову.
— Я не могу пошевелить решетку. Даже вы с ней не справитесь — прутья толщиной больше дюйма и, кажется, зацементированы. Зато мы сможем теперь поберечь батарейки.
Донован выключил свой фонарик и сунул его в карман. Тем временем Джинсон взял в руки компас и с таким хладнокровным вниманием следил за колебаниями стрелки, словно он был руководителем туристской группы.
— Я сейчас стою спиной к северу, — сказал он невозмутимо.
— Боюсь, что эта информация не очень поможет нам, — заметил Донован.
— Мы ведь потеряли направление, когда... — Старин внезапно замолчал.
Пол быстро оглянулся. Их страшный преследователь уже появился внизу. Он с визгом и рычанием тянул вверх свои многочисленные клешни. Пытаясь схватить Донована, эти отвратительные конечности скребли и царапали кирпич у самых его ног. Запах падали стал нестерпимым.
— Чтобы эта скотина сняла осаду, — с прежним спокойствием сказал Джинсон, — нам следует экспериментально определить его реакцию на различные воздействия.
— Что вы имеете в виду? — осведомился Донован.
— Чем меньше радости принесет ему осада, тем короче она будет, — пояснил Джинсон. — Я предлагаю начать с бомбардировки кирпичами.
Донован с усилием вытащил кирпич из стенки шахты и бросил его вниз. В узкой шахте невозможно было размахнуться как следует, но бросок Пола был точен. Летящий с большой высоты кирпич ударил прямо в голову чудовища. Раздался оглушительный вой.
— Поздравляю вас с попаданием, — сухо сказал Джинсон.
Вой перешел в громкое шипение. Иногда слышались хрюканье и стоны, очень похожие на человеческую речь.
— По-моему, нас ругают, — заметил Донован.
— Вы правы, — подтвердил ученый, — это существо — не человек и не животное. Но в нем, похоже, объединились худшие качества того и другого.
— Оно совершенно неинтеллигентно, — продолжил он, когда кирпич, брошенный Донованом, взлетел обратно и едва не угодил в американца.
— Отличная реакция, — признал Пол достоинства соперника.
— Эти контрудары не очень опасны, — заявил Джин-сон. — Если эта тварь будет возвращать нам наши боеприпасы, то мы даже сэкономим силы — не нужно будет выламывать новые кирпичи. А если вы будете настолько любезны, что отодвинетесь к левой стене, я тоже смогу бросать камни. Это заметно повысит нашу скорострельность.
Кирпич пролетел мимо Донована и с глухим стуком ударил в голову чудовища, которое на этот раз отступило из шахты.
— Кажется, до него наконец дошло, — засмеялся ученый.
— Осторожно, он возвращается! Брошенный из шахты камень, как снаряд, просвистел мимо Пола. Джинсон ловко поймал кирпич.
— Ну, иди скорей сюда, мой малыш! — крикнул он. — У меня есть отличная штучка для тебя — великолепный кирпичик с минеральными добавками.
Ласковый тон ученого рассмешил Донована так, что он чуть не потерял равновесия.
— Осторожно! — предупредил Джинсон.
У подножия шахты опять появилась ужасная голова. На этот раз кирпич угодил ей в висок. Бестия обрушилась на пол, словно нокаутированный боксер.
— Мы оглушили чудовище! — крикнул ученый. — Скорее вниз! Мы ведь не знаем, долго ли оно так пролежит.
Пол с отвращением посмотрел на слабо шевелящуюся тварь. Он изо всех сил оттолкнулся и прыгнул.
Могучему американцу удалось приземлиться точно в то место, куда он целился. Ощущение было такое, словно он попал ногами в овсяной отвар. Донован схватил лежащий под ногами кирпич и ударил шипящее и плюющееся чудовище прямо в бледный висок. Страшилище отчаянно мотало головой, пытаясь увернуться, но удары Пола были точны. Четвертый удар стал последним. Рыхлая туша содрогнулась и опала, как воздушный шар, из которого выпустили воздух.
Джинсон с трудом спустился вниз и подошел к лежащему без движения существу. Он наклонился и некоторое время внимательно его рассматривал.
— Должен вам сказать, друг мой, что он мертв, — сказал наконец ученый.
— Не могу сказать, что меня это очень огорчает, — отозвался Донован и обессиленно уселся на ступеньки. — Что это такое, как вы думаете?
— Жертва обстоятельств, как и мы. Но это жертва невообразимо ужасных обстоятельств. Несчастное существо у наших ног подтверждает мои предположения о Ночном Страннике.