Чтение онлайн

Не в силах сдержать слез, Кусо убежала в коридор. Ей больше некуда было идти, и она долго не могла остановить рыдания. В конце концов, устав от слез, девушка пошла собирать вещи в дом, где ее приютили. Ей нужно было делать хоть что-то, и она отправилась на вокзал. Куда теперь двигаться? Она не знала. Но это не остановило Кусо. Ничего не видя от слез, она встала в очередь к кассе. «Девушка, вам куда?» – спросили из окошка. Кусо смотрела перед собой. «Уважаемые пассажиры, через пять минут отправляется поезд на Москву, имеется свободное место», – прошелестел динамик в зале. «Один до Москвы», – Кусо вынула мятые бумажки из кармана джинсов, и кассирша протянула ей билет. Девушка села в вагон. Поезд спустил пар и еле заметно тронулся. Он увозил Кусо в Москву.

Столица встретила девушку запахами, суетой и шумом. В городе ее никто не ждал – Москва была под завязку набита авантюристами, жаждущими занять свое место под солнцем с двойным окладом и углом в коммуналке. И все же Норсоян почувствовала, что наконец попала домой. Ее ничто не отталкивало и не пугало, напротив, все окружающее страшно интересовало ее: архитектура, динамика, люди. Какие все были нарядные! Это был настоящий «пир глаз», и первые несколько месяцев она находилась под сильным впечатлением от увиденного.

Кусо было некуда идти, поэтому, взяв набитые книгами чемоданы, она сразу с вокзала пошла гулять по Садовому кольцу и в первый же день встретила свою главную московскую любовь – Патриаршие пруды. В этом месте было все необходимое: покой зеленых переулков, насыщенная театральная жизнь и уют по-настоящему красивой архитектуры. «Именно тогда я влюбилась в Патрики и сказала себе, что однажды буду здесь жить».

Я смотрю на Норсоян. Мы сидим в просторной квартире с голубыми обоями. В углу небольшая кровать, шкаф заставлен книгами, на нем расположился джаз-бэнд темнокожих музыкантов, возле балкона стоит круглый стол с парой стульев и кресло – вся мебель в этом доме сделана на заказ (только стулья куплены в «Икее») и в ней нет ничего лишнего. В квартире всегда свободно и свежо. Людмила снимает ее уже много лет. «Накопления – это не мое. Я инвестировала в себя: в книги, путешествия, поездки. Я никогда не жила по средствам». Квартира находится на Патриках – Норсоян исполнила свою мечту.

Но пока молодая Кусо всего этого еще не знает. После прогулки она отправилась ночевать на Курский вокзал в зал ожидания и нарвалась на очередное приключение. Одинокую девушку, устраивающуюся на скамейке, быстро заметили местные сутенеры. Это были красивые молодые люди, явно одевавшиеся у «фарцы». Одевавшиеся у фарцовщиков не всегда были богатыми людьми, скорее, это была своего рода богема, куда в том числе входили мальчики из хороших семей, зарабатывающие сутенерством. Видя, что Кусо ночует в зале ожидания, парни сделали определенные выводы и предложили ей работу. Девушка тактично отказалась. Она объяснила, что быстрые деньги ее не интересуют, а в столицу она приехала, потому что не смогла вернуться домой после проваленного экзамена в университете. Сутенеры все поняли. Работу они ей больше не предлагали, зато стали ее временной защитой и поддержкой. Утром Кусо гуляла по Москве, наслаждаясь городом, а вечером возвращалась на вокзал и делилась впечатлениями с уже знакомыми парнями, которые подкармливали ее вареными сосисками.

Услышав эту часть истории, я вытягиваю лицо и еще больше удивляюсь, когда Норсоян добавляет, что у нее завязались приятельские отношения с московскими путанами. «Для меня предосудительных профессий нет, – говорит Людмила, слегка разочарованная моим пуританством. – Более того, я училась у них! Стилю, такту и умению вести себя в обществе». И тут я понимаю, о каких путанах идет речь. То были вовсе не те девушки, что выходили на дорогу, хотя и с ними Норсоян находила общий язык. Речь шла о женщинах другого порядка – тех, что со временем сделали карьеру от путан до жен миллионеров. И у них действительно было чему поучиться. Я захлопываю рот, и Людмила продолжает свой рассказ.

Долго оставаться на вокзале с новыми друзьями девушка не могла. На четвертый день пребывания в столице Кусо набрела на бюро по трудоустройству, и ей улыбнулась удача – спустя полчаса она вышла оттуда с оформлением на овощную базу и комнатой в коммуналке в Текстильщиках. Это действительно был подарок судьбы, потому что в те времена люди месяцами стояли на бирже, не получая места.

Кусо вышла на работу. Днем она грузила овощи, а ночами мыла полы в учреждениях и жилых домах. Все заработанные деньги тратила на удовольствия, которых так не хватало в прежней жизни: театры, книги, одежду от фарцы. Она обожала покупать яркие, необычные для тех времен вещи: красные «бананы», полупрозрачные блузки, просвечивающие платья. И за это ее неоднократно забирали в милицию, где каждый раз делали выговор: «Вызывающий вид». Москва многое принимала, но все еще не допускала свободы в выборе одежды. Это Людмилу не останавливало. Едва выйдя из милиции, она направлялась прямиком в ЦУМ, где в общественных туалетах делала новый заказ: «Девочки, мне капроновые колготки и джинсы 45 размера!». Частная торговля в Советском Союзе была запрещена, и бывало, что спекулянтов, с которыми общалась Норсоян, сажали в тюрьму. Девушку это не пугало – она находила новых продавцов. «Я скользила рыбкой между людей и событий. Меня не затрагивали драматические коллизии».

На овощебазе Кусо неизменно выделялась среди других грузчиц – благодаря необычному образу и чтению книг, за которые хваталась в любую свободную минуту. Впоследствии это помогло ей найти общий язык с представителями «золотой молодежи» – детьми советской элиты, которых вместе со всеми отправляли на овощебазу исполнять трудовую повинность, поскольку на предприятиях элементарно не хватало рук. Неординарность Кусо притягивала к ней молодых людей, и вскоре у девушки появились поклонники и друзья – журналисты, научные работники, молодые специалисты секретных служб.

Новый мир умных людей со свободными взглядами на жизнь очаровал Кусо. Она не устояла перед обаянием золотой молодежи и начала пропадать на общих посиделках днями и ночами. Интерес к овощебазе стремительно гас, что грозило потерей основной работы, а вместе с ней – места в коммуналке. Увидев это, начальник Кусо попытался образумить ее. Если она потеряет работу, ее могут выдворить и из города. В те времена для безработных и неучащихся граждан СССР предусматривалась отдельная статья – тунеядство. Уличенных в безделье молодых людей высылали за 101-й километр, а после нескольких нарушений сажали в тюрьму. Все это могло случиться и с Кусо, но она слишком погрузилась в новую жизнь и не хотела ничего слушать. Впервые она стала частью круга людей, мысли которых не были ограничены вопросами выживания. Она чувствовала себя равной им, но различия между молодыми людьми все же были.

Квартирники золотой молодежи проходили шумно и весело, что в немалой степени раздражало соседей. Поэтому на посиделки часто наведывалась милиционеры, которым жаловались, что на квартиру ходят фарцовщики, наркоманы и спекулянты. Так и было. Компания наполнялась людьми с самыми разными взглядами и родом занятий, Кусо же общалась только с теми, кто был по-настоящему интересен, а других предпочитала не замечать. «Вырвавшись из тисков прошлого, я установила для себя негласные правила: в моем мире всегда было чисто, прохладно, не место грязи и боли».

Однако милиция замечала всех – развеселую компанию часто забирали в отделение. Тут-то и проявлялось главное отличие Кусо от ее друзей – почти всех к вечеру уводили родители, Норсоян же сидела до конца. Вступиться за нее было некому. При каждом задержании угроза изгнания из Москвы приближалась к ней все стремительнее. Но Кусо не чувствовала опасности. Ею двигало опьянение новой жизнью и бесстрашие самурая: «Мне нечего терять, потому что у меня ничего нет. Только Москва. А из Москвы вы не выгоните меня никогда и ни за что».

Кусо не планировала менять свой образ жизни, к тому же в новой компании она встретила свою московскую любовь. О нем Норсоян вспоминает с неизменной улыбкой и даже некоторой гордостью. Интеллигентный и безумно красивый «бездельник из НИИ» был очарован ею также сильно, как и она им. Они познакомились на овощебазе, куда его отправили по общей трудовой программе, и отношения между ними развивались стремительно – дело даже начало двигаться к свадьбе. Но для того, чтобы жениться, молодому человеку нужно было получить одобрение матери. Это была женщина из высшего общества, жена высокопоставленного мужа. Она непременно хотела увидеть Норсоян, чтобы узнать, «что это за лимитчица приехала за ее мальчиком».