Чтение онлайн

– По правде говоря, Брэйлинг… не хотел бы я этого касаться, но ты с ней натерпелся. Можешь не признаваться, но твой брак был сплошным кошмаром, верно?

– Я бы не сказал.

– Выплыло ведь, как она заставила тебя жениться. Помнишь, в 1979 году, когда ты собирался в Рио…

– Милый Рио. Собирался, да так и не съездил.

– Помнишь, как она порвала на себе одежду, растрепала волосы и пригрозила вызвать полицию, если ты не женишься?

– Она всегда была нервной, Смит, пойми.

– Это просто подлость. Ты не любил ее. Хоть это ты ей сказал?

– Припоминаю, что даже настаивал.

– И все-таки женился.

– Мне приходилось думать о своем бизнесе и о матери с отцом. Такой скандал их убил бы.

– И так уже десять лет.

– Да, – произнес Брэйлинг; взгляд его серых глаз был тверд. – Но я думаю, все еще переменится. Думаю, мои ожидания сбудутся. Взгляни. Он продемонстрировал длинный синий билет.

– Да это же билет до Рио на четверг!

– Да. Наконец-то я поеду.

– Но это же просто замечательно! Ты-то заслужил! А она не станет возражать? Скандалить? Брэйлинг нервно улыбнулся.

– Она не узнает, что я уехал. Я вернусь через месяц, и никто ничего не проведает, кроме тебя.

– Вот бы и мне с тобой, – вздохнул Смит.

– Бедняга Смит. Твоя семейная жизнь тоже не сахар, верно?

– Пожалуй, ведь у моей жены все с перебором. Я хочу сказать, когда ты женат уже десять лет, как-то не ждешь, чтобы твоя жена торчала у тебя на коленях каждый вечер битых два часа, по десять раз на дню звонила тебе на работу и лепетала, как девочка. Я все думаю – может, она умственно отсталая?

– Ты, Смит, никогда не отличался воображением. Вот и мой дом. Ну как, хочешь узнать мой секрет? Как мне удалось вырваться сегодня.

– А ты и правда скажешь?

– Посмотри наверх, – сказал Брэйлинг. Оба уставились в темноту. В окне прямо над ними, на втором этаже, появилась тень. Человек лет тридцати пяти с висками, тронутыми сединой, грустными серыми глазами и реденькими усиками глянул на них с высоты.

– Да это же ты! – воскликнул Смит.

– Ш-ш-ш, не так громко. – Брэйлинг помахал рукой. Человек в окне понимающе кивнул и исчез.

– Наверное, я спятил, – пожаловался Смит.

– Погоди минутку. Они ждали. Входная дверь дома распахнулась, и высокий худой джентльмен с усиками и печальными глазами вышел им навстречу.

– Привет, Брэйлинг, – сказал он.

– Привет, Брэйлинг, – ответил Брэйлинг. Никакой разницы. Смит уставился на них.

– Это твой брат-близнец? А я и не знал…

– Нет, нет, – тихо произнес Брэйлинг. – Наклонись. Приложи ухо к груди Брэйлинга-два. Смит поколебался, потом, нагнувшись, припал к покорно подставленной груди двойника. Тик-тик-тик-тик-тик-тик-тик-тик .

– Да нет! Быть не может!

– Может.

– Дай еще послушать. Тик-тик-тик-тик-тик-тик-тик-тик . Смит отступил и растерянно захлопал глазами. Он протянул руку и коснулся теплых щек и ладоней двойника.

– Откуда он у тебя?

– Правда, он великолепно сработан?

– Невероятно. Откуда?

– Дай этому человеку твою карточку, Брэйлинг-два. Брэйлинг-два жестом фокусника извлек белую карточку.

– Нет, – сказал Смит.

– Да, – сказал Брэйлинг.

– Естественно, – сказал Брэйлинг-два.

– Как долго это продолжается?

– Уже месяц. Я держу его в погребе, в ящике для инструментов. Моя жена никогда вниз не спускается, а единственный ключ от замка к этому ящику – у меня. Сегодня вечером я сказал, что хотел бы выйти купить сигару. Я спустился в погреб, вынул из ящика Брэйлинга-два и отправил его составить компанию моей жене, пока сам я провожу время в твоем обществе, Смит.

– Чудесно! Он даже пахнет, как ты. "Бонд-стрит" и "Мелакринос".

– Назови меня буквоедом, но, по-моему, это в высшей степени порядочно. В конце концов, больше всего на свете моя жена жаждет обладать мной. Эта марионетка – я до кончиков ногтей. Я был дома весь вечер. Я пробуду дома весь следующий месяц. А тем временем после десяти лет ожидания некий джентльмен побывает в Рио. Когда я вернусь из Рио, Брэйлинг-два отправится обратно в ящик. Смит поразмышлял минуту-другую.

– А он продержится месяц без подзарядки? – спросил он наконец.

– Хоть шесть месяцев, если нужда возникнет. И он сконструирован так, чтобы полностью соответствовать – есть, спать, потеть – все естественно, как само естество. Ты ведь позаботишься о моей жене, Брэйлинг-два?

– У тебя премилая жена, – кивнул Брэйлинг-два. – Я к ней весьма привязался. Смита начала пробирать дрожь.

– А как долго работает корпорация "Марионетки"?

– Втайне – вот уже два года.

– А вдруг… ну, если есть возможность… – Смит с мольбой ухватил приятеля за рукав. – Ты мне подскажешь, где я мог бы обзавестись роботом… ну, марионеткой для себя? Адресом не поделишься?

– Держи. Смит взял карточку и повертел в руке.

– Спасибо, – выпалил он.
– Ты и не знаешь, что это для меня значит. Хоть немного отдыха. Хоть один вечер за месяц. Моя жена так меня обожает, что и часа без меня прожить не может. Я и сам ее нежно люблю, но… помнишь стихи: "Любовь улетает – достаточно руки разжать, любовь умирает, коль в путах ее удержать"? Вот я и хочу немного ослабить хватку.

– Ты счастливчик, тебя жена хоть любит. Моя проблема – ненависть. С этим справиться потруднее.

– О, Нетти любит меня безумно. Моя задача – приспособить ее любовь к себе.

– Удачи тебе, Смит. Заходи ко мне, пока я буду в Рио. Моей жене покажется странным, если ты вдруг перестанешь заглядывать. И обращайся с Брэйлингом-два совсем как со мной.

– Правильно! Прощай. И – спасибо! Смит с улыбкой на устах зашагал по улице. Брэйлинг и Брэйлинг-два повернулись и вошли в дом. В городском автобусе Смит насвистывал тихонько и вертел в пальцах белую карточку.