Чтение онлайн

Сергей мог бы рассказать кое-что о "Кристалл паласе", но он не решился потревожить Геннадия, молча глядевшего в спину шофера.

–  Мы еще не выехали из Лондона? - вдруг спросил Геннадий. - Сколько еще осталось до этого городка?

Сделав петлю, дорога падала вниз к желто-красным крышам домов, столпившимся у подножья холма. Началась полоса новых пригородов, "городов-сателлитов", каким был и Бакинхем.

–  Как наш минский тракторный или автомобильный район, - подумал Геннадий, глядя на ровные порядки небольших домов и высаженные у тротуаров деревья. - Только пивных больше.

Они подъехали к полутораэтажному дому со скошенной крышей, отделанному серой бетонной крошкой и перекрещенными деревянными планками. Фасад этого недавно построенного дома напоминал древнее жилище героев шервудских лесов. На длинном, торчащем над тротуаром копье покачивалась на ветру жестяная вывеска с изображением Робина Гуда. Легендарный стрелок держал в одной руке лук и стрелу, в другой кружку пенящегося пива. Это был популярный "Паблик бар", или, как сокращенно называют англичане свои пивные, "Паб".

Вряд ли верно называть "Паб" пивной в обычном понимании этого слова. В провинции "Паб" - скорее маленький клуб, чем место хмельного времяпровождения. Пьяный и шумный человек в английском "Пабе" - явление редкое. Сюда приходят жители ближайших кварталов, завсегдатаи, чтобы провести вечер за стаканом слабого пива в компании хороших знакомых, соседей. Не торопясь, они обсудят новости, посмотрят программу телевизионной передачи, сыграют партию в настольные кегли, а то и поспорят, произнеся иногда, по меньшей мере, пять или даже десять фраз, чья футбольная команда станет чемпионом страны и сможет ли новый премьер так же остроумно, как это делал сэр Уинстон, ответить на вопросы об американских военных базах. Потом все согласятся, что - нет, новый премьер не сможет также остроумно, как сэр Уинстон, ответить насчет этих проклятых американских баз, и, утомленные спором, разойдутся по домам.

Когда Сергей и Геннадий прошли за стеклянную перегородку, отделявшую большой зал от малого, они сразу увидели старого музыканта. Продавец каштанов не ошибся. Билл Хамильтон сидел слева, возле камина, и пил светлое пиво. Он был один, только у конца длинной стойки пожилой бармен тихо беседовал с толстым, астматически дышащим человеком.

Геннадий сразу узнал старого музыканта. Обрадовавшись, он опередил Сергея и, протянув руку, сказал по-русски:

–  Здравствуйте.

Старик поднял голову, взглянул на Геннадия добрыми, грустными глазами и, вероятно, решив, что он не расслышал, спросил:

–  Пардон?

–  Гуд ивнинг*, - поздоровался Сергей.

______________

* Добрый вечер (англ.).

–  Гуд ивнинг, - ответил старик, вяло пожав протянутые руки.

Сергей придвинул стул и присел между стариком и Геннадием.

–  Мы хотим поговорить с вами, если разрешите, об одном частном деле...

Билл помолчал, уставившись в черное жерло камина, потом тихо ответил:

–  У меня нет никаких дел. Ни с кем... Я один...

–  Скажите ему, что мы друзья Янки, - торопил Геннадий, - большие друзья. Что мы русские.

–  Русские? - резко переспросил Билл, не ожидая перевода. - Что вы хотите от меня?

–  Мы друзья того парня, который выступал с вами, - объяснил Сергей.

–  Вы пришли от него? Где он?

–  Нет, мы не от него. Мы ищем его уже третий день.

–  Мы хотим, чтобы вы нам сказали, - вставил Геннадий, - где он? Янка Валькович, Ян. Вы же знаете...

Старик повернулся к Сергею.

–  Что он сказал?

Сергей перевел. Старик пристально и, как показалось Сергею, враждебно посмотрел на Геннадия.

–  Нет, - ответил он, покачав головой, - это ошибка, джентльмены. Я никого не знаю. Сожалею, но это ошибка.

–  Какая же ошибка? - разволновался Геннадий. - Вы помните, на площади в воскресенье. Я узнал его, и он меня. Потом Янка чего-то испугался и побежал, а меня полиция задержала. Вы тоже куда-то ушли... Помните? В воскресенье...

Геннадий говорил быстро, и его нетерпение невольно передалось Сергею, переводившему каждое слово.

–  Слушай, Джордж! - обратился к бармену старик, неожиданно поднявшись с табурета. - Не оставил ли я прошлый раз у тебя на кухне свою трубку?

–  Похоже на то, Билл, - ответил бармен, не отрывая взгляда от русских и распахивая низкую дверцу стойки, - я так и думал, что это твоя трубка, поди, посмотри...

–  Благодарю тебя, Джордж, - сказал Билл, проходя за стойку и скрываясь за темной ширмой.

Сергей понял, что старик просто уходит от них. Нечего было и думать задержать его.

Бармен наклонился через стойку и сухо спросил:

–  Чем могу служить, джентльмены?

–  Мистер Хамильтон, вероятно, не вернется сюда? - в свою очередь спросил Сергей.

Бармен пожал плечами.

–  Не можете ли вы сообщить нам его адрес?

–  Мне кажется, я знаю всех ребят из нашей полиции. Вы что, новенькие или прямо из "Скотленд ярда"? - В голосе бармена прозвучала насмешка.

–  Ах, вот оно что, - улыбнулся Сергей. - Мы не из полиции, но нам очень нужно знать, где живет Билл.

–  Каждый живет там, где он должен жить, но не каждый должен знать, где именно живет другой!

Довольный своим ответом, бармен улыбнулся толстяку, тот хрипло одобрил:

–  Все в порядке, Джордж.

–  Благодарю вас, - Сергей надел шляпу и легонько потянул Геннадия за рукав, - идем, здесь мы ничего не узнаем.

Сырой, холодный ветер раскачивал на мокром асфальте желтый свет фонарей. Подняв воротники и поеживаясь, Сергей и Геннадий направились к стоянке такси.

–  Почему он не захотел разговаривать с нами?

Геннадий не мог успокоиться. Сергей тоже не понимал странного, оскорбительного поведения старого музыканта.

Его беспокоило еще и другое.

–  Если верить мистеру Хамильтону, ваш Янка удрал не только от нас, но почему-то и от него...

–  Вы думаете, что старик действительно не знает, где Ян?

–  Трудно утверждать что-либо определенное. - Сергей не хотел раньше времени разочаровывать и без того огорченного парня. - Все как-то странно и... пока ничего не ясно, нам не следует впутываться. Мы не дома.

–  Не дома. - Геннадий прикрыл глаза.

Вдруг эти два коротких слова растянулись в бесконечную линию, поднялись тяжелой стеной, за которую удалось только заглянуть.