Чтение онлайн

Сидя в холле с трубкой возле уха, она с удовольствием слушала, как между собой переговариваются телефонистки, озабоченные тем, как соединить ее с Сан-Франциско. Был слышен голос тамошнего оператора, потом раздались гудки вызова. Джулиана поглядывала в окно — такси могло подойти в любой момент. Ничего, подождет.

— Ваш номер не отвечает, — сообщила ей наконец телефонистка из Шайенна. — Мы повторим звонок чуть позже и…

— Нет, — покачала головой Джулиана. Поговорить ей только сейчас захотелось. Откуда она знает, что будет потом. — Я уже отсюда уеду. Спасибо.

Она положила трубку. Хозяин мотеля стоял неподалеку, поглядывая в ее сторону — беспокоился, чтобы по ошибке разговор не записали на его счет. Джулиана вышла на тротуар и стала дожидаться такси там.

Из потока машин вырулил автомобиль и затормозил возле дверей мотеля. Таксист выпрыгнул навстречу Джулиане.

Чуть позже Джулиана подъезжала к дому Абендсена.

Во всех окнах горел свет, доносились музыка и гул голосов. Дом оказался одноэтажным, оштукатуренным, а вокруг него — живая изгородь. Довольно большой сад с многочисленными кустами вьющихся роз. Джулиана вступила на дорожку и подумала: «А я не ошиблась? Это же „Неприступный замок“! А как насчет всех слухов? Совершенно обычный дом, прекрасно ухоженный, и сад замечательный». На длинной бетонной дорожке стоял даже детский велосипедик.

Или это какой-то другой Абендсен? Но ведь адрес она списала из телефонного справочника Шайенна, и этот номер совпадал с тем, по которому она звонила из Грили.

Она взошла на крыльцо, огороженное коваными чугунными перильцами, и нажала на кнопку звонка. Сквозь полуоткрытую дверь была видна часть гостиной, там, столпившись, стояли люди. Подъемные жалюзи на окнах, пианино, камин, книжные полки… хорошо обставлено. Что же там — вечеринка? Но тогда одеты они все не слишком торжественно.

Взъерошенный мальчишка лет тринадцати, в футболке и джинсах, широко распахнул дверь.

— Да?

— Это дом мистера Абендсена? — спросила она. — Он занят?

— Ма! — крикнул мальчик в глубину комнаты. — Она папу видеть хочет.

Рядом с мальчиком появилась женщина с рыжевато-каштановыми волосами, лет тридцати пяти. У нее были серые глаза, твердый взгляд и настолько умная улыбка, что Джулиана немедленно поняла — перед ней Каролина Абендсен.

— Я вам звонила вчера, — сказала Джулиана.

— Да, конечно. — Улыбка стала дружелюбной. У женщины были прекрасные зубы. «Она ирландка», — решила Джулиана. Только ирландская кровь может придать такую женственность линии подбородка.

— Давайте вашу шубу и сумочку, — сказала женщина. — Вам повезло, к нам нагрянули приятели. Какое чудесное платье… от Черубини, да?

Она провела Джулиану через гостиную, в спальню, где положила вещи Джулианы к вещам остальных гостей, на кровать.

— Мой муж слоняется где-то среди гостей. Ищите высокого человека в очках, пьющего как в добрые старые времена… — В ее глазах вспыхнул огонек, губы мягко изогнулись. «Между нами так много общего, столько понимания… — подумала Джулиана. — Разве это не восхитительно?»

— Я приехала издалека, — произнесла она.

— Да, конечно. А, вот я его вижу. — Каролина Абендсен повела Джулиану обратно в гостиную.

— Дорогой, подойди сюда, — сказала она. — Тут одна из твоих читательниц, которой ужасно хочется перемолвиться с тобой парой слов.

От группы людей отделился человек с бокалом в руке. Джулиана обнаружила перед собой невероятно высокого мужчину с черными вьющимися волосами, кожа его была немного смугловата, а глаза казались карими, хотя их точный цвет нельзя было понять из-за слегка затемненных очков. Одет он был в очень дорогой костюм из натуральной ткани, наверное из английской шерсти. Костюм, несомненно, был сшит вручную, на заказ, и сидел великолепно, без малейших морщин, и лишь подчеркивал ширину плеч хозяина. Джулиана за всю свою жизнь не видела подобного костюма, просто загляделась на него.

— Миссис Фринк, — прервала затянувшуюся паузу Каролина, — проделала долгий путь из Каньон-сити в Колорадо, чтобы поговорить с тобой о «Саранче».

— А я думала, вы живете в крепости, — сказала Джулиана.

Чуть наклонившись вперед, чтобы лучше ее разглядеть, Абендсен отрешенно улыбнулся.

— Да, мы жили. Конечно. Но когда живешь в крепости на самой вершине скалы, то все время приходится пользоваться лифтом. А у меня возникла жуткая фобия. Понимаете, однажды я хорошо набрался, сам не помню, мне остальное рассказали, так вот, зашел в лифт, и мне показалось, что трос наверх тянет сам Иисус Христос. Я подумал-подумал и вышел из лифта.

Джулиана ничегошеньки не поняла.

— Ну, насколько я разбираюсь в том, что говорит Готти, — пришла ей на помощь Каролина, — он имеет в виду, что если бы он увидел лично Христа, то ни за что не остался бы стоять в его присутствии. Немедленно бы сел. А в лифте сидеть не на чем.

«Это он, кажется, какой-то церковный гимн переврал», — смутно сообразила Джулиана.

— Так вы, значит, оставили «Неприступный замок» и переселились сюда? — перевела она разговор на конкретную тему.

— Послушайте, — поморщился хозяин. — Давайте я лучше сотворю вам выпивку. Что будете?

— Что-нибудь не слишком сложное. — Она взглянула на буфет, на котором громоздились бутылки виски прекрасного качества, настойки, ликеры, бокалы, лед. Абендсен повел ее туда.

— Просто «Харпер» со льдом, — заказала она. — Мне это всегда нравилось. Вы с Оракулом знакомы?

— Нет, — покачал головой Абендсен, занимаясь ее заказом.

— С «Книгой Перемен»? — изумленно переспросила она.

— В жизни не слышал, — вытаращил глаза Абендсен, протягивая бокал.

— Да не дурачь ты ее, — поморщилась Каролина.

— Я прочла вашу книгу, — сказала Джулиана. — По правде, дочитала только сегодня к вечеру. Откуда вы узнали все о том мире, который описали?

Готторн не ответил ничего, лишь нахмурил брови, уставился в пространство и потер пальцем верхнюю губу.

— Вы же использовали Оракула! — настаивала Джулиана.

Готторн взглянул на нее.

— Не изворачивайтесь, пожалуйста, — попросила Джулиана. — Ответьте просто, не сочиняйте.

Покусывая губу, Абендсен уставился в пол, обхватил себя за плечи руками и принялся раскачиваться. Находившиеся в комнате неподалеку замолчали, и Джулиана заметила, что их поведение изменилось. Похоже, им не слишком пришлись по душе ее вопросы. Но она совершенно не собиралась брать свои слова обратно. И замалчивать их не будет, и на другую тему не перейдет. Слишком все это важно. И потом, вся эта история стоила ей диких усилий, чтобы теперь удовольствоваться меньшим, чем правда.

— Очень сложный вопрос, — ответил наконец Абендсен.

— Да нет же, очень простой, — возразила Джулиана.

Теперь замолчали уже все находившиеся в гостиной. Все смотрели на них троих.

— Простите, — сказал Абендсен. — Сразу я ответить не могу. Удовольствуйтесь этим.

— Но тогда почему вы написали эту книгу? — не унималась Джулиана.

Глядя на напиток в бокале, Абендсен ответил:

— А почему на вашем платье эта брошка? Она что, отгоняет злых духов или же просто охраняет целомудрие?