Чтение онлайн

Бред затерялся где-то в толпе. Тут на Джона надвинулись сразу пять деревенских здоровяков, но Викки в одно мгновение обхватила его обеими руками, уподобившись щиту.

Тогда Джон приподнял ее за локти и понес перед собой, с трудом протискиваясь через разгоряченные, потные тела.

Дверь распахнулась, и в помещение вошел Стив Риттер. Его лицо под полицейским шлемом выглядело суровым, он размахивал резиновой дубинкой. То ли сработал безусловный рефлекс «держаться подальше от полиции», то ли толпа растерялась, не зная, как станет реагировать Стив, но только в зале воцарилась относительная тишина. Бунт стих также молниеносно, как и начался.

Джон опустил Викки. Взявшись за руки, они пробирались к Стиву Риттеру. Когда они проходили мимо него, Стив посчитал необходимым подарить Джона широкой улыбкой.

— Джон, мой мальчик, вам следовало бы послушаться моего совета и оставаться дома.

— Форменное безобразие! — возмутилась Викки.— И это называется полицейский... Почему вы не появились раньше и не прекратили это самоуправство? Может быть, скажете, что вы ничего не слыхали?

Не дожидаясь его ответа, она потащила Джона в сторону, подальше от освещенного участка перед входом в зал.

— Животные! — проговорила она с отвращением.— Безмозглые скоты!

Тут к ним подбежал Бред. Воротничок его рубашки был оторван. Здесь, в тишине деревенского вечера, эти следы недавнего рукоприкладства озверелой толпы, казались невозможными.

— Я довезу вас до дома, там вы пересядете в свою машину,— сказала Викки.

В.это мгновение из зала вышли старшие Кейри.

— Викки, Бред!

Мистер Кейри тяжело дышал, лицо у него было кирпично-красного цвета. Не обращая внимания на Джона, он смотрел поочередно то на Викки; то на Бреда.

— Что вы тут делаете? Почему не заехали к нам, как мы договорились?

— Мы были с Джоном,— пояснила Викки,— а сейчас его машина возле нашего дома. Так что мы подвезем его до нее.

— Не проголосовав? Вы что, с ума сошли! Немедленно возвращайтесь назад, вы оба! Оставайтесь для голосования. Я требую этого!

— Требуете!

Викки возмущенно посмотрела на своего свекра:

— Какое право вы имеете предъявлять какие-либо требования? Это вы принудили Джона ехать сюда голосовать. И таким образом вы в равной мере с остальными отвечаете за все это отвратительное безобразие.

Мистер Кейри с минуту смотрел на нее совершенно ледяным взглядом, потом круто повернулся к сыну:

— Бред! — загремел он,— Немедленно идите назад!

Тираническая грубость его тона потрясла Джона. Он и не представлял, что Кейри-старший может до такой степени забыться. Посмотрев на Бреда и заметив его побелевшее и взволнованное лицо, он торопливо сказал:

— Почему бы вам теперь не возвратиться? Я в порядке...

— Будь я проклята, если вернусь,— в запальчивости крикнула Викки.— К черту Стоунвилл. К черту озеро Шелтон. Надеюсь, что вокруг него настроят отели на каждом квадратном футе! — Она взяла Джона под руку, второй потянула за рукав Бреда,— Идемте!

Но мистер Кейри схватил Бреда за другой рукав:

— Бред, я тебя жду!

Миссис Кейри испуганно засуетилась:

— Джордж, Джордж, пожалуйста, не устраивай сцены. Пусть мальчик поступает, как считает нужным.

С минуту Бред колебался. Потом, смущенно улыбнувшись Викки, сказал:

— В конце концов, бэби, если ты одна отвезешь Джона...

Глаза Викки сердито сверкнули, она демонстративно повернулась спиной к мужу.

— Ясно...

— Послушай, бэби, сейчас начнется голосование, а раз для папы это так важно, я...

Бред посчитал излишним продолжать. Неторопливо, с сознанием своего сыновьего долга, он вернулся следом за отцом и матерью в зал для общих собраний.

Викки же молча пошла по дороге к своей машине, за ней зашагал Джон.

Они ехали домой. Джон сидел рядом с Викки, оба молчали. Наконец Викки не выдержала:

— Иногда отец так меня выводит из себя, что я готова его убить!

И тут же добавила, как будто защищая мужа от невысказанного ею вслух обвинения:

— Бред не очень виноват. Что он может поделать, если никак не соберется с духом выбраться из-под отцовского башмака? С самого детства его учили боготворить папашу, так же беспрекословно подчиняться ему во всем, как это делает его жена. Если бы вы знали, как отвратительно быть женой такого вот папенькиного сыночка! Потому что тебе принадлежит лишь половина твоего мужа, если не четверть. А остальное — папаше.

Она бросила быстрый взгляд на своего молчаливого спутника.

Джон понимал, что за. этими ее словами скрывалось стремление оправдать мужа.

— Если бы мы только могли отсюда уехать! — продолжала Викки.— Сейчас мне принадлежит по крайней мере половина этой проклятой бумажной компании, которую я могу продать в любой момент. Иными словами, материально мы абсолютно не зависимы от стариков. Так что мы спокойно могли бы забыть про эту дыру и зажить самостоятельно в более культурном и интересном месте. Но Бред никогда на это не согласится, во всяком случае, пока жива, его мать. Он говорит, что мы не можем заставить ее нести на плечах все бремя. Бремя! В действительности он отнюдь не считает своего отца бременем. Он без ума от него самого и от старинного семейного дела, которым занимается их род. Очень трогательно, но мне...

Она внезапно замолчала.

— Простите, Джон. Я выбрала совершенно неподходящее время для того, чтобы изливать вам свою душу. Скажу одно: вы были просто поразительны! Честное слово, иначе не скажешь!

— Ну, что вы, я не мог их сдержать, не смог с ними справиться.

— Мерзкие крысы! И этот Стив Риттер, он самый отвратительный из всех. Начал-то всю историю именно он, со своими смешками, намеками, шепотками... В чем дело, Джон, почему он так настроен против вас?

«Я не хочу, но это сильнее меня... Это как болезнь...»

— Не знаю, мне думается, что они все против меня, потому что они не привыкли к такого рода людям. Что-то во мне вызывает у них подозрительность. И потом, как я полагаю, Линда-

Нет, даже с Викки он не мог говорить о Линде. До самого дома они ехали в полном молчании.

Он посоветовал ей остаться дома, но она, была упряма, продолжая свое мысленное сражение с деспотичным свекром и мягкотелым супругом. Он не должен возвращаться один, сказала Викки. Она настояла на том, что проводит его на машине и зайдет к нему в дом выпить. И только когда они сидели в креслах с наполненными бокалами Джон понял, как это было важно для него вернуться в дом не одному. Значит, нашлось такое создание, которое может посидеть в его доме и выпить с ним бокал коктейля.

Она оставалась- недолго. Допив свой бокал она поднялась:

— Мне нужно успокоить беднягу Бреда, вы не представляете, как на него действуют такие сцены с отцом... Он чувствует себя зверем, попавшим в ловушку, связанным по рукам и ногам, лишенным всякой самостоятельности. Я не могу его даже винить.

Она протянула ему руку. Когда он ее от души пожал, а потом поцеловал, ее неправильное, странное, доброе лицо засветилось застенчивой, почти смятенной улыбкой.

— Могу ли я вам кое-что сказать, Джои?