Чтение онлайн

Однако этого нельзя сказать о современных выходцах из Магриба и Леванта, в последние два десятилетия раз за разом удивляющих Францию и Германию хулиганскими выходками и акциями протеста. Причем такое поведение было бы уместно в 1960-е годы, когда массовая миграция мусульман в Европу только началась, но никак не в начале XXI в., когда успело повзрослеть второе их поколение. Казалось бы, первые арабские и турецкие переселенцы имели больше поводов для недовольства условиями новых Родин: французы и немцы воспринимали мигрантов исключительно как «гостевых рабочих», прибывших на ограниченное время. Но в те годы восточные рабочие не вели себя вызывающе, и многие из них с разной степенью успеха пытались ассимилироваться в европейских странах. В наши же дни исламский культ, включая даже монументальные мечети, стал частью местного колорита Франции, Германии, Великобритании и Швеции, большинство «мигрантов второго поколения» имеют европейское гражданство, существуют даже политические организации, представляющие их интересы. Но этого оказывается недостаточно, для того чтобы удержать мусульманскую молодежь от участия в антиправительственных акциях и даже пособничества террористам.

Возникает закономерный вопрос: что является причиной их недовольства и против чего они так активно борются? Как ни удивительно, в вину европейцам ставится… колониальное прошлое Магриба и Леванта, хотя только благодаря этому прошлому мигранты хоть как-то знакомы с французским и английским языками. Многие из радикально настроенных европейских мусульман отказываются работать, а пособие по безработице считают законной компенсацией за случавшийся в ходе колонизации грабеж. Отечественный исследователь В.Р. Арсеньев недоумевает: «Сколько можно культивировать этот комплекс вины одних и комплекс права на историческую ренту – других? Пора осознать, что никто никому ничего не должен! Это – первое условие равенства отношений, уважения и делового настроя» [Арсеньев, 2006, с. 51].

Но такое поведение – закономерное следствие депривации, возникшей по причине показной толерантности европейцев. Проявив гостеприимство по отношению к исламу и предоставив гражданские права большинству мигрантов, они тем самым символически приравняли пришельцев к себе. Наряду с этим в экономическом плане их уровень жизни продолжает различаться, потому что различаются стили жизни коренных европейцев и приезжих мусульман (в первую очередь – трудовая этика). Француз или немец имеют высокий доход не потому, что являются гражданами Европейского союза, но лишь ввиду своего образовательного уровня и ответственного отношения к работе. Воспринимающий же труд как неприятную и необязательную повинность, нередко малограмотный мигрант считает себя обманутым, потому что европейское гражданство символически сделало его европейцем, но не сделало его таким же материально обеспеченным, как коренные европейцы. И вместе с усилением европейской толерантности будет усиливаться и депривация мигрантов.

В данной статье мы рассмотрели ущемление как побудительный мотив для индивидуального и группового социального творчества. А.Дж. Тойнби полагал, что ущемление вынуждает человека и общественную группу компенсировать недоступные возможности и привилегии активностью в другой, доступной сфере. Чем болезненнее ущемление, тем, по мысли британского философа, сильнее и активнее будет социальное творчество ущемленных. Однако отечественный автор С.В. Соколов справедливо отмечает, что ущемление и связанные с ним надежды на облегчение положения порождают депривацию – состояние, в котором ущемляемый видит несоответствие своих надежд реальному положению дел, но ждет решения этой проблемы от реальной или выдуманной силы со стороны. Депривант всегда протестует против текущей ситуации, но, как показывают исторические факты, такой протест носит характер поиска виноватых и мести за действительные и мнимые обиды. Примеров же созидающего творчества депривантов история пока не знает.

Применительно к современной социально-политической ситуации в России, и особенно Западной Европе, можно говорить о депривации мигрантов. Данная ситуация сложилась не в последнюю очередь благодаря политике толерантности, которая воспринимается депривантами как обещание безвозмездной финансовой опеки над каждым из них. И изменить такое положение дел может только прекращение бесконечной пропаганды всеобщего равенства и обязательного грядущего изобилия для всех, которая в последние несколько десятилетий является самым популярным лозунгом глобализации.

1. Альперович М.С., Слезкин Л.Ю. Образование независимых государств в Латинской Америке. – М.: Просвещение, 1966. – 243 с.

2. Арсеньев В.Р. Багровые закаты над Европой // Азия и Африка сегодня. – 2006. – № 4. – С. 50–52.

3. Гонионский С.А. Гаитянская трагедия. – М.: Наука, 1974. – 160 с.

4. Соколов С.В. Социальная конфликтология: Учеб. пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2001. – 327 с.

5. Тойнби А.Дж. Постижение истории / Пер. с англ. Е.Д. Жаркова. – М.: Айрис-пресс, 2010. – 640 с.

6. Трегубова Д.Д. Этничность и ее восприятие // Человек: Образ и сущность. Гуманитарные аспекты: Ежегодник. – М., 2015. – С. 88–95.

1. Al'perovich M.S., Slezkin L.Iu. Obrazovanie nezavisimykh gosudarstv v Latinskoi Amerike. – M.: Prosveshchenie, 1966. – 243 s.

2. Arsen'ev V.R. Bagrovye zakaty nad Evropoi // Aziia i Afrika segodnia. – 2006. – N 4. – S. 50–52.

3. Gonionskii S.A. Gaitianskaia tragediia. – M.: Nauka, 1974. – 160 s.

4. Sokolov S.V. Sotsial'naia konfliktologiia: Ucheb. posobie dlia vuzov. – M.: IuNITI-DANA, 2001. – 327 s.

5. Toynbee A.J. Postizhenie istorii / Per. s angl. E.D. Zharkova. – M.: Airis-press, 2010. – 640 s.

6. Tregubova D.D. Etnichnost' i ee vospriiatie // Chelovek: Obraz i sushchnost'. Gumanitarnye aspekty: Ezhegodnik. – M., 2015. – S. 88–95.

УДК 316.62

В статье рассматривается подход к поиску кооперативного потенциала конфликтного взаимодействия в речи конфликтующих субъектов. Подчеркивается, что сохранение качества спонтанности речи в конфликте является одним из важных шагов на пути к речевому оформлению конфликтной ситуации. Автор указывает на необходимость удержания в конфликтной коммуникации разности точек зрения и многообразия форм коммуникативного проявления конфликта как одного из ключевых аспектов навыка конфликтоспособности. В статье обсуждаются механизмы речевой интервенции в конфликт с намерением обнаружить кооперативный потенциал конфликтного взаимодействия и поиск доступных форм возможной совместной деятельности.

Ключевые слова: конфликт; кооперация; столкновение; разногласия; коммуникация; антропология.

Поступила: 24.02.2017

Принята к печати: 23.04.2017

The paper proposes an approach which helps to find the cooperative potential of conflict during speech interaction between conflicting interlocutors. It is emphasized that presenving speech spontaneity in conflict is one of the crucial steps towards the shaping of the conflict situation in speech. The author highlights the need for maintaining difference in the communicants’ opinions, diverse forms of communicative manifestations of conflict as one of the key aspects of the conflictability. The paper discusses mechanisms of speech intervention in conflict with the aim of discovering the cooperative potential of conflict interaction and searching for accessible forms of shared activity.

Keywords: conflict; cooperation; collision; discrepancy; communication; anthropology.

Received: 24.02.2017

Accepted: 23.04.2017

Поиск кооперативного потенциала коммуникации в конфликтных ситуациях является одной из основополагающих задач современности.

Антропология как целостное знание о человеке в контексте его биологического, социального, психологического, культурологического, лингвистического генезиса рассматривает конструктивность в условиях конфликта в понятиях «реализации границ» [Вульф, 2008], «рефлексивности», «совместности 4 », «спонтанности», «многообразия и разнообразия», «разного», «конфликтоспособности 5 ».