Чтение онлайн

Сказать, что Муромцев побывав на Чукотке, испытал шок, значит, не сказать ничего. А потом… Потом было приглашение в Нью-Йорк, во Всемирную Инквизицию. В самое ее логово, в Высший Совет. Крупнейший город Америки неприятно поразил Сергея обилием Сумеречных паразитов. Тут вспоминать больше ничего было не нужно. Все и так сидело в памяти Муромцева не хуже старого ржавого гвоздя в дубовой доске. И Сергей не раз пытался проанализировать свои чувства, понять и принять узнанное там. Однако несколько лет раздумий ни к чему хорошему не привели. Он просто свыкся. Не более того. И со временем стал относиться философски, стараясь чтобы случайные фразы, жесты либо что-то другое не вызвали ассоциации с его новой сущностью. А в шестой спецрайон, внешне замаскированный под обычную, только очень большую зону строгого режима Муромцев так больше и не попал.

Странными были его случайные воспоминания. Увидев на экране телевизора северного оленя, Сергей ассоциативно мог еще долго слышать глухой хруст костей и плоти. Это псевдооборотень с аппетитом пожирал самого себя и тут же возрождался вновь. Будь проклята эта Чукотка! Когда Муромцев впервые войдя, в тянущиеся на целые километры хранилища спецрайона увидел и услышал вой и скрежет полуметровых челюстей псевдооборотня, он не предполагал, что образ чудовища будет преследовать его долгие годы, служа жестоким предупреждением самому Сергею. Напоминанием о том, что и он сам ходит по лезвию ножа, храня хрупкое равновесие между нормальными Иными и монстрами из наглухо закрытых спецрайонов.

Лет пять-шесть назад особых сложностей у Муромцева, по поводу его настоящего и будущего земного бытия, взаимоотношений с людьми, окружающим миром и Сумраком не возникало. Как и у подавляющего большинства Иных. Он довольно легко принял новый и странный для закоренелого материалиста мир. Вошел в него и стал полноправным его членом. Более того. Открывшиеся перед Сергеем возможности давали и определенную фору на его основной работе в Федеральной службе безопасности. Ряд заданий, порученных ему Леоном, какими бы удивительными поначалу они ни казались, Сергей выполнил с блеском. Молодому преуспевающему и на удивление быстро прогрессирующему оперативнику Нижегородского Ночного Патруля, Светлому Иному, магу четвертого, а потом и третьего уровня, прочили большое будущее. Сам Соколов весьма благосклонно отзывался о его способностях. Более сложные поручения тоже не вызвали у Муромцева особых трудностей. Работа шла можно сказать на ура. Быстро и без особых проблем. Если не считать трагической гибели Андрея, да еще прокола в Усть — Усинске при эвакуации схрона Радомира. Но то, что домовина оказалась пустой была не его вина. Здесь прокололась даже всесильная Всемирная Инквизиция. А вот Андрей… Он никогда не простит себе его смерть. Так поначалу все думали. Потом оказалось, что весельчак и гитарист Андрюха, первый из Иных с кем Сергей действительно подружился, тоже находится спецрайоне. Там Муромцеву не стали показывать бывшего Светлого мага. Да он и не просил.

Так давно это было… Сергей, грустно улыбнулся, вспомнив их с Назимовым странный полет на «Ан-24». В то время состояние Муромцева все еще оставалось в пределах нормы. А потом был разговор с Владимиром в летном профилактории Салехарда. Инквизитор всего лишь приоткрыл ему причину поиска схрона Радомира. Причину, почему это должен был сделать именно он. Молодой и неопытный маг. Что ж из того, что опасно? Сергей был готов. Работа есть работа. И в принципе какая разница кто перед тобой. Взбесившийся вампир, как это было в Воротынце или, возможность полумифического инопланетного вторжения.

Шло время. Подоспела командировка на Чукотку. На подлете к Анадырю, Муромцев спал. «Ил-62», на который ему достался билет, был, конечно, далеко не суперсовременным «Боингом» или «Аэробусом». Именно они в основном и эксплуатировались теперь на дальних Российских маршрутах. Тем не менее, на борту достаточно комфортабельного советского лайнера Муромцев отлично выспался. Проснулся он лишь за полчаса до посадки. Сергей вообще предпочитал российские машины всем другим, справедливо считая, что в том же европейском «А-310» и кресло нельзя толком откинуть. А уж о надежнейшей безбустерной системе управления «Ил-шестьдесят второго» и вообще в свое время ходили легенды.

Муромцев не без любопытства смотрел в иллюминатор на проплывающий под мерно покачивающимся крылом «Ильюшина» унылый пейзаж. Плоскую болотистую речную долину лишь слегка оживляли окружающие ее невысокие пятнистые горы, да вдалеке, благодаря хорошей погоде было видно блестящее зеркало океана. Муромцев был слаб в географии и никак не мог вспомнить, Тихий это или Ледовитый.

Пересев в специально присланный за ним вертолет, Сергей сразу же прилип к окну, в надежде разглядеть сам город. Увы. Пилот, подняв машину в воздух, повел ее на удивление низко. Над самой рекой. Когда «Ми-8» все же набрал приличную высоту, от города осталась только туманная дымка на горизонте.

На спуске вертушка заложила крутой вираж и внизу встала дыбом панорама горной долины. Муромцев подумал, что отгороженная от всего мира труднопреодолимыми даже летом хребтами и обширными болотами эта богом и властью забытая в постперестроечные времена окраина государства Российского сохранила всю прелесть первобытной дикой природы.

На следующем вираже Сергею хорошо стала видна и цель путешествия — шестой спецрайон Всемирной Инквизиции. Территорию он занимал, судя по всему немалую. Насколько хватало глаз, вдаль тянулись однообразные длинные низкие строения. Они больше всего походили на бараки для политзаключенных времен культа личности Сталина. Не меньше был похож спецрайон и на запомнившиеся Сергею по документальным фильмам фашистские концлагеря.

Дальше за скрывающимися в дымке рядами бараков, уходили, выгибая темно-серые спины мрачные кряжи, страшно обезображенные шрамами древних гранитных валов, языками каменных россыпей и мрачными темными, казалось не имеющими дна провалами. Увидев раскрывшиеся перед ним перспективы, Муромцев вдруг понял, что далеко не зря зашвырнула сюда Инквизиция шестой спецрайон. Буквально на край географии. Ох, не зря! Конечно он понимал, что в мире Иных ничего не делается просто так и если уж его командировали в эту северную глушь, то уж точно не любоваться местными суровыми красотами.

Перед поездкой сначала Соколов, а потом и Владимир вкратце обрисовали ему ситуацию. Они рассказали, что уже около века как на Земле появились Другие. Сначала их были единицы. Редкие случаи непонятных и страшных своими последствиями мутаций Иных. Причем как Темных, так и Светлых. Потом Других стало больше. Ну, а в последние два десятилетия пошел в буквальном смысле этого слова вал. Инквизиция не успевала создавать спецрайоны. Не хватало ни Силы, ни охраны.

— Кто они такие? — спросил тогда Сергей закончившего рассказ Леона.

— Кто? Другие… это… Другие. Это наиболее распространенный на сегодняшний день термин, — ответил Соколов. — Их можно было бы назвать нелюдями, но люди в них не превращаются. Ими занимается в основном Инквизиция, но и она не ничего не понимает. Пока Других с большими трудностями и потерями Иных отлавливают. Помещают в спецрайоны. И этому не видно ни конца, ни края. Короче говоря, там сам все увидишь. Попробуй разобраться. Ты теперь в такой Силе, что не мне тебя учить… ученик.

Вертолет вдруг нырнул вниз, ненадолго завис уже внутри охраняемого периметра и мягко опустился, по всей видимости, на совсем недавно забетонированную площадку. Как Муромцев и ожидал, место посадки мало походило на аэродром. Круглое, диаметром около ста метров, оно было огорожено сплошной стеной, увитой поверху какой-то новой, незнакомой Сергею, разновидностью колючей проволоки. Посмотрев на нее сквозь Сумрак, он понял, что колючка зачарована. Кроме того, что она буквально светилась от переполнявшей ее Силы, сам металл из которого проволока была сделана, являлся своеобразным огромным охранным амулетом. Через эту колючку не смог бы пройти не только Соколов, но и даже бывший Светлый маг Вне категорий, а теперь Инквизитор Владимир. «А ты бы прошел?» — спросил себя Муромцев, и не смог дать однозначного ответа. Ни в положительном, ни в отрицательном смысле.

Дверей как обычных, так и бронированных в окружающих посадочную площадку стенах не было. На первом слое Сумрака Муромцев их тоже не обнаружил. «Да…, - подумал Сергей. — Веселое местечко, ничего не скажешь!». Спецрайон неприятно поразил его с первых шагов. Поразил небывалой угрюмостью внешнего вида и беспрецедентным уровнем безопасности.

В сущности, как потом понял Муромцев, это был уже не спецрайон, не зона для свихнувшихся Иных, а целый город, где существовали Другие. Именно существовали. Поскольку с точки зрения любого Иного жизнью это безвременное пребывание на краю света назвать было нельзя. Только чей он этот город? Для кого? Для Других или все-таки для Иных? В том смысле, что скоро, если так пойдет дело, Иных станет меньшинство и не Другим, а уже Иным придется прятаться за заборами из чистой Силы. С этой точки зрения спецрайон, куда прибыл Сергей, можно было бы рассматривать, как плацдарм Других для освоения всей планеты.