Чтение онлайн

– Может быть, зайдете, – радушно улыбнулся я. – Мы как раз чай заварили.

– В другой раз.

Человек в ярко-оранжевом спортивном костюме повернулся ко мне тощим задом, прижал локти к бокам и затрусил в сторону лестницы.

Я победил. Но никакой радости от этого не чувствовал. Победа, давшаяся легкой ценой, чем-то сродни поражению.

Из своей комнаты вышла Лоя. И, вопреки обыкновению, не чаю себе налила, а взяла из холодильника банку лимонада. Сделав пару глотков, она недовольно сморщилась и вылила всю банку в раковину. Мне это было знакомо. Когда Лое было плохо, она старалась, чтобы стало еще хуже. Так, по ее утверждению, ей удавалось быстро вернуть мозги в рабочее состояние; это все равно как, сидя на строгой диете, вдруг сорваться, нажраться до отвала пирожных, а потом кинуться в ванную, чтобы прочистить себе желудок. Я этого не понимал. Может быть, потому что никогда не сидел на диете.

Лоя посмотрела на нас с Гамигином и сразу все поняла.

– Ничего не нашли, – произнесла она таким тоном, будто давно подозревала, что нас с Ансом в детстве неоднократно роняли вниз головой.

– А у тебя что? – спросил Гамигин.

Так, на всякий случай, без особой надежды.

– Ничего, – покачала головой Лоя. – Различные виды райских достопримечательностей. Запертые ворота Райского института высоких технологий, возле которых Хуупов встретил сын. Чуть больше двадцати минут съемок дома у Айну. Я думала, может быть, там что-то попало в кадр…

Лоя щелкнула пальцами, как кастаньетами.

– Меняемся файлами, – предложил Анс.

Конечно, существовала возможность, что при просмотре фильма я пропустил что-то, что смог бы заметить Анс. Или Лоя. Также нельзя было исключать вероятность того, что однажды в наше окно залетит метеорит. И вода во включенном чайнике наполовину закипит, а наполовину замерзнет. А миллион блогеров, случайно нажимая клавиши своих компьютеров, напишут вдруг строфу из одиннадцатого сонета Шекспира. Все это теоретически возможно. Но ждать, когда же это осуществится на практике, можно было до скончания веков. И еще дольше.

– Нужно всем вместе посмотреть несколько эпизодов, снятых в Раю, – сказала Лоя.

И в этом она была права.

Я где-то читал, что древние германцы, обсуждая план грядущего похода, сначала делали это на трезвую голову. А затем, продолжая обсуждение, вдрызг напивались. Не знаю, что уж они тогда пили. Но это помогало им раскрепостить сознание и совершенно по-новому взглянуть на ситуацию. Большинство суждений, высказанных во хмелю, как и полагается, были совершенно дурные. Но, случалось, среди них проскальзывали и необыкновенно дельные замечания. Настолько оригинальные, что никогда бы не пришли в голову трезвому.

Когда мы втроем – я, Анс и Лоя, – обсуждали какую-то проблему, нам не нужно было даже пить, чтобы перейти на иной уровень восприятия действительности. Мы настолько по-разному воспринимали реальность как в целом, так и в отдельных ее проявлениях, что невольно создавалось впечатление, будто каждый из нас наглотался какой-то своей дури. И, как ни странно, подобный бредово-наркотический мозговой штурм зачастую давал результат, которого вряд ли смогли бы достичь три общепризнанных и не уступающих друг другу гения. Примеров можно приводить сколько угодно. Чего стоит одно только дело о пропаже фамильного складня Богдановых. Или история с утечкой в Интернет рукописи нового, еще не законченного романа гения всех времен и народов, самим Президентом объявленного национальным достоянием Всея Московии, писателя-таксидермиста Федора Беликина.

Мы перебрались в мой кабинет. Удобно расположились вокруг компьютера. Выключили все телефоны, заблокировали дверной звонок.

И – началось!

Мы гоняли картинки вперед-назад. Фиксировали внимание на каждой мелочи, попадающей в кадр. Увеличивали, множили, спорили, стучали пальцами по экрану. Со стороны мы, наверное, смахивали на трех ненормальных, спорящих о том, в какой стороне сегодня сядет солнце. Мы же сами чувствовали, как атмосфера внутри нашей троицы постепенно уплотняется, начинает упруго вибрировать и вот-вот начнет сыпать искрами.

Что-то непременно должно было случиться.

Примерно через полчаса мы все почувствовали, что страшно проголодались. Лоя, естественно, тут же предложила заказать обед из китайского ресторана. Анс, само собой, поддержал ее. После чего мне, вроде как, оставалось только согласиться с мнением большинства. Но тут уж я решил проявить настойчивость и волю. Я заказал себе пиццу с беконом и буррито с острой красной фасолью. Пусть смотрят на меня как на извращенца – мне все равно.

Коробочки с китайской едой принесли на пару минут раньше пиццы. Зато пицца оказалась, ну, чуть ли не прямо из печи. С толстым слоем сыра и подрумяненной корочкой.

Заварив зеленый чай, мы устроились за столом в приемной. Анс с Лоей ловко орудовали палочками. Я ел руками. Каждый по-своему получал удовольствие.

– А что мы будем делать, когда найдем заказчика? – спросил Анс после того, как выскреб из свой коробочки последнюю полоску лапши. – Его ведь даже арестовать не за что. Камеру у Хуупов стащил Макак, ныне покойный. А то, что кражу заказал кто-то другой, доказать практически невозможно.

– Заказчик собирался подсидеть святош, – заметила Лоя. – И это уже хорошо.

– Вряд ли он захочет поделиться с нами своими планами.

– А какие у него могут быть планы? – спросил я.

Просто так, ни к кому не обращаясь. Меня вдруг всерьез заинтересовал этот вопрос, которым мы прежде вообще не задавались: какова была конечная цель заказчика?

– Он что-то знает про тайные планы святош, – сказала Лоя.

– И это, надо полагать, как-то связано с Райским институтом высоких технологий, в котором работает Айну Хууп, – добавил Анс.

– И он не ангел, – закончил я.

И тут все мы прекратили есть.

Вот оно!

Нам вдруг стало понятно, где следует искать человека, которого мы между собой давно уже называли «заказчиком».

– Это бывший сотрудник РИВТа, уволенный по какой-то причине из института.

– И затаивший зло и обиду на своих бывших работодателей.

– Значит, он собирался либо шантажировать святош, либо продать имеющуюся у него информацию демонам.

– Его бы не выпустили из Рая, если бы он действительно знал что-то стоящее.

– Он не знал, но собирался получить эту информацию.

– И для этого ему была нужна камера Хуупов.

Мы снова вернулись к тому, с чего начали. На мемори-карте из камеры Хуупов должна была храниться какая-то чрезвычайно важная информация. Поскольку ничего, кроме любительской видеосъемки самих Хуупов, на мемке не было, следовательно, то, что интересовало заказчика, должно было попасть в кадр случайно. И он был уверен, что именно так и произойдет. Уверен настолько, что заранее договорился о продаже.