Чтение онлайн

Родители запрограммированы на то, чтобы защищать беспомощное существо, и бросаются к нему при каждом крике независимо от причины. Очень быстро они, сами того не сознавая, приучаются реагировать таким образом даже тогда, когда крик не связан с базовыми потребностями ребенка, и через некоторое время замечают, что стоит маме собраться положить малыша, как тот, словно угадав ее намерение, начинает плакать. Тут родителям приходит в голову, что надо отучить ребенка кричать без повода, и с этого момента они обращают на такое поведение больше внимания, чем необходимо.

Первый росток сорняка (крик без повода) сам по себе довольно неприятен, а корни у него крошечные, но он может быстро перерасти в привычку. Мама, которая вскакивает к младенцу на каждый крик, с большой вероятностью продолжит в том же духе и тогда, когда он выйдет из младенчества, а крик превратится в нытье. Нередки случаи, когда родители, попавшись в ловушку, выдумывают для себя оправдания того, что они таскают двухлетнего на руках, как будто это младенец.

Что же – выходит, нельзя брать малыша на руки, когда он плачет? Разумеется, можно, и многие родители так делают, но очень важно следить за своим поведением и понимать, в каких случаях оно подкармливает потенциальный сорняк. Рано или поздно для любого родителя наступит момент, когда решение броситься на крик ребенка запустит цикл фотосинтеза и сорняк прорастет. Родителям следует с самого начала обращать внимание на свою роль. Маме вовсе не сложно носить младенца на руках, но потом, превратившись в трехлетнего ребенка, он все так же не хочет отходить от мамы и иметь дело с кем-нибудь кроме нее, а спать желает непременно в той же кровати, что мама и папа. Это, конечно, не входило в мамины намерения, но крохотному сорняку легко разрастись до огромных размеров. Результаты начинают сказываться и на общении мамы с внешним миром – ей трудно выскользнуть за дверь, посещение торжественного обеда превращается в кошмар, да и другие ситуации, в которых мать и ребенок должны разделиться, выматывают обоих сверх меры и необходимости.

Помните, маленькие дети не в состоянии понять то, что мы говорим, но отлично понимают наши жесты, телодвижения, действия, интонации и настроение. Если цель ребенка – добиться, чтобы мама с папой подошли поближе, то для него логично предпринять все, что потребуется для достижения этой цели. Чем сильнее родители реагируют на поведение детей, тем более вероятно, что дети и дальше будут так себя вести. За этим не стоит ни злонамеренность, ни коварный расчет, ни стремление свести вас с ума – только обычная причинно-следственная связь.

Дети осваивают эффективные способы привлечения жизненно необходимого им родительского внимания и одновременно изучают реакцию родителей на свое поведение, формируя таким путем представление о собственном месте в структуре семьи. Этот второй процесс очень важен с точки зрения дальнейшего развития сорняка. Увы, в большинстве случаев родители не осознают, что именно из-за их попыток быстро пресечь нежелательное поведение ребенок превращается в нытика, плаксу, капризулю, копушу, приставалу и т. п. Малыш понимает, что в ответ на его поведение A, B или C родители систематически выдают соответственно X, Y или Z, и сорняк пускает корни, которые укрепляются с каждым следующим повторением ситуации. Метафора совершенно прозрачна: ваше внимание закрепляет и усиливает плохое поведение точно так же, как удобрение помогает взойти и разрастись сорнякам.

Что, видимо, не вполне ясно, так это почему ваш умный и милый ребенок все время ведет себя так, что вы сердитесь, огорчаетесь и наказываете его. Причина в том, что он раз за разом отвечает на один и тот же вопрос – кто я в семье? Систематическая, заинтересованная и эмоционально нагруженная реакция родителей подтверждает правильность ответа, и так может продолжаться много дней, а иногда и лет. Сами родители, если их прямо спросить, обычно признают, что на плохое поведение детей они всегда реагируют очень эмоционально, а на хорошее – ровно и спокойно. Между тем для детского сознания имеют значение интенсивность и повторяемость реакций. Не примите это как рекомендацию выражать бурный восторг всякий раз, как ребенок поведет себя хорошо, – как мы увидим во второй части, это тоже скользкая дорожка, по которой легко скатиться к неэффективному воспитанию. В данный момент я хочу указать на то, что родители склонны фокусироваться на нежелательном поведении, и именно по этой причине оно разрастается по всему дому, как сорняки в огороде.

Случалось ли вам слышать, как мама говорит дочке: «Скажи это как большая девочка, и я тут же налью тебе соку»? Она, как мы понимаем, думает: если постоянно подчеркивать, как ей хочется, чтобы прекратилось это нытье, оно в конце концов прекратится. А у дочери – чего мы обычно не понимаем – на уме совсем другое: если я стану ныть, мама на меня посмотрит и со мной поговорит. Такой у нее способ привлечь мамино внимание, такая роль в семье.

Можно быть уверенным – в следующий раз, когда девочка захочет чего-нибудь от матери, она попросит об этом тоненьким гнусавым голоском с хнычущей интонацией: «Маааама, мооожно мне щоколааадного молокааа?» Так это и будет продолжаться, пока в какой-то момент нытье не станет для матери совершенно невыносимым и не заслонит собой все прочие свойства дочки. Тогда мама станет считать собственного ребенка прирожденным нытиком – ведь как она ни старалась искоренить вредную привычку, ничто не помогало. Ее ожидания, как и положено, сбудутся.

Вот реальная история из жизни одной семьи, показывающая, до каких масштабов может разрастись сорняк.

Эмили-нытик

Четыре года Джейн, мама пятилетней Эмили, пыталась отучить девочку хныкать по поводу и без повода, но безрезультатно. В действительности то, что она делала, работало на закрепление привычки. Например, Джейн предупреждала:

«Эмили, я не могу с тобой разговаривать, когда ты говоришь таким плаксивым голосом».

«Эмили, считаю до трех – раз, два, три…»

«Эмили, перестань хныкать, а то всю жизнь прохнычешь».

«Эмили, скажи это как большая девочка, и тогда я буду с тобой разговаривать».

«Эмили, пока ты говоришь этим плаксивым голосом, с тобой никто не станет разговаривать».

«Эмили, скажи то же самое нормальным голосом, и я отвечу».

Когда настало время отдавать Эмили в подготовительный класс, мама несколько раз поговорила с ней о том, каким тоном дети в школе должны разговаривать с учительницей, объяснила, что из-за плаксивых интонаций ее, возможно, станут дразнить и считать глупой. Джейн честно пыталась сделать все от нее зависящее, чтобы Эмили вступила в класс самостоятельным и общительным ребенком. Намерения были самые благие, но, как мы увидим, несчастная мать лишь напрасно мучила себя.

В первый день в школе Эмили вошла в класс и произнесла так плаксиво, как только умела:

– Мисс Морган, мама велела мне поговорить с вами и попроситься на первую парту, потому что я со странностями и за мной нужен глаз да глаз.

Мисс Морган взглянула на нее и сказала:

– Эмили, ты теперь школьница, поэтому прошу тебя, отныне и впредь всегда разговаривай в школе как большая девочка. Ты меня поняла?

Эмили широко-широко улыбнулась и ответила:

– Да, мисс Морган, все поняла.

Так в жизнь Эмили вошел еще один взрослый, которому предстояло сосредоточиться на том же, над чем ее мама билась много дней подряд. Как вы думаете, что происходило на родительских собраниях? И какие записки приносила Эмили из школы? Да, вы угадали. Все оставалось по-прежнему, пока Эмили не закончила подготовительный класс и не перешла в первый. А что и как тогда переменилось, мы узнаем в главе 7.

Теперь, когда вы стали яснее понимать, как работает цикл, рассмотрим еще несколько историй, иллюстрирующих его развитие в реальных семьях.

Драчун и ябеда

У Джейды два сына. Как правило, они ладят друг с другом, но временами что-то на них находит, они начинают ссориться, и в итоге дело доходит до драки.

Восьмилетний Джек шлепает шестилетнего Джеймса.

Джеймс кричит: «Он меня стукнул!»

На крик прибегает мама, она говорит: «Прекратите немедленно и найдите себе другое занятие». Затем мама выходит.