Чтение онлайн

Вольфер попытался задать вопрос. Он чуть было не поднял руку, как в школе, но замер, подумав о том, каким он должен выглядеть дураком.

Молодой врач продолжал информировать старшего коллегу.

– Мы провели ряд тестов, слава Богу, кажется, нет указаний на необратимые повреждения мозга. И, клянусь вам, у пациентки учащаются периоды возвращения сознания. Взгляните на ее энцефалограмму.

Вольфер в напряжении ждал, как вдруг у него в мозгу словно рванула вторая ракета. Воспоминания, разом нахлынув, превратили обрывки в стройную картину. Одну руку инспектор положил на плечо Парата, а пальцем другой ткнул прямо ему в лицо.

– Катастрофа по вине моторной лодки, сказал он и направился к кровати. – Все. Вспомнил. – Он вслух разговаривал сам с собой. – Там были два парня. Два идиота в скоростном глиссере. Боже правый, я вижу все, как будто это было вчера. Могу поклясться, что они буквально разрубили надвое тот маленький ялик. Треск раздался такой, что его, наверное, услыхало полгорода. – Вольфер взглянул на докторов и произнес с выражением:

– Те двое были похожи на настоящих дьяволов. – Потом он перевел взгляд на лежавшую в постели Натали. – Бедная девочка! Сколько лет прошло! – Он снова обратился к мужчинам. – Одного из мерзавцев на этой неделе застукали пьяным за рулем. Четвертый раз. – Вольфер сердито нахмурился. – Надеюсь, теперь ему не уйти от ответа.

– Вы хорошо знали больную? – наконец обратился к нему с вопросом доктор Парат.

Инспектор кивнул.

– Можно сказать, что мы были знакомы, но прятались друг от друга. – Размышления Вольфера перенесли его на семь лет назад. Да, теперь вспомнил все, точно. Она со своим дружком почти каждую неделю бывала в суде. И всегда приходила, когда дело касалось моих клиентов. – Он поглядел на врачей, и до него начало кое-что доходить. – А вам известно, кто был ее парнем?

Инспектор перевел взгляд с одного вежливого лица на другое. Его вопрос, видимо, не вызвал у докторов интереса. Наконец старший нарушил молчание.

– Прошу простить меня, я не представился. Я хотел кое-что узнать у вас. Меня зовут доктор Парат, а это доктор Лейн.

«Доктор Лейн? Доктор Лейн?» – Вольфер снова напряг память и разглядывал, не стесняясь, молодого человека, пожимая тому руку. Ему показалось, что Лейн раздражен, и это его мгновенно насторожило.

– Вы собирались рассказать нам о друге девушки, – напомнил доктор Парат.

– А, ну да. За ней тогда ухаживал Бреннер. Знаете, кто он сейчас? – Собеседники смотрели на него растерянно. – Зять Джуда Райкена.

– Неужели?

«Эти двое медленно соображают», – решил Вольфер. Нет, он, наверное, не случайно стал старшим инспектором. Он все примечает. Все запоминает.

– Думаю, вам бы не помешало с ним потолковать, – посоветовал он.

Доктор Парат согласно кивнул.

– Поскольку несчастный случай произошел на ваших глазах, не могли бы вы рассказать мне о нем поподробнее?

Вольфер был польщен. Все-таки эти болтуны отнеслись к нему серьезно. Может, они хоть что-то теперь узнают, раз они наконец прекратили поздравлять друг друга со своими великими достижениями. Ему известно куда больше, чем они думают. А этот доктор Лейн все равно подозрительный тип. Пересказывая подробно происшествие на озере, инспектор сообщил врачам, как долго Натали держалась на воде, прежде чем до нее сумели добраться. Он точно запомнил, сколько ушло времени, чтобы доставить ее на берег. Эти сведения содержались и в его рапорте, который лежал перед доктором Паратом, но тому даже не понадобилось в него заглядывать. Еще Вольфер помнил, как вызвал «скорую» раньше, чем случилось несчастье. У него тогда было предчувствие, и оно, увы, оправдалось.

Доктор Парат, кажется, остался весьма удовлетворен.

– С момента катастрофы, до того как Натали Парнелл была доставлена в больницу... прошло меньше восьми минут. – Он пробежал глазами записи. – Вас следует поздравить, сэр. Если бы не ваша сообразительность, она бы тут сейчас не лежала.

Так, теперь они и его собирались принять в клуб выдающихся людей. Но в глубине души Вольфер был доволен: хорошо, что они хотя бы способны разглядеть талант.

Парат выжидал, желая убедиться, что старший инспектор Вольфер удалился на порядочное расстояние, и лишь потом обратился к Лейну:

– Мне бы хотелось побеседовать с интернами, которые занимались больной.

Лейн рассмеялся.

– Вероятно, в своей книге вы решили отвести достойное место каждому, но боюсь, что тех людей давно здесь нет.

Парат нахмурился.

– История болезни подписана, но я никак не могу разобрать фамилию дежурившего в тот день врача. И еще. Есть в ней некое несоответствие. Натали Парнелл увезли из вашей больницы в конце лета, но я не могу отыскать четыре месяца. У меня получается, что она попала в санаторий Святого Иуды в январе.

Лейн пожал плечами.

– Возможно, ошибка в карте. Уверяю вас, что отсюда ее увезли в конце лета. Надеюсь, вы меня извините, но мне пора на обход. – И Лейн стремительной походкой направился к двери.

В коридоре он наскочил прямо на инспектора Вольфера.

– Ох, извините. – Он хотел быстро обойти настырного полицейского, но тот остановил его.

– Кое-что не дает мне покоя. – Вольфер уставился на Лейна. – Не было случая, чтобы я забыл подробности, а вот ваше лицо выпадает из общей картины.

– Если вы не возражаете, шеф, то я пойду. Мне еще надо навестить полдюжины пациентов до обеда, я и так опоздал. – Лейн улыбнулся. – Надеюсь, вы не обидитесь.

Вольфер смотрел, как развевается белый халат на удаляющейся спине доктора.

«Врачи! – думал он. – Возомнили, что им позволено вытворять что угодно!»

«Чудеса современной медицины должны совпадать с желанием пациента положительно воспринять прогноз».

Доктор Лейн отложил рукопись Парата и проследовал за ним к постели Натали Парнелл.

– Думаете, она сможет сосредоточиться?

Парат кивнул. Он наклонился совсем близко к уху больной.

– Добрый день, Натали. Вы меня помните? Я – доктор Парат. Мы вчера уже беседовали. – Он терпеливо ждал. – Сегодня вторник, одиннадцатое мая, мы в Чэпл-Хиле, штат Северная Каролина, на дворе погожий весенний денек. Вы меня слышите, Натали? Сожмите мне руку, если можете.

Он вложил свою руку в ее ладонь и не ощутил ответного движения. Парат поднял глаза на Лейна.

– Вчера мне казалось, она немного шевелила рукой. Я не уверен, сигналы мозга были настолько слабыми, что это могла быть ошибка.

Лейн смотрел на экран монитора.

– Соберитесь, Натали, – продолжал Парат. – Пальцы вашей правой руки должны чувствовать мое пожатие.

Парат представлял себе, что молится. Он не чурался подобного приема в работе, полагая, что таким образом его энергия передается желаемому объекту.

– Ну, пожалуйста, Натали, попытайтесь. Вы сможете снова стать нормальным человеком. Одно слабое движение заставит заработать все нервные окончания. Сперва одно, потом второе, а там – пятое, десятое и так далее. Главное – сделать первый шаг.