Чтение онлайн

Посмотрите, как Австралия и Новая Зеландия в последнем и доблестном Крестовом походе сметают объединившееся варварство Пруссии и Турции. Посмотрите, как бьется до смерти Канада, защищая последние мили разрушенной Бельгии. Смотрите дальше, сквозь дым и кровь гигантской бойни, смотрите и увидьте единую Британскую империю, мирно стоящую за спиной освобожденной Европы.

Наше время сурово, наши вызовы огромны, боль и смятение Европы бесконечны, но объединенная мощь Британии, брошенная в схватку, будет неодолима.

Если британский фунт стерлингов не будет прикреплен к общеизвестному надежному стандарту, на который все могут положиться, то коммерция не только Британской империи, но и Европы может перейти в расчеты долларом, а не фунтом стерлингом.

Об Индии, 1931:

Вот почти 350 миллионов человек, поднятых на такой уровень цивилизации, мира, порядка, чистоты и прогресса, который далеко превосходит все, что они могли бы самостоятельно достичь, и все, что они могут самостоятельно поддерживать. Сей чудесный факт относится на счет руководства и начальствования нескольких тысяч британских чиновников, ответственных перед [британским] парламентом, которые на протяжении поколений определяли развитие Индии. Если это начальствование будет подорвано или уничтожено, вся эффективность государственных служб – военных, административных, медицинских, гигиенических, судебных, железнодорожных, ирригационных, инфраструктурных и тех, что предотвращают голод, – погибнет вместе с ними. Индия быстро скатится сквозь эпохи к варварству и лишениям Средних веков. На карту поставлено вовсе не удовлетворение политических устремлений небольшого числа интеллигенции к самоуправлению. Напротив, речь о практической, технической задаче поддержания мира и жизнеобеспечения в Индии. Позволить индийскому народу упасть до уровня Китая было бы для Великобритании уходом от исполнения долга.

Покинуть Индию на волю брахманов было бы жестоким и порочным равнодушием. Эти брахманы, изображая принципы западного либерализма, позируя как философические и демократические политики, суть те же самые брахманы, которые отрицают первичные права на жизнь шестидесяти миллионов своих собственных соотечественников, которых они называют «неприкасаемыми» и которых они тысячами лет угнетения приучили смиряться со своим печальным положением. Они не сядут есть с этими шестидесятью миллионами, не станут пить с ними, не будут обращаться с ними как с человеческими существами.

Брахманы считают себя оскверненными самим приближением «неприкасаемых». И вдруг они в один момент поворачиваются и принимаются закручивать логические тезисы с Джоном Стюартом Миллем или отстаивать права человека с Жаном Жаком Руссо.

Предсказание, сбывшееся с точность до наоборот; индусы нанесли мусульманам поражение как в гражданской войне, так и в последовавших индопакистанских войнах:

Брахманы хорошо знают, что они не могут защитить себя от мусульман. Среди многочисленных добродетелей индуистов нет воинских качеств. Нет сомнений, что уход британцев из Индии, к чему призывает мистер Ганди, приведет к еще одному завоеванию индусов мусульманами.

Об индуистах и мусульманах в Индии, 1931:

Если вы возьмете франко-германские антагонизмы, прибавите к ним антагонизмы католиков и протестантов и умножите все это на десять, вы и тогда не сравняетесь с той бездной, что разделяет эти две расы, густо смешанные миллионами в городах и на равнинах Индии.

Их горькое положение хуже, чем положение рабов, ибо им было внушено принимать не только физическое, но и психическое рабство. Иногда я спрашиваю себя, если бы Христос опять пришел в наш мир, не направился ли бы он первым делом к неприкасаемым Индии? Самый акт принятия христианства одним из этих бедных созданий подразумевает духовное освобождение от наваждения о том, что они нечисты.

Реакция на отказ Индийского национального конгресса призвать к сопротивлению возможному японскому вторжению в Индию:

Я ненавижу индийцев. Это звериный народ со звериной религией.

Британцы всегда готовы воевать, но не всегда подготовлены к этому.

У британцев есть девиз: «Во время изменений карты Европы делаем бизнес как обычно».

Скажите британцам правду. Это крепкий народ, прочный народ. Они могут быть огорчены поначалу, но если вы им сказали все, как есть, вы застраховали себя от жалоб и обвинений, весьма неприятных, когда они приходят на волне разочарования.

В британском рабочем… есть укорененная и естественная любовь к честной игре.

Британцы – единственный народ, любящий, когда ему говорят, насколько все плохо, любящий, когда ему говорят наихудшее.

Я осмелюсь упомянуть несколько вещей об Англии… Здесь едва ли кому придет в голову, что банки закроют свои двери перед вкладчиками. Здесь никто не сомневается в справедливости суда. Здесь никто не подвергается преследованиям из-за религии своей или расы. Здесь все, помимо преступников, смотрят на полицейского как на друга и слугу общественности. Здесь мы можем защитить права гражданина перед государством и критиковать действующее правительство.

Мы – самая единая из всех наций… ибо мы были выкормлены свободой в индивидуальной ответственности, мы выращены не в тоталитарном единодушии и единообразии, но в терпимости и плюрализме.

Если в Британии нет опасности большевизма, это лишь потому, что у нас есть просвещенная, активная политическая жизнь, у нас есть взвешенное, образованное, организованное общественное мнение и гарантирующая свободу конституция, которую мы полны решимости сделать инструментом постоянных прогрессивных реформ. Для того, чтобы это состояние общества сохранялось, беспрерывные политические усилия должны быть предпринимаемы во всех частях государства всеми классами граждан.

Мы полагаемся на рядовых солдат британской демократии. Мы доверяемся верному сердцу Британии. Наша вера покоится на той скале, которую являют собой рабочие и служащие нашего острова, а они всегда отвечали зову долга.

Британский народ всегда превосходил британский климат. Британцы всегда были выше своего климата и вынесли из него многие свои принципы и образы жизни.

Историки на протяжении веков замечали одну особенность английского народа, стоившую ему весьма дорого. Добыв в борьбе победу, мы всегда выбрасывали на ветер большую часть плодов ее.

Британский Лев, столь свирепый и доблестный в былые времена, столь бесстрашный и непобедимый в любых смятениях Армагеддона, теперь гоним кроликами с полей своей прошлой славы. Не сила наша подорвана – мы хвораем болезнью воли.

Интересы Британии идут в ногу с прогрессом и свободой человечества.

Какой благородный посредник – английский язык. Невозможно написать страницу, не насладившись богатством и разнообразием, гибкостью и глубиною нашего родного языка.

Я видел границы и владения Британской империи в мирное время и в военное, видел достаточно, чтобы знать: Империя не продержалась бы и года на сугубо материальном фундаменте. Жизненная энергия нашего правления исходит из моральной силы, не физической. Свобода и справедливость, английская честность, английская терпимость вознесли жизнь нашего родного острова над стандартами соседних наций.

Я был только слугою своей страны, и окажись я в какой-то момент неспособен выразить ее неуклонную волю к борьбе и к победе, я должен был бы быть должным образом отставлен в сторону.