Черчилль. Молодой титан
Шрифт:
Когда Флора Лугард прибыла в министерство по делам колоний на Даунинг-стрит, она попросила разрешения увидеть нового замминистра и была отправлена по длинным коридорам к комнате Черчилля. Она не имела приглашения, но с присущим ей самоуверенным видом вручила Маршу свою визитную карточку и, попросив о встрече, села на стул дожидаться ответа. Она не рассчитывала на теплый прием. Правительство консерваторов ради пробы согласилось удовлетворить просьбу ее мужа и разрешить ему в течение полугода управлять нигерийскими делами из Лондона. Флора слышала, что Черчилль противился этой договоренности. Если ее информация была верна, она надеялась изменить его мнение, доказав, что работа на самом деле не требовала постоянного присутствия сэра Фредерика в Африке, и что его имперская экспертиза была необходима в министерстве по делам колоний, откуда он мог руководить операциями во всей Западной Африке.
С ее стороны это был дерзкий поступок — настаивать на таком соглашении. Но это бы дало возможность Лугардам, — которые поженились в достаточно зрелом возрасте, — рассматривать Африку как свое королевство, куда они могут ездить время от времени, когда им захочется. С их точки зрения идея не выглядела столь уж неубедительной. Это просто был подходящий путь, чтобы усовершенствовать систему и получить вполне заслуженную награду за примерную службу.
Но имелось одно весьма серьезное препятствие — серьезные просчеты сэра Фредерика, которым даже его новая жена Флора не могла бы найти оправдания. Дело в том, что во время своей деятельности в Африке он выказывал склонность вырезать племена, не подчинившиеся его воле. Еще недавно состоявший под его командованием хорошо вооруженный отряд истребил 1200 человек, разнеся артиллерийским и пулеметным огнем глиняные стены и покрытые воловьей кожей ворота примитивной крепости. Другая экспедиция истребила две тысячи человек, включая женщин и детей. [18]
18
Очевидно, речь идет о военных экспедициях, предпринятых британцами в 1903 г. против двух крупных мусульманских государств Хаусаленда (обширной территории на севере Нигерии, населенной народом хауса) — эмирата Кано и халифата (или султаната) Сокото. Во время первой экспедиции британские экспедиционные силы овладели 3 февраля городом Кано, предварительно разбив у деревни Чэмберава войско местного эмира Али, а в ходе второй захватили 15 марта город Сокото, чей правитель, халиф Мухаммаду Аттахиру I, имевший под своим началом 2000 конных и 4000 пеших воинов, допустил ошибку, встретив противника не за стенами своей столицы, а в открытом поле. В итоге он потерпел сокрушительное поражение от британского отряда, который насчитывал всего 629 чел. (25 офицеров и 5 унтер-офицеров регулярной армии, 3 военных медика, 439 пеших и 89 верховых солдат туземной пехоты, а также 68 артиллеристов), но зато располагал четырьмя 75-мм полевыми орудиями и четырьмя пулеметами «максим». Хотя сэр Фредерик Лугард, как верховный комиссар протектората Северная Нигерия, несет ответственность за организацию этих походов, он сам не принимал в них участия. Обеими экспедициями руководил тогдашний командир Северо-Нигерийского полка Западноафриканских пограничных сил подполковник Томас Летбридж Нэйпир Морленд. Следует отметить, что в марте и апреле 1906 г., то есть уже после описанного автором февральского свидания Флоры Лугард с Уинстоном Черчиллем, британцы провели в Северной Нигерии еще две экспедиции, сопровождавшиеся большими потерями среди туземного населения. Первая из них имела своей целью подавление махдистского восстания в халифате (султанате) Сокото, чей правитель, халиф Мухаммаду Аттахиру II, находился под британским покровительством. Ее итогом стало полное поражение махдистов и взятие их оплота — деревни Сатиру. Вторая экспедиция проводилась против эмирата Хадеджа, где местный эмир Мухаммаду-бин-Хару пытался сопротивляться британской экспансии, однако был разгромлен отрядом колонильных войск, прибывшим из Кано, и сам погиб в бою. Кстати, сэр Фредерик Лугард в них тоже лично не участвовал. Экспедицию из Сокото в Сатиру возглавлял капитан Королевской гарнизонной артиллерии Роберт Хэмилтон Гудвин, служивший как временный майор в Северо-Нигерийском полку Западноафриканских пограничных сил, а экспедицию из Кано в Хадеджу — подполковник Королевских Валлийских фузилеров Артур Уиллоуби Джордж Лоури-Коул, командовавший с 24 сентября 1904 г. Северо-Нигерийским полком. — Прим. ред.
С точки зрения жителей Западной Африки, сэра Фредерика следовало отозвать в Англию. Но Лугард считал, что предназначением империи является улучшение жизни каждого, кто признает британское правление, и ради этого доброго дела нужно быть готовым пролить много крови.
Черчилль не стал отказывать Флоре. Он действительно пригласил ее к себе в кабинет и встретил весьма вежливо. Молодость заместителя министра поразила ее. Позже она напишет мужу: «Совершенно непонятно, как мальчик в таком возрасте и с таким небольшим жизненным опытом получил в руки такую власть и такое влияние». Стол Черчилля был завален огромным количеством бумаг и документов, свидетельствующих о том, как сильно он занят. Тем не менее, он счел нужным уделить ей внимание. Какое-то время они рассматривали друг друга. Она решила для начала польстить Черчиллю, сказав, что прочла все репортажи о нем. Там говорилось много хорошего, но из отчетов она поняла, что есть моменты, которые имеют отношение к ней и к ее мужу. Вот почему она пришла.
Правда ли то, что он выступает против намерений сэра Фредерика? Да, ответил Черчилль прямо. Но это еще не все. Он намеревается произвести еще более серьезные перестановки и вообще изменить политику управления Нигерией.
«Существует очень многое, чего новая палата общин не может принять, — объяснил он. — Все это требует перемен».
Она не могла знать доподлинно, только догадывалась по тому количеству документов, что лежали на его столе, — насколько Черчилль погрузился в работу министерства по делам колоний и насколько глубоко он копает. Он успел прочитать все, что имело отношение к Лугарду, и представить, насколько это жесткий и безжалостный человек. Более того, лорд Элгин уже отправил распоряжение Лугарду воздержаться от каких-либо рейдов против местных племен. Черчилль поддержал это распоряжение, саркастически заметив: «Хронические кровопускания в Западной Африке — явление гнусное и отвратительное. До каких пор наши представители будут считать, что имперская политика должна проходить под маркой убийства людей и захвата их земель?!»
А что касается самого сэра Фредерика, то Черчилль пришел к выводу, что верховный комиссар строит планы выступить в роли имперского царя, для которого Нигерия будет представлять собой вариант угнетенной России.
Лугарды представляли собой темную сторону имперских мечтаний Чемберлена. Именно с легкой руки Джо сэр Фредерик сформировал нечто вроде личной армии — Западноафриканские пограничные силы, с помощью которых он подчинял все новые и новые регионы. [19] . Элгин и Черчилль намеревались положить конец начинаниям Лугарда, о чем Флора еще не знала.
19
Автор ошибается: в 1900–1906 гг. власть Лугарда распространялась не на все Западноафриканские пограничные силы (West African Frontier Force), а только на их часть, дислоцировавшуюся в Северной Нигерии. Этой частью являлся Северо-Нигерийский полк (три батальона пехоты, в том числе один верховой), который был образован в 1900 г. из Западноафриканского полевого отряда, сформированного в 1897 г. Фредериком Лугардом (тогда еще капитаном) на базе Королевской Нигерской полиции. Что касается Западноафриканских пограничных сил, то их британцы организовали в связи с французской экспансией в областях, граничащих с британскими владениями в Западной Африке. Созданные в 1900 г., они объединяли все колониальные войска, размещенные на территории вышеуказанных владений, а именно полк Золотого Берега, Северо-Нигерийский и Южно-Нигерийский полки (сведенные 1 января 1914 г. в один Нигерийский полк), батальон Сьерра-Леоне и Гамбийскую роту. — Прим. ред.
Какое-то время «мальчик» слушал Флору достаточно терпеливо, никак не выказывая своего действительного отношения к предмету беседы, хотя сам считал абсурдом любую договоренность о привилегированном положении ее мужа. Ранее он уже вполне недвусмысленно заявил Элгину, что «мы не можем превращать министерство по делам колоний в пантеон живых проконсулов — по типу римских предшественников». Флора Лугард покинула кабинет Черчилля в полной уверенности, что она произвела на него впечатление своими знаниями и доводами. Но когда Элгин официально отверг прошение о предоставлении ее мужу права на равные периоды несения службы в Нигерии и в Лондоне, Флора знала, кого следует винить. В письме, отправленном мужу, она старалась сохранить хорошую мину при плохой игре, выглядеть более оптимистичной, советуя сэру Фредерику не терять присутствия духа и не принимать отказ так серьезно. Это всего лишь злобный выпад, характерный для выскочек, — писала она.
«Благодаря таким людям, как ты, исполняющим свой долг… и строилась наша великая империя, — писала она. — А потом в министерстве по делам колоний появляются выскочки вроде Уинстона Черчилля и в самые критические моменты, когда требуется нанести мощный удар, останавливают занесенный кулак».
Новым руководителям министерства по делам колоний не потребовалось много времени для того, чтобы вызвать Лугарда из Нигерии и сообщить ему, что его возвращение туда было бы нежелательно. А на следующий год Лугарда отправили губернатором в Гонконг, где он не мог причинить большого вреда. Но после того как Черчилль и Элгин покинули министерство по делам колоний, Лугард снова добился своего возвращения в Нигерию и пустил там еще больше крови. Он приказал публично вешать захваченных в плен мятежников в назидание другим, и подавлял беспорядки, посылая многочисленные отряды войск с разрешением открывать огонь по протестующим туземцам. В 1918 году в Абеокуте его солдаты убьют тысячу человек. [20] .
20
Имеется в виду восстание эгба — народа из языковой группы йоруба, населявшего район Абеокуты в юго-западной части Нигерии. В нигерийской истории оно также известно под названием «Адубийская война» (Adubi war, «Огун Адуби»). Причиной этого бунта, начавшегося 12 июня 1918 г., стало недовольство жителей Эгбаленда утратой самоуправления, существовавшего у них с 1893 до 1914 г., и системой налогообложения, введенной британскими колониальными властями с 1 января 1918 г. Восставшие, число которых достигало 30 тысяч человек, разрушили все железнодорожные и телеграфные линии к югу от города Абеокута, а также убили одного из видных вождей эгба (сторонника британской администрации) и европейского торгового агента. К августу 1918 г. британцы подавили восстание, задействовав против мятежников-эгба подразделения Нигерийского полка Западноафриканских пограничных сил. — Прим. ред.
«Весь цивилизованный мир, — доказывала Флора в разговоре с Уинстоном, — опирается на порядок, который поддерживают вооруженные силы. Уверяю вас, что в мире трудно найти человека, менее склонного к военным операциям, чем мой муж. Он отдает предпочтение мирным методам управления, но кому как не ему знать, что требуется для устранения беспорядков?!»
Уинстон отнесся с уважением к ее чувствам и проявил максимум сердечности, тем более, что личный вклад сэра Фредерика и его самоотверженный труд на благо империи и в самом деле заслуживали признания. Но он решительно отказывался поддерживать методы и способы подавления сопротивления, которые практиковал Лугард. Флора поиронизировала над его морально-этическими принципами при встрече в Бленхейме, куда ее пригласил Санни. Она заявила, что «манчестерские избиратели, обеспечившие победу на выборах», не имеют ни малейшего представления об Африке. Уинстон ответил ей просто: «Нам надо отказаться от большей части Нигерии — она слишком велика, чтобы мы могли удержать ее в руках! Надо положить конец карательным экспедициям и довольствовать той частью страны, которая в целом поддерживает с нами мирные отношения». Флора с удивлением посмотрела на него: «И вы надеетесь, что при ваших методах управления империя будет процветать?»
Черчилль и в самом деле искал новые способы, при которых имперская машина будет работать без использования жестких методов насилия и подавления. Он и сам не мог избавиться от многих предубеждений, свойственных его времени, и сам наделал немало ошибок из-за них. Но в основном, его деятельность в министерстве по делам колоний была дальновидной и перспективной. Она также была относительно свободной от бессмыслицы, за редким исключением тех происшествий в палате, когда он был вынужден защищать правительство, прибегая к «терминологически неточным» определениям.
Имея за плечами столь огромный опыт в литературе, он легко мог обнаружить ловкие приемы, используемые авторами, которые хотели придать остроту самому обычному делу. Даже Джонатан Свифт не смог бы найти более язвительных острот, которые отпускал Черчилль в отношении бюрократичного настроя ума, который царил в таком департаменте, как министерство по делам колоний.
Пример тому — длинный комментарий относительно рекомендации по поводу ссылки одного африканского вождя из протектората Бечуаналенд [21] . Племя настаивало на удалении своего вождя, и министерство по делам колоний предложило заключить Секгому на отдаленном острове. Возмущенный столь явной несправедливостью, Черчилль издевательски спросил: «А почему мы должны ограничиться только этим? Если правительство считает возможным посадить человека в тюрьму без суда и следствия, может быть проще убить его и сразу покончить с этим делом. А можно прибегнуть и к другому способу — отравить его, напоив каким-нибудь лекарством? Уж если мы используем средневековые способы, почему бы нам не набраться средневековой храбрости и безжалостности? Мы на этом сможем сильно сэкономить. Порция лауданума стоит всего лишь пять шиллингов — вот и все, что нам потребуется на расходы».
21
Великобритания управляла протекторатом Бечуаналенд в Южной Африке с 1885 до 1966 г., после чего на его территории была образована независимая Республика Ботсвана. — Прим. ред.
Но лорда Элгина такие моменты в их деятельности не поражали. Он провел немало лет, имея дело со сложной машиной британской бюрократии, и не считал, что в таких вопросах, как тот, что связан с Секгомой, следует придерживаться буквы закона. Более того, он был убежден, что депортация и тюремное заключение являются необходимой административной мерой. Уинстон не согласился с ним, продолжая настаивать на том, что Секгома обладает всеми правами. И вот тут Элгин потерял терпение, — что с ним случалось крайне редко. «Этот человек — дикарь, — воскликнул он. — И соблюдение законности по отношению к нему приведет к нарушению мира и спокойствия в регионе».