Чтение онлайн

Свои чувства и настроения бойцы выражали на собраниях, в беседах с командирами и политработниками, на митингах. Красноармеец Шутак из 465-го стрелкового полка на митинге заявил: «Никакие укрепления и Карпатские горы не преградят нам путь в Берлин. Мы умножим славу советского оружия и добьем немецко-фашистского зверя в его собственном логове». Раненые воины нередко отказывались покинуть поле боя. Например, в отдельной истребительно-противотанковой артиллерийской бригаде РГК, где начальником политотдела был подполковник Макаров, раненые рядовые Епов, Залесский, Колесник и Морясов, отказавшиеся идти в госпиталь, заявили: «Мы еще можем бить фашистов, а лечиться будем после войны».

Командование частей и соединений, политорганы, партполитаппарат, партийные и комсомольские организации использовали множество различных форм популяризации отличившихся в бою воинов. Постоянное внимание обращалось на своевременное выявление и награждение орденами и медалями отличившихся бойцов, сержантов и офицеров. Многие командиры полков особо отличившихся воинов награждали непосредственно на поле боя.

В частях награжденным вручались поздравительные письма от имени командования полка. Поздравительные письма писались на специальных бланках, отпечатанных типографским способом. Они играли серьезную воспитательную роль. Многие воины полученные письма посылали домой, родным и близким как подтверждение честного служения Родине.

В большинстве частей и соединений 4-го Украинского фронта практиковалась посылка писем на родину отличившихся в боях воинов.

Большую роль в популяризации отличившихся в бою подразделений и отдельных воинов играли боевые листки и листки-летучки, которые в ходе боя передавались по цепи. Листки-летучки выпускались командирами и политработниками. Этот вид популяризации героев боев нашел широкое применение во всех частях и соединениях фронта и вполне себя оправдал. Имелось много примеров, когда бойцы, прочитав листок-летучку о подвиге своего товарища, всячески стремились подражать ему, а это в свою очередь положительно сказывалось на боевой активности всего подразделения.

Серьезное внимание популяризации героев боев уделяли газеты. Почти каждый номер фронтовой, армейской и дивизионной газеты выходил с фотографиями отличившихся в последних боях, с описанием их подвигов. Политорганы и партполитаппарат постоянно заботились о своевременной доставке газет непосредственно на передний край и использовании их в агитационной работе.

В ряде соединений в ходе боя практиковалась передача оружия прославленных воинов и выбывших из строя. В 565-м стрелковом полку широкой популярностью пользовался расчет станкового пулемета рядового Сивака, награжденного орденом Славы III степени и медалью «За отвагу». В одном из боев Сивак был ранен. Его пулемет № 166 был вручен лучшему расчету, которым командовал сержант Брюховский. Личный состав расчета в своем письме в госпиталь рядовому Сиваку писал:

Слово, данное Сиваку, молодые пулеметчики Васильков, Васильев и Сопкин сдержали. В первом же бою они уничтожили 11 гитлеровцев. О боевых делах отличившихся бойцов рассказывалось в листке-летучке.

В 31-й отдельной гвардейской танковой бригаде широко практиковалось вручение раненым воинам, отправляемым в госпитали, чистых открыток с адресом политотдела бригады, с тем чтобы они могли обратиться туда по интересующему их вопросу и в любое время сообщить о состоянии своего здоровья. Политотдел бригады организовал посещение раненых, находящихся в госпиталях.

Политорганы, партийные и комсомольские организации всемерно стремились обеспечить авангардную роль коммунистов и комсомольцев в бою. Политработники, руководители партийных и комсомольских организаций, все партийные активисты всегда были впереди, на самых важных участках. Своей храбростью они вселяли в воинов уверенность в победе, воодушевляли на славные боевые дела.

Говоря о действиях противника в Карпатах, следует отметить, что занятый противником оборонительный рубеж в Карпатах проходил по господствующим высотам, которые были превращены в узлы сопротивления, а отроги гор и высот — в опорные пункты. Оборона противника привязывалась в основном к высотам, особенно таким, с которых легко контролировались подступы, проходы, дороги и которые опоясывали населенные пункты. Промежутки между опорными пунктами, долины, дороги и подступы к вершинам прикрывались перекрестным и фланкирующим огнем пулеметов, мертвые пространства контролировались группами автоматчиков. Населенные пункты, расположенные в низких долинах, противником обычно не занимались, но подходы к ним перекрывались огнем пулеметов и заградительным огнем артиллерии и минометов.

Оборудование рубежа фортификационными сооружениями противник стремился дополнить различными препятствиями. Во многих местах минировались подступы к переднему краю, дороги и долины, устраивались лесные завалы, опушки леса оплетались колючей проволокой, долины рек и дороги перекрывались противотанковыми рвами или надолбами.

Отходя под ударами наших войск, противник взрывал все мосты, минировал пути отхода, при этом не только полотно дороги, но и обочины, районы объездов, а также места, удобные для привалов войск (поляны, огороды, районы родников). Однако, сбитый с первоначального оборонительного рубежа, враг в дальнейшем до самых перевалов через Карпаты не смог создать сколько-нибудь сильных промежуточных рубежей.

Вынужденный оставлять ту или иную высоту или цепь высот, противник цеплялся за следующую высоту. Огневые позиции для артиллерии и минометов подготавливались обычно заранее. Отдельные господствующие высоты, расположенные главным образом у дорог, он заблаговременно превращал в сильные опорные пункты и узлы сопротивления, оборудуя их траншеями, проволочными заграждениями, минными полями, дзотами и бронеколпаками. Такими узлами обороны перекрыты были дороги Санок — Гуменне, Турка — Ужгород, Сколе — Мукачево, Выгода — Торун — Волове — Густе, Надворная — Керешмезе — Рахов.

Основой обороны на главном и промежуточных рубежах являлись не фортификационные сооружения, а система пулеметного, минометного и артиллерийского огня с господствующих высот, подступы к которым сами по себе были труднодоступными для наших войск.

Характерной особенностью действий пехоты противника при его подвижной обороне в Карпатах являлось то, что промежуточная оборона строилась не по каким-либо определенным рубежам (за исключением рубежей рек), а на каждой тактически выгодной высоте или горе. Только в тех случаях, когда наши войска вклинивались на каком-нибудь участке в его оборону на всю тактическую глубину, он вынужден был на соседних участках отводить свои войска. Но и в этих случаях отход его главных сил производился под прикрытием специально выделенных отрядов.

Обычно в опорном пункте на высоте располагались небольшие группы пехоты в 15–30 человек с 3–5 ручными пулеметами и 2–3 станковыми пулеметами. Такой опорный пункт оказывал исключительно упорное сопротивление, и только угроза окружения или захода во фланг заставляла противника отходить на следующую цепь высот. Из-за трудности передвижения по горам гитлеровцы редко успевали подбросить свои подкрепления к атакуемой высоте. Обычно сопротивление усиливалось на следующем рубеже и часто сопровождалось контратаками мелких подразделений (рота — батальон) при поддержке 2–3 бронеединиц.

Контратаки предпринимались после коротких, но мощных артналетов одновременно с двух и более направлений. Зачастую контратаки мелких групп имели целью прикрыть отход. После таких контратак противник, оставив на высоте один-два станковых пулемета, отходил назад.

Отход на расположенную сзади высоту или цепь высот производился скачками. Минимальное расстояние отхода определялось с тем расчетом, чтобы наша артиллерия с прежних огневых позиций не могла вести огонь по новому расположению противника, а вынуждена была для ведения огня менять свои позиции.