Чтение онлайн

— Нет. А что?

— Тогда жди нас.

Зирнис и хозяин дома, захватив с собой маленький чемоданчик, ушли.

Хозяйке, очевидно, хотелось поговорить с мальчиком, и, когда мужчины вышли, она обратилась к нему:

— Ту… мама нет? Да? О-о-о! — горестно покачала она головой.

Илья понял, что Зирнис уже рассказал о нем. Пытаясь выведать, куда отправились мужчины, Илья попробовал было расспрашивать. Но женщина только покачивала головой — она не понимала по-русски.

Вернулся Зирнис часа через три. Утомленный ожиданием и безделием, Илья в это время сидел во дворе в тени сарайчика, где стояла лошадь. Увидев Яна и Микелиса, он вскочил на ноги. Мужчины, вполголоса переговариваясь между собой, загадочно улыбались ему.

— Ну, пуйка [4] , ждешь? — весело сказал Микелис.

Зирнис притворно спохватился:

— А я ведь, кажется, забыл ему сказать, зачем мы сюда с ним приехали!

— Кажется! — с горьким упреком воскликнул Илья. — Вы только смеетесь надо мной.

Зирнис заулыбался еще шире. По выражению его лица мальчик догадался, что сейчас услышит что-то очень интересное и важное для себя, и напряженно ждал.

Но вместо этого Ян спросил:

— Ты, небось, есть захотел?

— Меня уже кормили, — нетерпеливо ответил Илья.

— Сыт — это хорошо, — крестьянин бросил пустой чемоданчик на телегу, поднял упавшие вожжи и опустился на длинный обтесанный камень, на котором до этого сидел Илья. — Так. Да. Ну, что ли, как это начать… Одним словом, хочу твою мамку найти, для того приехали.

Электрическим током ударили эти слова в сердце мальчика, он побледнел и пролепетал, задыхаясь:

— Что? Маму?.. Ка… как же это! Где? Да говорите же!

— Тише, постой! Эй, Микелис, — обратился Зирнис к приятелю, увидев, что тот направляется в дом. — Ты там не очень!.. Пива — и все!

— Да говорите же! — опять воскликнул Илья, нетерпеливо дергая Зирниса за плечо.

— Так вот, я и говорю. Приехали мы твою мамку искать. Ходили сейчас с Микелисом к одному человеку и кое-что узнали. Живая она, в лагере для пленных находится. Это за городом. Завтра постараемся ее увидеть…

— Живая!.. А если сейчас туда?

— Сейчас нельзя. Надо сначала разрешение от немцев получить, а так в лагерь не пустят.

— Мы хоть издали!

— Ох, ты, горячка! Сказано — нельзя. Сядь!

Когда Илья успокоился, Зирнис рассказал ему, как и от кого он узнал о его матери.

У Микелиса был в городе один знакомый, по фамилии Кабис. До прихода немцев все его считали латышом, а теперь он выдает себя за немца. Работает он в управлении лагерями военнопленных. За хорошую взятку продуктами Кабис припомнил, что группу женщин в 25 человек пригнали в лагерь недели полторы назад.

— Эти бабы вели себя, как сумасшедшие, — сказал Кабис. — Они требовали, чтобы им вернули детей, оставленных где-то в сарае. Лагерфюрер приказал в них стрелять, чтобы отогнать от проволоки. Впрочем, дело было ночью, убитых среди них всего две-три. Надеюсь, что женщина, которую вы ищете, жива. Придите завтра к управлению и принесите господину майору подарок. Он очень любит сырые яйца.

Утром Илья и Зирнис сидели за городом, возле красивого особняка, где помешалось немецкое управление местными лагерями военнопленных.

Ждать пришлось долго. Кабис явился только часам к десяти. Хитренькие свинцовые глазки его скользнули по мужчине и мальчику, на мгновение задержались на стоящем рядом с ними чемоданчике. Бросив Зирнису несколько фраз на латышском языке, он торопливо ушел в дом.

— Что он сказал? — поспешно спросил Илья, с надеждой глядя на своего хозяина.

Зирнис негромко выругался и неопределенно помотал головой.

— Крутит он что-то.

Часа через два Кабис подбежал к ним.

— Давай что там у тебя есть! — обратился он к латышу. — Сейчас к начальнику пойду.

Янис молча подал ему чемодан и подозрительным взглядом проводил до двери.

Вновь Кабис появился перед обедом. Он вышел с двумя немцами и, делая вид, что занят, рассказывал что-то надутому долговязому ефрейтору. Ясно было, что он не собирался останавливаться возле латыша.

Зирнис решительно встал ему навстречу.

— Господин Кабис, как насчет нашего дела? А?

Свинцовые глазки недовольно забегали по сторонам.

— Ммм… ничего пока… не получается. Вот, может быть, дня через три…

— Ну, хоть свидание мальчишке с матерью устройте.

— Потом, потом! Сейчас некогда.

Зирнис понял, что ничего от этого прохвоста не добиться.

— Давай чемодан с яйцами и салом назад! — потребовал он, удерживая Кабиса за рукав. — Слышишь!

— Отпустите руку, а то наживете большие неприятности…

— Неси назад! Я не собираюсь дарить вам сало и яйца зря, — упрямо требовал латыш.

Долговязый ефрейтор, ушедший с товарищем несколько вперед, обернулся:

— Что ему надо, Кабис? Дай в морду и пошли. Без тебя у этих проклятых латышей хорошего пива нам не достать.

Кабис рысцой бросился за ними.

Зирнис по-латышски выругался вслед.

— Что он сказал, дядя Иван? — растерянно спрашивал Илья. — Не увидим? Да?

Латыш, постояв с минуту молча, двинулся к часовому, надеясь что-то объяснить ему. Но немец направил на него автомат:

— Цуррюк!

— Да ты не цурюкай, — начал было латыш, — у меня дело к вашему начальнику…

— Насад! — Палец часового лег на спусковой крючок.

Илья видел, как побурела шея Зирниса. Несколько секунд латыш, не двигаясь, стоял под направленным на него дулом, потом повернулся, плюнул и пошел прочь.

Мальчик, глотая слезы, последовал за ним.

Возвращаясь в город, Зирнис сказал расстроенному Илье:

— Ты пока не горюй. Сегодня хлопцы Микелиса обещали узнать, куда пленных на работу гоняют. Может, через них что удастся.