Чтение онлайн

Я подскочил к Кортни и обнял, прижимаясь грудью к ее спине.

— Ты достойна. И даже больше, — заверил я. — Ты должна знать, что люди не относятся к тебе так, как это делала твоя семья. Все мы видим, что ты удивительный, прекрасный человек… как внутри, так и снаружи. И тебе уже пора начинать верить этому.

— Я стараюсь.

— Значит, ты пойдёшь? Чтобы расслабиться и хорошо провести вечер?

Она бросила на меня взгляд через плечо:

— Да.

Я нежно поцеловал её в щёку.

— Хорошо.

— А что будешь делать ты?

Я усмехнулся, глядя на неё сверху вниз.

— Надеюсь, что смогу доесть остатки спагетти.

— Ты… останешься здесь?

— Если ты этого хочешь.

— Я хотела бы знать, что ты будешь здесь, когда я вернусь домой, — не поднимая глаз, тихо сказала она.

Я уткнулся носом в её волосы.

— Я тоже этого хочу. Мне нравится быть здесь с тобой.

— Правда?

Я усмехнулся ей в шею.

— Да. Твоя еда вкуснее моей.

Она захихикала.

— Я когда-нибудь увижу твой дом?

— В любое время. Мне просто нужно навести там порядок… ну, знаешь, для начала убедиться, что жена и дети отсутствуют. А то может получиться… неудобно.

Её голова резко повернулась, и я подмигнул ей.

Хихикая, она покачала головой.

— Ты чокнутый.

Я повернул её и посмотрел в глаза.

— Если и свихнулся, то только из-за тебя, — сказал я, а затем стал целовать Кортни до тех пор, пока мы оба не начали задыхаться.

*** ***

Кортни рассмеялась, когда я пощекотал её ноги в красных носочках, перекинутые через мои колени. Мы сидели на диване — она устроилась в своём углу, а я рядышком. После того как мы вышли из душа, я постоянно крутился возле Кортни, чувствуя необходимость быть поблизости, и меня то и дело тянуло к её губам. Я целовал её при каждой возможности. К счастью, она, казалось, чувствовала то же самое и страстно отвечала на мои ласки.

— Как долго ты еще будешь меня расспрашивать?

Усмехнувшись, я откинулся на спинку дивана.

— Пока не узнаю всё о своей девушке. Но ведь и ты сама спрашиваешь меня.

Да, ей удалось задать мне несколько вопросов, но в основном расспрашивал я. Меня интересовало в ней буквально всё. Я хотел знать каждый маленький кусочек головоломки под именем «Кортни Уайт», поэтому после обеда снова начал бомбардировать её вопросами: любимый цвет, книга, фильмы, мороженое, время суток, музыка. Я спрашивал обо всем, что приходило в голову, исключая вопросы о семье. Я не хотел, чтобы Кортни подумала, что я снова ее «перепрограммирую». Единственное, что питало мое неиссякаемое любопытство — желание знать о ней как можно больше.

Глядя на меня спокойно и расслаблено, она вздохнула. Между нами воцарилась тишина, на удивление желанная и комфортная. Из кухни доносился запах соуса для спагетти, тихо играла музыка и мы, обнимаясь, сидели в своём маленьком пузыре, в то время как за окнами снова начался дождь. Я не помнил, когда в последний раз чувствовал такое умиротворение… словно наконец-то оказался там, где нужно. Словно я был дома. И всё потому, что рядом, нежно смотря на меня, сидела Кортни. Рассеяно я взял её руку и начал перебирать пальцы, удивляясь, какими маленькими они казались по сравнению с моими. Когда я накрыл её руки своими, они просто исчезли. Усмехнувшись, я приподнял одну из её ног и начал изучать.

— Какой у тебя размер ноги?

— Тридцать шестой.

— У меня сорок шестой.

Она захихикала.

— Я заметила. Не ноги, а ласты какие-то.

Я улыбнулся.

— Сказала та, кто носит носки для коротышек. — Немного отстранившись, я окинул ее взглядом. — Какой у тебя рост? Наверное, и полутора метров нет.

Кортни приосанилась.

— К твоему сведению мой рост метр шестьдесят.

Я усмехнулся.

— Ох, прости, ошибся на пару сантиметров.

— На десять, — надменно настаивала она.

— Мой рост метр девяносто. Тридцать сантиметров превосходства над тобой.

— Забавно, но этим утром я думала, что столько было не надо мной, а во мне, — съязвила Кортни, но, поняв, что сказала, охнула и зажала рот рукой.

Я удивленно моргнул, а затем расхохотался.

«Ее острый язычок — это что-то!»

Кортни соскочила с дивана.

— Вернись сюда и я покажу тебе свои превосходящие сантиметры, — продолжая смеяться, игриво прорычал я, но Кортни бросилась вон из комнаты.

Я прошел по коридору, остановился возле спальни, прислонился к косяку и посмотрел на Кортни, которая с раскрасневшимися от смущения щеками сидела в изголовье кровати.

— Знаешь, ты не так уж хорошо играешь в прятки, — сказал я, удивляясь, как хрипло прозвучал мой голос. — Ты убегаешь, но я каждый раз тебя нахожу.

Она прикусила губу, не осознавая, как сексуально выглядела, когда смущается.

— Может, я и не пыталась спрятаться.

Не отводя от неё своего взгляда, я шагнул в спальню.

— Ты снова пытаешься соблазнить меня, Кортни?

Её глаза сверкнули в тусклом свете, струящимся из окна.

— Кажется, мне и не нужно пытаться, — она взглянула на увеличивающуюся выпуклость в моих джинсах. — Или я ошибаюсь?

Я стянул с себя футболку и пополз по кровати к ней. Подавшись вперёд, я остановился всего в дюйме от её нежных, полных губ, чувствуя, как её тёплое дыхание смешивается с моим.

— Ты абсолютно права.

А затем я поцеловал её. И на этот раз не останавливался.

*** ***

Проснувшись, я ощутил приятный вес головы Кортни на своей груди. На улице всё ещё шёл дождь, который начался вчера днём, ветер с силой хлестал деревья, а вдалеке гремел гром. Кортни зашевелилась, и я притянул её ближе к себе.

— Спи. Никаких пробежек в такую погоду, — пробормотал я в её волосы.

Не открывая глаза, она сильнее прижалась ко мне.

— Хорошо. Я никуда не пойду, — пробормотала она и снова погрузилась в сон.

Слушая дождь, я радовался, что вчера вечером наведался к себе домой и принес целую кучу вещей. Мне совсем не улыбалось перелезать через забор в такую погоду. Мы не обсуждали, как долго я буду оставаться у Кортни. Мне не хотелось уходить, хотя Кортни, из-за неуверенности в себе, скорее всего, думала иначе. Вздохнув, я закрыл глаза и погрузился в воспоминания о вчерашнем дне. Мои губы сами собой растянулись в довольной улыбке. Тёплый, ленивый, наполненный любовью день, проведённый в постели плавно перешёл в отличный вечер и закончился тем, что я заснул, держа Кортни в своих руках. Я не хотел, чтобы этот день заканчивался, но понимал, что пришло время возвращаться к реальности.