Чтение онлайн

«Либо мы чрезмерно мнительны и напрасно связываем ограбление с деятельностью «Комитета», либо сработала наша шутка с подменой братьев», – размышлял Рауфф, обнаружив старика-инвалида все там же – в доме № 21 по улице Флорентийской.

У Хуго Шрайбера был брат-близнец Генрих – такой же рыжеватый и непоседливый парень, служивший во время войны младшим авиационным специалистом в «люфтваффе». Многократно меняя гражданство Хуго и словно предвидя проблемы в будущем, Кристиан обеспечивал надежными документами и Генриха. Так и переезжали братья из одной страны в другую, селились неподалеку друг от друга, изредка встречались…

Лет двадцать назад Хуго впервые пожаловался на боли в пояснице и на немеющие ноги. С годами проблема усугублялась, но основной бедой для него стали глубокие провалы в памяти – порой он не узнавал даже близких. Генрих выглядел относительно здоровым, но после семидесяти пяти начал быстро угасать – отказывали почки, скакало давление, серьезно пошаливало сердце. Когда Генрих в очередной раз загремел в клинику, Рауфф придумал отличный ход…

Родственников у стариков почти не осталось, что упростило решение задачи. В один из дождливых зимних вечеров бригаденфюрер навестил тяжелобольного Генриха, подсыпал в его чай снотворного и посадил в машину. Снотворного оказалось слишком много – старик проспал счастливым сном всю дорогу до Жироны, а умер уже в квартире брата. Поменяв на братьях одежду и обувь, Рауфф перетащил полоумного Хуго в машину и той же ночью перевез его в Барселону.

Так Фернандо Лопес в одночасье перевоплотился в Сальвадора, а урожденного Генриха Шрайбера похоронили на старинном кладбище, что раскинулось на северной окраине Жироны. На гранитной плите, накрывшей могилу, значилось последнее имя его брата-близнеца…

Переселив носителя закодированной информации в столицу Каталонии, бригаденфюрер перевел приличную сумму на счет благотворительного фонда «Каритас» и позвонил его директору.

– Да-да, вы абсолютно правы – мы не имеем права оставить без внимания одинокого престарелого человека, страдающего множеством заболеваний, – рассыпался тот в любезностях. – Я сегодня же назначу лучшего волонтера и к шести вечера пошлю на Флорентийскую, 21. Можете не сомневаться…

Рауфф не был бы Рауффом, если бы не проверил исполнение данного обещания. В шесть с четвертью он позвонил в дверь нового жилища бывшего оберштурмфюрера Шрайбера. Дверь открыла стройная миловидная девица.

– Здравствуйте, вам кого? – спросила она по-испански.

Мужчина изобразил удивление:

– Простите, Алонсо здесь проживает?

– Кто? – не расслышала девушка.

– Энрике Алонсо. Водитель такси.

Она достала из кармана бумажку и, глянув в нее, покачала головой.

– Нет. Вы ошиблись, здесь живет другой человек.

Спускаясь по лестнице, Рауфф улыбался. Девицу, бесспорно, прислал директор благотворительного фонда – в кармашке записка с фамилией старика, на шее фонендоскоп, в кулачке пузырек с лекарством, а в глазах сосредоточенность и заученная жалость.

– Теперь наш носитель в порядке, – уселся Рауфф в машину, – теперь я за него спокоен…

Итак, девять дней назад бригаденфюрер успел опередить оппонентов из «Комитета». Прихватив для верности одного из молодых нацистов, он завалился в квартиру Сальвадора и без долгих предисловий бросил на стол два билета:

– Собирайтесь.

– Куда?! – вытаращила глаза все та же длинноногая девица, приставленная к старику-инвалиду фондом «Каритас».

– В круиз по Средиземному морю.

– В какой круиз?! Зачем?!

– Что непонятного?! – рассердился старик. – Сальвадор выиграл в лотерею путешествие по Средиземному морю!

– Да, но я… у меня работа, родители… наконец, личные дела…

Рауфф положил на стол рядом с билетами толстую пачку купюр и пронзил девушку недовольным взглядом.

– А ты выиграла много денег. Очень много! Здесь половина суммы, вторую половину получишь по возвращении. Вопросы есть?

Проглотив все возражения, та испуганно замотала головой.

– Вот и отлично, – сказал Кристиан. – Приготовь Сальвадора – выезжаем через полчаса…

На самом деле круиз начинался не сегодня, не завтра и даже не через пару дней. Отход красавца лайнера от причала ожидался через неделю. Однако оставлять носителя в Барселоне Рауфф опасался и посчитал более безопасным вывезти его в Италию. «Пусть поживет с девчонкой в гостинице под присмотром моего человека», – решил он, продумывая этапы сложной многоходовой комбинации.

Ровно через тридцать минут они вышли из квартиры. Старика Сальвадора нес на руках молодчик, следом шел Рауфф, последней семенила девушка, одной рукой придерживая пустую коляску, а другой застегивая пуговицы стильного пиджачка.

– Скажите, а куда мы сейчас едем? – лепетала она возле лифта.

– Не все ли равно?

– Мне необходимо предупредить маму, иначе она поднимет шум.

– Мы едем в Италию, – поморщился Кристиан. – В Савону.

Заталкивая коляску внутрь кабины, Леона заметила:

– Знаете, мне кажется, я вас где-то видела.

– Вряд ли. Мы никогда не встречались.

– А не вы ли позвонили в дверь, когда…

– Будет лучше, если ты закроешь рот и помолчишь до посадки на лайнер! – резко обернулся Рауфф. – Поняла?

– Да, – кротко потупила взгляд девушка.

И действительно всю дорогу до аэропорта никто из попутчиков не услышал от нее ни слова. А Рауфф вновь и вновь проверял свои расчеты, оценивая безопасность каждого шага.

«Как лучше распорядиться людьми? Стоит ли цеплять одного из телохранителей к старику и девице на время круиза? – поглядывая в иллюминатор самолета, размышлял он. Когда они прилетели в Геную, он решительно отказался официально усиливать эскорт старика Шрайбера: Нет, девчонка-волонтер из благотворительного фонда рядом с немощным инвалидом – это нормально и понятно абсолютно для всех. А вот наличие громилы-охранника вызовет нездоровый интерес и вопросы».

Так он и поступил: прибыв в Савону, устроил в двухкомнатном номере скромного отеля Сальвадора с девицей, а по соседству поселил Хейдена.

– Отвечаешь за них головой, – прощаясь, наставлял Рауфф молодчика с короткой стрижкой. – На лайнере твоя каюта будет поблизости. Следи за каждым шагом девицы и старика, но знакомства с ними не выдавай. На связь выходи в экстренном случае.

– Где мы с вами встретимся? – прогудел Хейден.

– Последняя остановка лайнера перед возвращением в Савону будет на Корсике. Я буду ждать вас в порту Аяччо…

Через час Рауфф снова мчался в аэропорт Генуи. Сидевший за рулем Алоис размеренно перемалывал челюстями жевательную резинку. Вырулив из города, он повернулся к бригаденфюреру:

– Куда мы теперь, шеф?

– Генуя. Аэропорт.

– А потом?

– Узнаешь при посадке в самолет…

В Лхасу старик Рауфф и два молодых нациста долетели из Генуи прямым рейсом, из аэропорта на такси добрались до стен монастыря Самье. Ну, а дальше бывший генерал действовал в одиночку.

Шагнув под свод высоких белокаменных ворот, он что-то шепнул монахам, исполнявшим роли привратников. Один из них тотчас исчез, а вернувшись, доложил: