Чтение онлайн

– Я попытаюсь сам отыскать мою невесту… – перебил Холодов веселого генерала.

– Но это невозможно, мистер! – Симо Кхали в один миг посерьезнел. – Этого я вам не позволю!

– Так, значит, вы что-то скрываете?

– Мы? Нет! – Симо Кхали похлопал ладонью по столу. – Представители международной прессы и то убедились, что у нас нет террористов. Нет у нас никакой подпольной организации боевиков.

– И тем не менее люди исчезают. Ну, не странно ли?

– Очень даже странно, – генерал Симо Кхали вытер шишковатую лысую голову носовым платком, больше похожим на скатерть. – Что да, то да. Необъяснимо… Именно поэтому мы вынуждены были перекрыть все дороги в той области, для любого… пока не найдем объяснения, когда-нибудь…

– Вот я и хочу помочь вам, – вскочил со своего стула Алексей Холодов. – Я уже неоднократно бывал в Судане. Это из-за меня, из-за моих разговоров Вероника поехала в экспедицию. Я эти места знаю.

– И об этом нам тоже известно, мистер, – Симо Кхали вновь полистал блокнотик. – Вы даже работали целый год в столичном госпитале. Мы все знаем. И тем не менее. Наше правительство не может гарантировать вам стопроцентной безопасности.

– Я сам позабочусь о собственной безопасности, генерал.

– Сомневаюсь, мистер.

– В одиночку иногда удобнее действовать.

Симо Кхали колебался. Он пристально разглядывал пустой стакан и кивал головой, как китайский болванчик. Только почерневший от жаркого солнца пустыни.

Наконец, генерал сломался.

– Ладно, делайте, что вам угодно, мистер. Я выпишу вам пропуск. А что вы будете потом делать – не мои проблемы. Кто знает, что вы в Судане?

– Никто.

– И ни одна газета?

– Ни одна.

Симо Кхали шумно вздохнул. Бедный генерал отчего-то страшно боялся прессы. Еще один исчезнувший европеец… Это здорово бы поцарапало полировку его блестящего имиджа.

– Ищите! Ищите свою невесту! – сказал он напоследок и пожал Холодову руку. – И если вы тоже пропадете… считайте, что мы не встречались, искать вас мы не будем!

На следующий день Алексей Холодов купил видавший виды джип за пару сотен долларов, затолкал в него все необходимое для долгого пути и забил аптечку всеми возможными лекарствами. И на следующее утро, едва только взошло солнце, отправился в «сафари» по пустыне.

До Абу Хамеда добираться довольно долго.

Белый человек в одиночку собирался раскрыть африканскую тайну.

…Генерал Симо Кхали вызвал незаметного чернокожего капитана и протянул ему запечатанный конверт:

– Почтенный Тааб-Горус должен быть предупрежден, – кратко распорядился генерал. – Устно же передай ему, что мне бы тоже хотелось взглянуть на один ритуал их города…

Посреди древнего города стоял старый царский дворец – великолепное здание с бесчисленными дворами, ходами, комнатами, залами. Роскошные сады окружали дворец; масса слуг возделывала цветники, тенистые аллеи, кусты и деревья, чистила пруды, откармливала рыб, ухаживала за зверинцем и множеством пестрых птиц.

Солдатам в черной кожаной чешуйчатой форме была отведена большая площадь между городскими улицами и царским дворцом.

Плоская крыша дворца была засажена широколиственными растениями и целыми рощами благоухающих кустов. Один только выход вел к этому роскошному убежищу, всегда полному прохлады и аромата. Никто не смел войти туда без приказания; никто не смел нарушать покой живых богов.

Чтобы добраться до бога, нужно пройти Путь. Путь наверх, к самым небесам…

…Двести ступенек. Двести крутых ступенек надо преодолеть, чтобы попасть во дворец. Лестница пятидесятиметровой ширины и приблизительно десятиметровой высоты. Дворец, больше похожий на святилище, окруженный колоннадой… Колонны из древних-древних скал. А за дворцом – горой грозила уставшему от людей небу священная пирамида. И росли, росли из камня ступени. Тому, кто поднимался по ним, казалось, что забирается он прямо на облака.

– Мне кажется, что я попал в сон, в самый заветный из моих снов, – признался Савельев. Ночь они провели в «доме для гостей», именно так назвал это жилище их похититель. В комнате, где археологов заперли на все засовы, не было даже окон, так что сразу становилось ясно, что слово «гость» лишь вежливый синоним «узника».

Филиппса они так и не увидели.

– Он лежит в нашей больнице, – заверил их «атаман» чешуйчатой шайки. – Как только этот человек поправится, он непременно присоединится к вам.

– Больница! – Савельев попытался разговорить загадочного незнакомца. – А ее можно осмотреть?

– Вам доведется увидеть еще очень многое, пока не погаснет для вас солнце, – отозвался «атаман» и запер своих подопечных.

Савельев тяжело вздохнул. Вновь цветистые речи, которые так подходили к этому месту и которые не означали ровным счетом ничего иного, кроме угрозы.

– Пока солнце для нас не погаснет… – поморщился Павел и повернулся к Веронике. Она сидела на каменной скамье, поверх которой была брошена какая-то лохматая шкура. Ларин метался по комнате, как запертый в вольере цепной пес. Шелученко апатично съежился на скамье, взгляд египтолога был пустой, а руки нервно перебирали незримые складочки на футболке.

– Я видела местную ювелирную мастерскую, – внезапно сказала Вероника. – Представляете, у них ювелиры работают теми же самыми инструментами, что и четыре тысячи лет назад. Каменщики – тоже. В общем, ребята, ожившая картинка из учебника по древней истории. Нам никто не поверит, когда мы обо всем расскажем нашим.

– Я почти что сошел с ума! – мрачно оповестил товарищей Алик. – Я всегда предчувствовал нечто подобное.

– Ну, и что ты предчувствуешь сейчас? – неприязненно поинтересовался Савельев.

– Кровь. Много крови.

– А парень и в самом деле того – тронулся! – возмущенно воскликнул Ларин.

Его шуточки уже не помогали… настроение у всех было подавленное. Не улучшилось оно и после того, как двое молчаливых слуг внесли еду. Что-то смахивающее на овощное рагу, которое, как заявил Ларин, кто-то переварил до них, но все равно вкусно. На столе стоял кувшин чуть кисловатой воды, удивительно освежающей, а на подносе лежало несколько кусков хлебных лепешек.

На следующий день в комнате «гостей» показался еще один незнакомец, которого без натяжки можно было назвать родным братом «атамана». Он был того же роста, так же строен, с точеной красивой головой и бронзовым цветом кожи. Вот только вместо «чешуи» из кожи на нем были надеты длинные одежды, прошитые золотой нитью, а на голове остроконечная высокая шапка, похожая на миниатюрную пирамиду. Спереди этот колпак был украшен золотыми пластинками, между которыми поблескивали мелкие камешки горного хрусталя.

– Меня зовут Домбоно, – представился незнакомец на неживом каком-то английском. – Домбоно, – повторил он для вящей убедительности. – Ви есть откуда?

– Из России, – Савельев оказался единственным, кто был еще в состоянии спокойно разговаривать с кем бы то ни было из местных аборигенов, да еще на их родном языке. Шелученко всю ночь преследовали «голоса», Ларин вздумал сыграть роль супермена из дешевого американского боевика и два часа подряд дубасил кулаками в наглухо закрытую дверь, а Вероника невозмутимо зарисовывала все, что им довелось увидеть в загадочном городе Мерое, – пирамиды, храмы с высоченными лестницами, одежду мероитов. Правда, ввиду отсутствия бумаги рисовала девушка на подкладке собственного пиджачка. Про свой фотоаппарат Ларин, казалось, позабыл.