Черная дама Несвижа
Шрифт:
Именно подруга предложила Агафье использовать для хранения ступы сарайчик, установленный на ее приусадебном участке в деревне Ревякино. Кстати, отправляться в полет с огорода оказалось куда удобнее, чем с лоджии седьмого этажа современной многоэтажки. Хотя бы потому, что Ольгина деревянная избушка, на стене которой была прибита табличка «Памятник архитектуры XIX века, охраняется государством», позаимствованная с какого-то старинного особнячка, снесенного в центре Москвы, находилась на окраине деревни. Ее соседи, постоянно занятые хозяйством, не обращали внимания на то, что творится на соседнем участке, граничащим с лесом.
Естественно, ни один нормальный человек в современном мире никогда не поверит в существование летающей метлы, ступы, и уж тем паче экзотического ковра-самолета. Надо сказать, что даже Агафья долгое время считала последнее выдумкой, ибо сама никогда его не видела. Так было до тех пор, пока по приглашению джинна, с которым познакомилась во время отдыха в Крыму, не побывала в жарком Египте.
Именно там впервые опробовала летающий ковер. Надо сказать, полет настолько не понравился, что девушка дала себе слово никогда больше им не пользоваться. Вопреки ожиданиям, все получилось не так, как хотелось. Мало того, что пришлось неоднократно использовать этот вид транспорта, так еще и получила его в собственность.
Памятное событие произошло во время отдыха в Тунисе.
После осмотра развалин древнего Карфагена, которые на Агафью не произвели никакого впечатления, группу туристов, в числе которых находилась и она, в рамках программы поддержки малого предпринимательства завезли в небольшой магазинчик при местной ковровой фабрике. Встречающий на пороге доброжелательный менеджер в надежде, что кто-нибудь купит дорогой сувенир, принялся демонстрировать различные образцы продукции.
Надо признать – среди них имелись довольно неплохие экземпляры. На одном из них Агафья даже попозировала для фото на память – поваляться на белой мохнатой поверхности настоящего берберовского паласа оказалось огромным удовольствием. Правда, купить категорически отказалась. Сама мысль тащить тяжелую ношу показалась ей ужасной. Но, как говорится, не нами написано, не нам переписывать.
С хитрой улыбкой менеджер привел всех в небольшую комнату, где за древним деревянным станком сидела такая же древняя старуха в черном хиджабе. Бабуля с готовностью открывала всем желающим технику ручного ковроткачества. Со стороны процесс смотрелся очень просто – за один местный динар проводился мастер-класс по завязыванию ковровых узелков на готовой основе. Затем на память об уроке, на запястье одевалась цветная шерстяная нить.
Туристы с огромным удовольствием выстроились в длинную очередь и, выпучив глаза, с удивлением наблюдали за ловкими руками старушенции, которая на глазах создавала чудо. Увидев, как ловко мастерица справляется, гости восторженно цокали языками. Агафья не осталась в стороне от общего действа, приготовила динар и терпеливо ожидала своей очереди. Как ни странно, на тот момент больше всего ее волновало какого цвета нитка окажется на руке. Почему-то очень хотелось, чтобы желтая. Ведь этот цвет, как известно, дарит радость.
С готовностью подхватив предложенную монетку, бабулька вцепилась сухонькими ручонками за рукав ее широкой летней рубахи и что-то требовательно крикнула. Молодой переводчик вырос будто из-под земли, но вскоре выяснилось – пользы с него чуть. Старушенция быстро сыпала арабскими словами, перемешивая их берберским наречием, разбавляя фразами на каком-то неизвестном языке. Он растерянно хлопал глазами, не успевал переводить, но зато успевал расхваливать ковер, который притащил откуда-то из задних складов магазинчика. В том, что его не имелось на витринах предприятия, сомнений не имелось. Подобную красоту заметила бы сразу.
Поначалу Агафья упрямо твердила – ковер покупать не буду! Он мне не нужен! Но потом вспомнила правило – все должно иметь смысл. Следовательно, в этом странном разговоре он также должен иметься.
В конце концов, деньги за ковер просились небольшие – всего 50 американских долларов. Местная валюта в расчет не бралась. Она глубоко вздохнула, что делала всегда, когда требовалось сосредоточиться, и принялась рассматривать предложенный ей товар.
Более того, едва прикоснулась пальцами к поверхности, сразу поняла, предлагают купить нечто необычное. Было очевидно, что к его производству руку приложил удивительный мастер и это явно была не бабуля, и уж тем паче, не современные ковроделы. В маленьких цехах с допотопными станками или на крупных фабриках, где работа поставлена на поток, подобного чуда создать просто невозможно.
По голубому полю среди огромных цветов порхали дивные птицы с ярким оперением и причудливыми хвостами… Присмотревшись, Агафья не скрыла своего изумления: подобные особи водились лишь в Ином мире. Последнее красноречиво свидетельствовало – мастер там неоднократно бывал, а, может, и вовсе жил. Но не это больше всего поразило Хранительницу. Уникальность ковра заключалась в том, что он умел летать и продемонстрировал свои способности. Просто удивительно, что никто из группы не заметил, как ковер легко воспарил на полметра над полом и тут же опустился.
Несмотря на то, что о коврах-самолетах слышали многие, их мало кто видел в Ином мире. Из разговоров знала – на производство ковров-самолетов обычно уходит несколько лет. Во время процесса от мастера-мага требовалось запастись терпением и твердо соблюдать все правила, особенно, когда речь шла о чтении заклинаний. Их следовало произносить в определенное время суток и при определенной лунной фазе. Все это должны были высчитать астрологи.
Рисунок ковра-самолета обычно выбирался заранее с учетом характера будущего хозяина. Судя по всему – сей товар делался конкретно для нее. Красноречивым подтверждением тому служило ее имя, вытканное в уголке мелкой арабской вязью с русским переводом. Задумываться над тем, кто решил всучить за ее же деньги предназначенный ей высшими силами дар, не стала. Где-то на подсознании понимала – постарались друзья-джинны, которые во всем и всегда искали выгоду.
Для приличия поторговавшись немного и, сбавив цену до 40 долларов, Агафья полезла за деньгами. Бабка была счастлива и кинулась целовать руки, чем поставила в довольно глупое положение перед всеми остальными туристами.
– Дорогая ханум, – кричала бабка, – спасибо тебе, что облагодетельствовала старуху на старости лет и достойно оценила ее мастерство! Долгих лет тебе жизни!
А потом, стрельнув по сторонам маленькими острыми глазками, быстро прошептала на языке, который был в принят у обитателей Иного мира:
– Ты мне еще благодарна будешь, когда пойдешь свои подвиги совершать!
От изумления Агафья на миг лишилась дара речи, на джиннию и тем более красавицу пери, мастерица явно не тянула; а когда вновь обрела способность говорить, бабки рядом уже не было… Зато с глупой улыбкой возвышался переводчик, который не переставал кланяться и трещать на плохом русском. Как и было обещано, ковер упаковали и привезли прямо в аэропорт. На этом хорошее закончилось.
Свой паскудный характер ценный товар показал сразу. В самолете он умудрился вывалиться из багажного отделения и устроил гонки с лайнером, чем привел в изумление всех пассажиров, а командира экипажа едва не довел до психиатрической больницы. Увидев странного спутника, он начал возбужденно тыкать пальцем в окно самолета и кричать: