Чтение онлайн

В Венгрии, жестоко пострадавшей от репрессий в предыдущее десятилетие, началось тогда мощное движение за десталинизацию и возрождение национального государства. После осудившего культ Сталина XX съезда КПСС, сталинист Матьяш Ракоши был смещен с поста главы венгерской компартии и государства. Это место занял его заместитель Эрне Гёре, что оппозицию не удовлетворило. В октябре 1956 начались демонстрации с требованиями демократизации, возвращения конфискованной собственности, выхода из системы Варшавского договора. Венгерские коммунисты вынуждены были назначить главой правительства популярного политика Имре Надя. В стране начались расправы с сотрудниками карательных органов и сталинистами. «Вы не представляете, что это такое — стотысячные толпы, никем не управляемые, выходят на улицы…» — рассказывал позже Андропов советскому дипломату Трояновскому. После докладов вернувшихся из поездки в Венгрию Суслова и Микояна политбюро ЦК КПСС решило подавить венгерскую революцию любой ценой.

Андропову в этом деле была поручена роль «доброго следователя». Он вел переговоры с Надем, убеждал его, что СССР стоит за демократические преобразования, тогда как в Ужгороде уже формировалось лояльное Москве правительство Яноша Кадара. Андропов заманил в ловушку и арестовал одного из руководителей восстания, начальника будапештской полиции Шандора Копачи. Последний потом писал, что за несколько минут до ареста он «увидел Андропова, улыбающегося своей знаменитой добродушной улыбкой. Но при этом казалось, что за стеклами его очков разгорается пламя. Сразу становится ясно, что он может улыбаясь убить вас — это ему ничего не стоит».

Антикоммунистическая революция была подавлена главным образом посредством введения на территорию Венгрии советских войск.

Чтобы выманить Имре Надя из югославского посольства, где тот скрывался после подавления революции, Андропов дал ему честное слово, что выпустит его из страны. Но на границе с Румынией советские агенты его арестовали и через полтора года он был повешен в Будапеште в числе тех 229 человек, кого казнили официально по обвинению в мятеже. Всего же в Венгерской революции погибло около трех тысяч венгров и почти тысяча советских солдат; 30 тыс. венгров были осуждены к тюремному заключению, 130 тыс. бежали за границу. Во всех этих смертях и разбитых судьбах немалая доля вины Андропова.

После возвращения из Венгрии Андропов стал завотделом ЦК по связям с социалистическими странами, а в 1967 г. занял пост председателя КГБ. На этом посту Андропов продолжил начатую до него «чистку» КГБ от питомцев Берии, но увольняя их, находил им «теплые» места в разных НИИ и министерствах. Эти старые чекисты продолжали сотрудничать с КГБ, получая в качестве агентурного вознаграждения разницу между прежним и новым окладом. Умение сохранять старое в новой оболочке характерно для всей деятельности Андропова. Например, когда в 1971 г. к англичанам перешел капитан Лялин, сотрудник управления, занимавшегося организацией терактов и убийств, Андропов объявил о ликвидации этого управления, но на деле лишь преобразовал его в отдел и запретил офицерам КГБ самим участвовать в «акциях». Для совершения заграничных терактов КГБ стал использовать немцев, болгар или арабов. Не брезговал Андропов и организацией терактов внутри страны. Есть версия, что гибель в результате несчастных случаев нескольких высокопоставленных представителей советской номенклатуры (например, первого секретаря ЦК КП Белоруссии Петра Машерова в 1980 г.), а также нескольких диссидентов (например, Богатырева), была организована подчиненными Андропова по его приказу.

Главным своим делом на посту председателя КГБ Андропов считал борьбу с инакомыслием. На время его правления этим ведомством приходятся жестокая борьба с правозащитным движением, введение танков в Прагу, противодействие еврейской эмиграции. Многих диссидентов в те годы отправили в психиатрические больницы под тем предлогом, что нормальный человек не может быть противником советской власти. Принудительное «лечение» психотропными препаратами превращало и здоровых людей в физически и душевно больных. По инициативе Андропова были изгнаны за границу А. И. Солженицын, А. А. Галич и другие писатели, деятели культуры, правозащитники. В 1980 г. был отправлен в ссылку в г. Горький академик А. Д. Сахаров. К 1980-м годам страна превратилась в интеллектуальную пустыню: почти все известные инакомыслящие были либо высланы, либо посажены.

В 1976 г., когда здоровье Брежнева резко ухудшилось, Андропов получил шанс стать лидером СССР. Достижению этой цели мешало то, что верхушка партии была настроена против него. И по указанию Андропова его личная разведка (отдел «П» первого главного управления КГБ) начала сбор компромата на руководство страны, включая семью Брежнева.

В декабре 1979 г., когда принималось решение о вводе войск в Афганистан, Андропов, был против, но уступил другим партийным руководителям. Это не ослабило его стремления к власти. В 1982 г. Брежнев умер и Андропов стал первой фигурой в государстве. Позднее, чтобы еще больше укрепить свою власть, он совместил должность генерального секретаря ЦК партии с постом председателя Президиума Верховного Совета СССР.

Став Генеральным секретарем, Андропов провозгласил курс на социально-экономические преобразования. Однако, вместо реальной модернизации экономики последовал лишь новый виток охранительно-запретительных мероприятий. Изменения свелись к «укреплению трудовой дисциплины» с помощью облав на «прогульщиков». Эта анекдотическая мера была несоизмерима с реальными требованиями народного хозяйства.

Придя к власти, Андропов был уже тяжело больным человеком, и после неудачной операции в октябре 1983 г. оказался прикован к постели. В кремлевской верхушке начинается новый виток борьбы за власть. Высшая партноменклатура во главе с министром обороны Устиновым решает сделать генеральным секретарем Черненко. Многие месяцы подключенный к аппаратам, поддерживающим жизнедеятельность, Андропов умер 9 февраля 1984 г.

В Москве существует проспект Андропова. На здании ФСБ в 2000 г. была установлена его мемориальная доска, а в Рыбинске и Петрозаводске ему в 2004 г. установили памятники. Существует стипендия им. Андропова.

Калинин

Михаил Иванович Калинин (1875–1946) был сыном крестьянина Тверской губернии. Однако сельский труд не привлек молодого человека, и Калинин отправился в Петербург, где со временем устроился токарем на Путиловский завод. Здесь он примкнул к революционерам, возглавил на своем заводе группу «Союза борьбы». За участие в этой нелегальной организации был арестован, 10-ти месячное заключение использовал для изучения Маркса. После тюрьмы его выслали в Тифлис, где он познакомился со Сталиным и организовал забастовку, за что был заключен в Метехский замок, а потом выслан в Ревель (ныне Таллинн). В 1902 году он организовал в Ревельских железнодорожных мастерских нелегальный марксистский кружок и подпольную типографию, установил связь с ленинской «Искрой». После раскола РСДРП в 1903 г. стал на сторону Ленина. За свою подрывную деятельность он вскоре снова был арестован и отправлен в петербургскую тюрьму «Кресты».

Поражает мягкость законов Российской Империи, по которым злостные и неоднократно судимые противники государства получали минимальные сроки заключения. В том же 1903 г. Калинин был освобожден из-под стражи и возвращен в Ревель. В 1904 снова был выслан, на этот раз в Олонецкую губернию (Карелия), откуда в январе 1905 нелегально выезжал в столицу для выполнения поручений партии. В октябре того же года получил амнистию и возглавил большевицкую организацию Путиловского завода. Калинин стал членом районного комитета РСДРП и вошел в боевой штаб района. Бурная подпольная деятельность не помешала ему обзавестись семьей. В 1916 г. Калинин отправился в свою последнюю ссылку в Восточную Сибирь; жена и дети поехали вместе с ним.

С приходом к власти большевиков социальный статус семьи Калининых резко изменился. Место проживания — Кремль, должность — Председатель ВЦИК (Всеросийский Центральный Исполнительный Комитет). Советской власти нужен был послушный ей человек, поднявшийся из самых низов. Калинин подходил как нельзя лучше и продержался в своей высокой должности более 25 лет. Советская пропаганда создала образ Калинина как доброго дедушки, любимого народом «всесоюзного старосты», что не всегда было так. Когда Калинин прибыл в 1921 г. в восставший Кронштадт, многотысячная толпа свистом и улюлюканьем согнала его с трибуны. Однако многие простые люди, зная о его происхождении, действительно верили в его заступничество. С первых лет советской власти крестьяне во множестве обращались к нему со своими прошениями и жалобами на повсеместно творимые большевиками бесчинства. И Калинин беззастенчиво обещал им, что их никто не тронет и не загонит в коллективное хозяйство. Филипп Миронов, донской казак, писал в своем обращении к Ленину 31.07.1919 г.: «…Могут ли верить все те, кто испытал на себе самовластие коммунистов, заявлению Председателя ВЦИК Калинина, когда он на митингах и беседах с крестьянами сказал о крестьянском хозяйстве так: „Я самым решительным образом заявляю, что коммунистический строй никогда не будет насильно заставлять крестьянство сваливать свою землю, не будет насильно соединять их дворовое имущество, скот и прочее. Кто хочет, пусть соединяется“. И еще говорил Калинин: „Социалистический строй не только никогда не будет бороться с отдельными крестьянскими хозяйствами, но даже будет всячески стараться улучшить их положение. На крестьянское хозяйство никто не может покушаться“. Эх, товарищ Калинин, не только покушаются на хозяйство, но если и ограбят, а ты по простоте сердечной, желая найти правду, пожалуешься, то тебя убьют». Далее Миронов пишет: «Какая польза крестьянину от его утешительных обещаний и заверений и как может идти крестьянин к нему (Калинину) доверчиво со своей жалобой, если его сейчас же… хватают за горло, арестовывают и говорят: „не смей жаловаться“. Неудивительно поэтому, что в газетах бдительные „стражи“ Советской власти радостно восклицают, что при проезде т. Калинина жалоб приходится выслушивать все меньше и меньше».

Калинин лгал крестьянам и в последующие годы, когда политика большевиков привела к невиданному голоду. Американская журналистка Луиза Брайант, жена коммуниста Джона Рида, в своей хвалебной статье о Калинине приводит его советы умирающим: «Кто ляжет, тот не выживет. Я по себе знаю, я сам голодал, я такой же, как вы». Это циничная ложь: до революции ни в Тверской губернии, ни в ссылке никто не голодал, а при большевиках Калинин жил на кремлевском пайке. Но некоторые люди продолжали верить Калинину даже в 1930-е годы и писали ему из мест высылки. Например: «Пишем вашей милости и просим вас убедиться на наше письмо, которое оплакивалось у северной тундры не горькими слезами, а черной кровью, когда мы, пролетарии Могилевского округа собрались и решились поехать отыскивать своих родных. Приехали на место среди северной тундры Нандомского района, мы увидели их страдания. Они выгнаны не на жительство, а живую муку, которую мы еще не видели от сотворения мира, какие в настоящий момент сделаны при советской власти. Когда мы были на севере, мы были очевидцами того, как по 92 души умирают с голоду в сутки; даже нам пришлось хоронить детей и все время идут похороны. Просим принять письмо и убедиться над кровавыми крестьянскими слезами». А вот другое письмо. «Уважаемый Михаил Иванович! Сообщаю из лагеря Макарихи — г. Котлас. Можно ли бить гр. Поселенцев, всякого пола и возраста, тем, что в руках находиться? Можно ли производить насилие в области религиозных отправлений, как то: приходят в бараки, срывают лампадочки, образки, раскидывают под ноги и некоторые уносят неизвестно куда? Усматривается ли вами то, что вместе с родителями переселяются и беззащитные дети от 2-х недель и старше и страдают в бараках совершенно непригодных, т. к. когда нас поселили в бараках, то в них было снегу вместе со льдом на 5 вершков? Барак № 62. Очевидец».