Чтение онлайн

Глава восьмая: Возвращение девушки с огненными волосами

Мей

Ее дух тут же появился рядом со мной. Я и забыла, как шокирует появление защитника. Я и забыла, какой настоящей она казалась.

– Мей, что случилось?

– Нет времени объяснять. Король подстрелил Анту отравленными стрелами, он умирает. Саша, ты поможешь? Можешь позвать сюда своих людей?

Она кивнула.

– Я сообщу Аллертону и сразу вернусь, - она огляделась. – А где ты? У входа в лес?

– Да, к востоку от Сверны, - ответила я. – Скорее.

– Держись, - сказала она. Вспышка, и огненные волосы исчезли.

Я села рядом с Антой, пытаясь накормить его смесью трав. Он отказался, и я погладила его по ушам, умоляя не сдаваться.

– Саша вернется. Надежда еще есть, - я прижала травы к его ране, боясь, что лишь зря трачу время, но больше я ничего не могла поделать.

Когда Саша вернулась, я вскочила на ноги.

– Ну как?

– Они в пути, - ответила она. – Еще полдня, и они будут здесь.

– Полдня? – повторила я. – А он выдержит?

Саша повернулась к Анте и помрачнела.

– Попробуй воду. Чуть дальше есть ручеек. Мей, почему ты в ночной сорочке? – она прижала ладонь ко рту. – Ради богов… твоя рука!

– Долго рассказывать. Сначала вода, - я побежала к деревьям, на которые указала Саша. Кусок коры послужил мне контейнером, я несла его одной водой, это требовало сноровки. Когда я вернулась, Анта тяжело дышал.

– Не бойся, Мей, - говорила Саша успокаивающим тоном. – У него сильный дух.

– Они везут твое тело с собой? – спросила я.

Она кивнула.

– И я чувствую их приближение. Они спешат.

Мне стало немного легче, когда Анта выпил немного воды.

– Теперь расскажешь? – спросила она.

– Что? А, про руку и одежду? – я оглядела себя. Выглядела я плачевно, но даже не помнила об этом.

Не сводя глаз с Анты, я начала рассказывать ей об убийстве Водяного и дальнейших событиях. Саше пришлось меня покинуть, но она верила, что Водяной был убит. Это было обманом. Водяной ждал меня в саду. Мы сразились, и я потеряла руку. Когда проклятие пало, я поняла, что вернулась в тот же миг, когда кровь капала на землю. Лекарь ампутировал мне руку.

Она безмолвно слушала, и я рассказала ей про Бердсли и про побег из Цины. Если она и смотрела на мой обрубок, я этого не заметила.

Когда я договорила, она сказала:

– Так теперь Казимир знает твой секрет, и он не женился на Эллен?

– Он мог все равно жениться. Я не знаю.

– О, этого точно не случилось, - сказала она. – Король не позволил бы самозванке остаться.

Я поежилась.

– Думаешь, он ее накажет?

– Возможно, - она пожала плечами.

– Надеюсь, нет. Может, Эллен мне и не нравилась, я не вижу в ней плохого человека, потому ее не стоит обижать.

– А ты лучше, чем я, Мей Вейландер.

– Вот уж нет, - проворчала я.

Рука Саши пролетела сквозь мою. Мы не могли коснуться друг друга, ведь она была лишь душой. Я могла призывать ее дух, ведь она была моим защитником, что обнаружилось случайно. Я уткнулась лбом в шею Анты и ждала.

Ждала.

Анта дрожал от холода, но его кожа была горячей. По ней бежал узор из черных вен, видимый даже через шерсть. Я снова промыла рану, борясь со страхом потерять его.

– Они близко, - сказала Саша. Она стала прозрачной. – Мы вот-вот будем, Мей.

Ее рыжие волосы и синие глаза исчезли, послышался топот копыт. Я встала, чувствуя боль в спине, и сжала кулаки, нервничая. Сомнения не покидали меня: а если они опоздают?

Появилась первая лошадь, и на ней ехал Аллертон. Лошадь была высокой и надменной, как и он сам. Глава Борганом соскочил на землю и подошел ко мне, двигаясь чуть неуклюже. Аллертон пытался защитить меня, пока его место не заняла Саша, ведь доверять ему я не могла после убийства моего отца в Хальц-Вальдене.

– Покажи рану, - сказал он.

Я подвела его к Анте. Он склонился над ним и нахмурился, его лоб сморщился там, где должны быть брови.

– Яд быстро распространяется. У меня есть лекарство и мазь для раны, но нужно немедленно доставить его в лагерь к нашим целителям. Мерсер, Хенрик, Джон… поднимайте его на телегу.

Трое крупных мужчин подняли Анту на телегу, а меня крепко обняла девушка.

– О, Мей, - сказала Саша, будучи уже в своем теле. – Мне так жаль.

– Не говори так, пока… есть надежда.