Чтение онлайн

Процесс разграбления усыпальницы древнего шамана не возмутил Грыгха, а даже напротив, он принимал самое активное участие в нём, чем лишь подтвердил дикость обычаев своего народа.

Оставалось решить вопрос с жертвоприношением.

Ещё утром Харг привёл двух крупных полудиких кабанов и попросил не рушить алтарь, а просто подпитать его кровью. Якобы смерть животных и их кровь должны помочь отложить проклятие на несколько месяцев, благодаря чему поля зазеленеют. Если же алтарь разрушить совсем, то земля будет очищаться медленно, а когда вновь станет плодородной, люди захотят прибрать её к своим рукам.

По большому счёту, Адаму было без разницы, что произойдёт с алтарём и округой. Это наивные орки полагали, что их оставят в покое, но, в конце концов, вместе с людьми прогресс придёт и сюда. Как только закончатся свободные плодородные земли на севере и вокруг столицы, как только настанет время платить по счетам и государственный аппарат развернётся по полной, владельцам небольших баронств увеличат налоги, потребуется пускать в оборот все площади, что есть в запасе. Используя зелья, порошки, непомерный труд рабов и людей, владельцы выжмут из этих мест всё, что можно и нельзя, лишь бы спать на белых простынях, пить из золотых кубков дорогое вино и носить элегантного кроя костюмы или платья из эльфийских тканей. Такие люди, как Аделаиза и Лерхонд Бельфер, не станут считаться с потерями орков или батраков. Эти будут пить кровь до последнего, а потом разорятся, и на их место приедут новые владетели. Ничуть не лучше, но ещё более жестокие. Действительно умеющие вести дела диэрры долго не объявятся в этих краях, ведь они и в цивилизованном мире чувствуют себя неплохо.

Тщательно обшарив всё подземелье, Адам решил, что пора приступать к жертвоприношению, тем более что он нашел места, где именно должны висеть животные. Два стальных крюка торчали из стены, а на каменном полу под ними виднелись специальные желобки, чтобы кровь стекала под основание светящегося камня.

Пока Грыгх тащил визжащих кабанов, Адам попробовал прижать ожерелье к поверхности алтаря. Энергия в камне была, он ведь светился изнутри, но яшма и полупустой накопитель меча заряжаться никак не хотели.

– Знать бы ещё, как это всё работает, – посетовал он, ведь как ни старался, зарядить скольдеры не удалось.

Орк тем временем подвесил животных на крюки и довольно профессионально сделал глубокие надрезы. Кровь потекла в желоба, кабаний визг последний раз ударил по ушам и оборвался.

В наступившей тишине темная жижа струйками всё быстрее приближалась к магическому камню, будто он притягивал её. Как только ручейки достигли места назначения, по глазам резанул ослепительный свет.

– Диэрр, осторожно. Оно тянуться к вы. Отступать! – закричал Грыгх. Он видел, как сверкающее щупальце вырвалось из глубин камня и впилось в грудь Адама, пронзив диэрра насквозь. Не останавливаясь, оно потянулось к стулу, на котором так и покоился Гул’Драк-Тул, соединяя их тела.

Времени на раздумья не было. Диэрр в любой момент мог умереть, а может, и уже был мертв. С лестницы послышался грохот падающих камней, и Грыгх сдёрнул со стены кабанью тушу. Что есть сил он швырнул её в ослепительный источник, боясь прикоснуться к нему голыми руками. Камень затрещал, медленно, как бы нехотя, завалился на бок, и раздался грохот такой силы, что у Грыгха не только уши заложило, но и весь мир потонул в ослепительной магической вспышке. Настала тьма.

***

Адам пришёл в себя и уже привычно закашлялся. Темнота была такой, что он даже не сразу сообразил, где находится, а уж когда осознал произошедшее, от души выматерился.

Он не просто потерял сознание, у него было видение. Только что Адам слушал и даже разговаривал со странным шаманом, находясь в помещении с белоснежными стенами, а потом взрыв, мир вокруг лопнул, и пришла темнота.

Адам попытался дословно вспомнить, о чём говорил шаман. Кажется, что-то о перерождении, о проклятом Мордреде и о каком-то гризле. Или гризли. Трудно разобрать мысль в смеси человеческого, орочьего и древнего чиглаэзского языков, на которых выражался Гул’Драк-Тул в видении.

«Интересно, что за зверь этот гризль. Надо спросить у Грыгха», – отстранённо подумал Адам, и тут же вспомнил о жертвоприношении, которое они пытались провернуть, об источнике и звуках падающих за спиной камней. С ужасом пришла догадка, что проклятые деревенские орки завалили их в подземелье.

– Грыгх, ты как? – прохрипел он, попытавшись сесть, но снова закашлялся. Во рту появился привкус металла.

– Хорошо, – неуверенно отозвался орк, когда кашель диэрра прекратился. – Только слепнуть на два глаза.

От последнего утверждения Адам нервно хохотнул, но быстро подавил смех из-за опасения нового приступа кашля.

– Ты не ослеп. Нас просто завалили тут твои сородичи, а алтарь ты, похоже, сломал, вот и стало темно. Думаю, нас с тобой тоже принесли в жертву, вот же твари. Давай попробуем поставить этот камень на место, может, он снова засветится, тогда будем решать, как выбираться отсюда.

Адам с трудом поднялся, и внезапно взгляд его зацепился за мерцающий у ног скольдер, что был установлен в эфес меча. Камень светился ярко-красным рубиновым цветом, что означало абсолютное заполнение. Даже в самых суровых битвах Адаму не удавалось разом наполнить резервуар клинка, а тут… Сколько душ надо, чтоб камень заполнился? Должно быть, несколько десятков, в зависимости от силы противника, а тут пара свиней, и готово?

– Это что, у вас специальные магические свиньи были? Или проклятые маги всех дурят, и ради скольда не обязательно убивать? – пробормотал Адам. Он нашел ожерелье, которое держал в руках перед тем, как потерял сознание, и каждый камень в нем тоже светился не хуже эфеса клинка. Мысль о том, сколько энергии получает академия с кровавой дани, поражала, но все оказалось не так просто.

Починить алтарь не удалось. Как они с Грыгхом ни пытались вертеть и мазать свиной кровью валун, ничего не помогло, каменюка осталась обычным булыжником.

– Твоё ожерелье тоже зарядилось? – спросил Адам у орка, поправив одетый на свою шею шаманский скольдер. Так он хоть и слабо, но освещал довольно большую сферу вокруг, а руки при этом оставались свободными.

– Придурки гризле и их прислужники, – внезапно раздался знакомый голос за спиной, и Адам вздрогнул, резко обернулся. Прямо возле собственного тела стоял шаман, окутанный бледным свечением. Тот самый татуированный орк, с которым они разговаривали пару минут назад в странной белой комнате. Клыкастый, широкоплечий, как и большинство воинственных орков, этот шаман выгодно отличался и был одет в приличную одежду.

– Да, оно светиться! – пророкотал Грыгх, тоже напялив на себя ожерелье.

– Понятное дело, что светится. Тут всё должно светиться, столько энергии вырвалось на свободу. Алтарь, глэйд. Вы сломали алтарь, разрушили печать, тупые гризли. Это же надо. Сотни лет он служил великому народу орков, глэйд, но явились два придурка и сломали реликт.

– Эй, да мы же это… Мы не специально, – начал было оправдываться Адам, но замолчал. Не хватало ещё извиняться перед каким-то орком. Перед дохлым орком, между прочим.