Чтение онлайн

Несколько дней и ночей их пытали в центральной бакинской тюрьме. 20 сентября 1918 г. бакинских комиссаров под усиленным конвоем доставили в Закаспийскую пустыню и одного за другим расстреляли.

16 ноября флот под командованием английского генерала Томпсона вошел в бакинскую гавань. На флагманском корабле развевались флаги Великобритании, США, Франции — тех держав, которые решили, что советская нефть уже захвачена и можно приступить к ее вывозу, — а также знамя царской России. Британский контрольный комитет железных дорог установил наблюдение и контроль за эксплуатацией нефтепровода Баку — Батуми.

24 декабря 1918 г. лондонская газета «Файненшл ньюс» открыто назвала цели, которые преследовал британский империализм. «При щедром финансировании, — писала газета, — и хорошей организации дела захват русской нефтяной индустрии был бы ценным приобретением для нашей империи. Для британского правительства открывается великолепная возможность поставить добычу нефти в Грозном и Баку под свой непосредственный контроль».

Само собой разумеется, что при этом учитывались также интересы «Ройял датч — Шелл» и главы фирмы Генри Детердинга. Однако его мечты о кавказской нефти вскоре были развеяны в прах.

В этот период положение молодого Советского государства было крайне тяжелым. Враги двинулись на него со всех сторон. В общей сложности 14 империалистических государств выступили в союзе с белогвардейской армией. Интервенты, поощряемые международным финансовым капиталом, зажали Советскую республику в смертельное кольцо. В. И. Ленин дал четкую оценку сложившемуся в июле 1918 г. тяжелому положению: «Мурман на севере, чехословацкий фронт на востоке, Туркестан, Баку и Астрахань на юго-востоке — мы видим, что почти все звенья кольца, скованного англо-французским империализмом, соединены между собой» [10] .

Интервенты рвались к важнейшим сырьевым и продовольственным районам Советского государства. Из областей, захваченных врагами, перед войной Россия получала 85 % всей руды, 90 % каменного угля, почти всю нефть, весь хлопок, около четверти чугуна, стали, сахара и большую часть зерновых. Советская промышленность оказалась отрезанной от основной сырьевой базы. Остановились многочисленные предприятия. Из 5402 фабрик, работавших на нужды войны, 3500 остались на оккупированной территории.

Политика «военного коммунизма», проводимая партией Ленина, была направлена на то, чтобы дать отпор империалистам. В мае 1918 г. еще молодая Красная Армия насчитывала всего лишь 300 тыс. бойцов. Хорошо вооруженные и обученные войска интервентов насчитывали 700 тыс. человек. Партия объявила всеобщую мобилизацию. В армию и во флот были направлены военные комиссары. К началу сентября силы Красной Армии почти удвоились; в ее рядах было уже 550 тыс. человек.

Борьба с интервентами развернулась на всех фронтах. После двух тяжелых лет, отмеченных многими жертвами, когда голод, тиф и белый террор тысячами косили людей, приблизилось освобождение побережья Черного моря, Каспия, а затем и всего Кавказа.

В начале 1920 г. был разбит Деникин. Красная Армия вплотную подошла к нефтяным районам, очистила от контрреволюции Азербайджан, Армению, Грузию. Детердинг скупил у выкинутых из Советской республики русских нефтяных магнатов обесцененные нефтяные акции. Он все еще не мог осознать того факта, что «источники русской нефти» для него иссякли.

В нефтяных районах Кавказа была восстановлена Советская власть. Пришлось заново бурить замурованные бетоном скважины, восстанавливать взорванные трубопроводы и разрушенные буровые вышки. Это было тяжелое дело. И все же Советская Россия восстановила свое положение нефтяной державы.

Несмотря на поражение интервенции, нефтяные концерны не выпускали Кавказа из поля своего зрения. Они обдумывали новые средства захвата советской нефти, связанные с общей задачей борьбы против страны, которая покончила с капитализмом.

В результате первой мировой войны национальное хозяйство многих государств и международная торговля были дезорганизованы. К тому же из империалистического лагеря была исключена, по существу, одна шестая часть, что нанесло ощутимый удар капиталистической экономике, уменьшив источники сырья. Во время войны были ликвидированы все существовавшие межгосударственные торговые соглашения. В странах Европы без работы осталось более 300 млн. человек.

С 10 апреля по 5 мая 1922 г. в Женеве проходила экономическая конференция. В ее работе приняли участие 34 европейских государства. Делегация Советской республики, впервые представленной на международном форуме такого масштаба, сразу же оказалась в центре внимания его участников. Было ясно, что западные державы намерены с помощью переговоров достичь тех целей, которых им не удалось добиться путем захватнической войны. Они создали так называемый компетентный комитет по «русскому вопросу», который на предварительной конференции, проходившей в Лондоне 20–28 марта 1922 г., сформулировал грабительские требования международного монополистического капитала к молодой Советской республике. Империалистические государства хотели задушить молодую республику с помощью невыполнимых экономических требований и таким образом поставить ее в полную зависимость от Запада.

Через день после начала Женевской конференции советской делегации была передана нота комитета, в которой содержались следующие требования: Советское правительство должно признать все долги, а также финансовые обязательства прежних русских провинциальных и местных органов власти; взять на себя ответственность за все убытки, если они произошли от действий или упущений Советского правительства или его предшественников; погасить все неуплаченные долги, сделанные после 1 августа 1914 г.; возместить ущерб русских граждан — эмигрантов, понесенный из-за войны; возвратить иностранным владельцам все национализированные предприятия.

На конференции не упоминалось о «русской нефти» ни в протоколах, ни в других официальных документах. Но на самом деле речь шла именно о ней: требованием покрыть старые долги империалистические державы хотели вынудить Советскую республику уступить им на правах концессии огромную нефтяную промышленность России.

Детердинговская «Ройял датч — Шелл» еще до начала конференции выработала проект концессионного договора, в котором говорилось о ее «собственных интересах на юге России и на Кавказе». Уже 19 октября 1921 г. в письме британского министра иностранных дел Керзона официальному представителю РСФСР в Великобритании Л. Б. Красину говорилось: «„Ройял датч — Шелл“ весьма охотно получила бы от Советского правительства концессию на добычу нефти на месторождениях, принадлежавших ранее компании, и переработку ее на предприятиях юга России и Кавказа».

Интриги плелись как на самой конференции, так и за ее кулисами. Спустя два дня после открытия конференции председатель наблюдательного совета «Стандард ойл траст» А. С. Бедфорд заявил на страницах лондонской газеты «Таймс»: «Наше мнение таково, что на конференции в Генуе или в частных переговорах не следует поднимать вопросы об участии какого-либо одного государства в эксплуатации природных богатств России. Все страны должны получить справедливые и равные шансы на развитие там своей экономической деятельности». Это заявление было сделано не случайно. Оно представляло собой открытую претензию «Стандард ойл траст» на советскую нефть.

США в конференции официально не участвовали. Вашингтон высокомерно отказался сесть за стол переговоров с большевиками. Правящие круги Соединенных Штатов были убеждены, что, обладая достаточным капиталом, можно оказать влияние на конференцию и ее результаты через посредников. Кроме того, американские нефтяные концерны вступили в прямые неофициальные контакты с советскими дипломатами.

Еще в период подготовки конференции Л. Б. Красин по поручению В. И. Ленина вел в Лондоне переговоры с нефтяными концернами. Советское правительство предложило американской «Фаундейшн компани» провести ряд геологических работ в России, в частности закладку шурфов, на сумму 100 тыс. долл. Эта компания — одна из крупнейших по разведке нефти в США — выполняла заказы как «Стандард ойл траст», так и «Ройял датч — Шелл». Красин заявил, что в разведочных работах можно будет использовать советских рабочих и техников. Он также сообщил, что правительство России готово закупить в США оборудование, необходимое для выполнения этих работ. Другое советское предложение касалось строительства парафиновой фабрики и нефтепровода в Грозном.