Черная Луна
Шрифт:
Задержанный отрицательно покачал головой.
— Садитесь. — Дорохов указал на ряд кресел, что шли вдоль небольшого стола, предназначенного для оперативных совещаний. — Ну? — спросил он, когда двери отсека мягко сомкнулись за спинами космических пехотинцев. — Почему вы требовали встречи со мной? Что за необходимость?
Человек, который час назад на хорошо оснащенном грузовом корабле влетел в зону пространственных минных полей и, заглушив двигатели, послал сигнал бедствия, спокойно посмотрел в глаза Дорохову, усмехнулся своим мыслям и вдруг спросил так, словно они были знакомы всю жизнь:
— Не узнаете, Дмитрий Алексеевич?
Генерал, который на секунду опешил, быстро взял себя в руки.
— С какой стати? — спросил он, нахмурившись. — Мы где-то встречались?
Задержанный прищурился.
— Скандинавское скопление, — ответил он, протянув руку за сигаретами, что лежали в специальной подставке на столе. — 2671 год, — уточнил он.
— Ну, положим… — не меняя тона, произнес Дмитрий Алексеевич. — Там было множество людей.
— Да. Но командир ударного крейсера «Игла» должен вспомнить своего старшего офицера.
В глазах Дорохова мелькнула, но тут же угасла искорка понимания.
— Да, я вспомнил вас, лейтенант Фрост. Джон Фрост, — тут же добавил он. — Но я повторяю свой вопрос: что дальше? Вы нарушили границу секретного военного объекта. Мой офицер, по-моему, доходчиво объяснил, что без соответствующей санкции мы не можем депортировать вас с данной территории. В следующий раз будете осторожнее прокладывать курс, господин Фрост, и чаще поглядывать на масс-детекторы, прежде чем подниматься из гиперсферы.
— Полковник Фрост, — мягко поправил его Джон. — Я, между прочим, все еще на службе.
— Да? — Дорохова здорово раздражал этот разговор. Он действительно вспомнил Фроста, но что это меняло? Мало ли офицеров служило под его началом?
— Заглянули поздороваться, полковник? — подняв глаза, осведомился он.
— Нет, господин генерал! — Тон Фроста вдруг стал сухим и официальным. — Я прилетел по делу…
— Стоп! — Дорохов сцепил пальцы рук в замок, как нередко делал это в моменты неприятных разговоров. — Не нужно говорить, что вы нарушили границу минных полей намеренно. Это может только усугубить дело.
— Плевать, — внезапно заявил Фрост. — Я прилетел сюда по поручению президента Элио Антона Эдуардовича Вербицкого.
На этот раз удар достиг цели.
Дорохов побледнел.
— Я привез с собой некоторые документы. Часть из них касается вас лично, генерал. — Фрост сделал едва уловимое движение, как фокусник, что демонстрирует публике свой трюк, и на его ладони оказался крохотный микрочип.
— Меня обыскивали, — поспешил сообщить он, предупреждая вопрос генерала. — Ваши люди не виноваты.
— Это шантаж? — в лоб спросил Дмитрий Алексеевич, взяв со стола чип и зажав его между большим и указательным пальцами.
— Нет. Скорее верительные грамоты, — Фрост говорил спокойно, но для этого ему понадобилось все наработанное годами самообладание. Ведь он знал то, о чем Дорохову еще только предстояло узнать, и мир в его сознании не переставал балансировать на зыбкой грани уничтожения. — Посмотрите эту видеозапись, прошу. Тогда нам будет легче понять друг друга.
Дорохов, несколько поколебавшись, все же вставил маленький носитель информации в считывающее гнездо терминала.
Фрост, наблюдая за ним, откинулся в кресле.
Если бы Дорохов знал, сколько человек сейчас ждут в томительном неведении результатов их разговора.
Космический флот планеты Элио в этот момент занимал пространственные позиции в двух световых днях от базы «Черная луна».
— Даша, я отправил на Дабог людей, — Антон развел руками, давая понять что большее сейчас не в его силах. — Канал телеметрии оборван, истребитель, на котором должна была отступить группа, стартовал. Дениса вытащили!
— Никто из них не вернулся, Антон.
— Это плохо, но еще не безнадежно. Операция прошла не так, как планировали. Наш резидент со Стеллара сообщил, что весь уровень блокирован. Там произошло крупное столкновение. Но ведь машина-то ушла со Стеллара! Кто-то же ее вел!
— Да, я понимаю. И тоже надеюсь. Но ты можешь ждать, а я нет. Для тебя главное — это мир. Для меня — Денис. Я знаю, что такое виртуалка, и знаю, как из нее «вытаскивают». Если истребителем управлял Денис, то он может быть где угодно. Нельзя поручиться ни за его психику, ни за здоровье. Но если он жив и остался в здравом рассудке, то он прилетит на Дабог. Именно там назначена встреча. Воюй за мир, а я полечу туда и буду ждать…
— Даша, пойми, там все еще небезопасно. Много недезактивированных зон, мутировавшая жизнь. Ты не узнаешь этот мир. Там не осталось ничего от твоей прежней родины.
Она кивнула.
— Я понимаю. Но мой долг быть там. — Она оставалась непреклонна, и Антон понял — ее не удержать.
— Хорошо… — скрепя сердце согласился он. — Я дам тебе корабль и группу сопровождения.
— Не нужно. — Даша подняла голову и вдруг улыбнулась, хоть на душе и скребли кошки. — Я лечу домой, Антон. Со мной пойдет только Хью. Мы справимся. Просто прикажи доставить нас туда и пообещай, что дашь знать, если Денис появится в другом месте, ладно?
Вечер подкрался незаметно. Теплый ветерок ласкался, льнул к коже, мягко гладил лицо.
Денис уже час как брел по свалке, меж изъеденных временем корпусов старых космических кораблей.
На его памяти их было не так уж много — десятка полтора максимум, но сейчас он не видел конца этим обветшалым, обезображенным коррозией остовам.
Кладбище за космопортом разрослось за время войны. Здесь стояли те корабли, что садились на Кьюиг и больше не могли взлететь.
Взгляд скользил по темной броне, местами содранной, местами сохранившейся, и Денис остро чувствовал, что он скорее принадлежит этому месту, чем новой послевоенной реальности. С ним поступили так, как порой делали с кораблями, что лежат на подобных свалках. Ремонтировать их накладно и бессмысленно, поднимать в космос и хоронить на каком-нибудь планетоиде слишком дорого, вот и стоят они тут, став артефактами человечества, быть может, пройдут тысячелетия, и какое-либо инопланетное существо будет с удивлением и страхом смотреть на них, гадая, что за судьбы прожиты этими монстрами с потрескавшейся и опаленной керамлитовой шкурой…