Чтение онлайн

Когда сделать этого не получилось, то нацелилась растопыренными пальцами с длинными ногтями на моё лицо. Быстро скрутила эту тварь, прошипела ей на ухо.

— Заткнись. Тут за стенкой спит ребёнок. И если ты его разбудишь, то пожалеешь.

— Ты не достойна Филипа, — дёрнулась она, но хотя бы стала говорить более приглушённо.

— А ты значит, достойна? — хмыкнула. Моя волчица же взбесилась моментально. Эта тварь покушается на нашего волка?!

— Я, по крайней мере, не притаскивала сюда своего нагулянного щенка, — фыркнула она. — К тому же ты ещё и фригидная динамщица. Все видят это. Да вы даже спите в разных крыльях поместья.

— Положим это не твоё дело, — рассмеялась. — У кого-то в отличие от тебя есть достоинство. Полагаю, стоит Филу поманить пальцем, ты будешь тут как тут, подставляя свою жирную задницу.

— Сама шлюха, — рванулась рыжая, повысив голос.

— Я тебе что сказала? — спокойно проговорила. — Ещё хоть раз повысишь тон, то я тебя не только накажу, но и сделаю это настолько показательно, что будешь глаза прятать ещё лет десять. Поняла меня?

Надо бы конечно переодеться, а то вряд ли почти прозрачная комбинация, служившая мне ночнушкой, подходит для дома полного похотливых оборотней. Но не думаю, что рыжая согласится любезно подождать меня на месте, пока я оденусь.

Так что вывела её из комнаты в намерении разобраться с ней подальше от Марка.

Рыжая негромко взвизгнула, предпринимая ещё одну попытку вырваться.

— Заткнись, — прошипела ей и напомнила: — Я сказала, разбудишь ребёнка в соседней комнате, то пожалеешь, что вообще на свет появилась, рыжая!

Только начала подталкивать её в сторону, как раздался голос:

— Что здесь происходит?

Фил? Что он здесь делает? Ещё и в одном халате? Уж не ко мне ли он намылился в таком виде? Волчица радостно заскулила при виде него, а я разозлилась. Мы так не договаривались!

— Эта рыжая пыталась меня убить, — сразу сдала свою ночную гостью, выглядевшую испуганной при виде вожака. — Требую поединка!

— Карен это правда? — спросил с арктическим холодом в голосе Филип. — Ты покусилась на мою пару? Вопреки моему прямому приказу? Ты помнишь мои слова?! Кто причинит вред ей, то будет отвечать передо мной. Я давно спускаю тебе твои выходки, но на этот раз ты перешла все границы.

Эта Карен заскулила и заплакала. Презрение к ней достигло своего максимума. Что-то десять минут она не выглядела таким нытиком. И кого теперь пытается разжалобить?

— Она моя, — от что мою законную добычу вот-вот уведут из-под нашего с волчицей носа, мне не понравилось. — Это на меня она нацелила кинжал. И моё право наказать её.

— Джоди, дорогая, давай лучше я? Обещаю, ты никогда больше её не увидишь. Я накажу, а потом выгоню из стаи. Она не стоит тебя. Просто не хочу, чтобы ты пачкала об неё свои ручки. Иди и отдыхай.

Вот иногда Филип был таким милым! Вроде понимающий и терпит мои выходки с недомолвками. Я даже, в самом деле, прониклась к нему симпатией и уже хотела смягчиться и перестать издеваться. Но отбирать моё моральное право наказать рыжую, потому что считает меня слабачкой?

С недовольством сощурилась и тихо зарычала, вместе с вторившей мне в голове волчицей.

— Только взгляните на этот мир — грехи, похоть — всё это происки Дьявола!

— Да здравствует страсть и похоть!

От моего рыка Фил напрягся и повернулся к Карен.

— Стой тут. Если рыпнешься, то не посмотрю на память о твоём отце и будешь голой стоять у столба целый месяц без еды и питья. Поняла?

Она судорожно кивнула, а Филип осторожно подошёл ко мне.

— Давай просто поговорим, Джоди. Выслушаешь меня и если не изменишь своего решения, то клянусь, я препятствовать не буду. Хоть на кусочки порви рыжую. Не сомневаюсь, что у тебя получится.

Поняв, что во мне не сомневаются, мы с волчицей расслабились и покорно отошли в сторону, отпуская рыжую и следуя за парой.

Когда расстояние стало достаточным, скрестила руки на груди, подняла бровь и посмотрела на него.

— Послушай, во-первых я не хочу, чтобы тебя видели в таком виде. Я собственник и такое для меня допустимо! — начал волк, выразительно проходясь глазами по моему довольно открытому телу. — А во-вторых, на мне ошейник, Джоди! И если кто-то из стаи захочет потребовать тебя, увидев волчицу, я не смогу ничего сделать понимаешь? А сняв его, нарушу нашу договорённость. А мне бы этого не хотелось.

От этих слов окончательно расслабилась. Так всё дело в обычной ревности? Ну такое могу понять. Я и сама этим страдаю. Вспомнить только собрание клана Лукиана и свою реакцию на волчиц.

— Я это принимаю, — кивнула. — Но считаю, что всё равно лучше разобраться мне с ней самой. Это отвадит других от таких же глупых поступков.

— Давай тогда она пока посидит в темнице? — предложил Филип. — Ещё шесть дней и делай с ней что хочешь. Карен мне никогда не нравилась, но её отец был другом моего, поэтому она и тут.

— Хорошо, — легко согласилась, немного поразмышляв. Хотя тут надо подумать, ведь завтра наказание северного недоальфы и я собиралась оборачиваться. — Пусть будет так. Кстати, от северного клана Фейрвекса не было новостей?

— О! — кровожадно улыбнулся мужчина. — Они обратились к старейшинам о том, что после испытаний его не видели. Я доступно объяснил, что у нас и почему. Их клан маленький, так что связываться они не стали и никаких претензий к нам нет.

Не знаю, имел ли Фил под своим у "нас" меня и себя или просто свою стаю, то на этот раз это согрело. И с чего я вообще решила, что сине-чёрный не примет моё право наказать Карен? Норма же он предоставил мне. Впрочем, не важно.

— Мне завтра надо на встречу с Майклом и навестить Селесту. Ты не мог бы собрать утром стаю? Хочу, чтобы Марк был защищён. И каждой шавке об этом стало известно.

— Без проблем, Джоди, — кивнул мужчина, а его глаза зажглись… гордостью? С чего бы это?

Только сейчас до меня дошло, что никакой реакции на мои слова о родителях не последовало. Не было пренебрежения, осуждения и ничего такого. Наоборот, моя откровенность как будто принесла плоды в том, что на меня смотрели с искренней теплотой.

Повинуясь чистому порыву, потянулась к Филипу и поцеловала. Поначалу он опешил, но почти сразу завладел моими губами с рычанием и инстинктом хищника дорвавшегося до вожделенной добычи.

Непроизвольно от такого напора у меня сорвался судорожный выдох. Меня накрыло волной желания и я встретила его язык, проникающий внутрь, своим, переплетаясь снова и снова. Будто плавясь от этих ласк, я обхватила его шею руками. Желая оказаться к нему как можно более близко. Ближе! Ещё ближе! Сквозь шёлк комбинации и его халата настолько явно чувствовала его возбуждение, что это привело меня в чистый экстаз.