Чтение онлайн

Некоторые из женщин выразили желание, чтобы им дали возможность вернуться в Чикаго, где они надеялись найти средства к пропитанию. Другие объявили, что не желают ничего лучшего, как зарабатывать себе хлеб, работая на владельцев плантации. Что касается вдовы скваттера, то она сказала, что просит только одного – чтобы ее с дочерью оставили на свободе оплакивать тех, которых они потеряли; когда же Черная Птица пробовал возражать ей, она прибавила, что во всяком случае никогда не примет помощи со стороны убийц мужа и сыновей.

– Мать моя, – заметил ей Черная Птица, – не знает тех, кто сломил Белый Дуб и его семерых сыновей. Седая Голова хотел обмануть воинов из племени команчей, и тогда те вооружились против скваттеров. Это они главным образом разбили бледнолицых и повергли их на землю. Если бы мою мать осветили лучи истины, она поняла бы, что это сам седой старик затеял несправедливый бой с воинами племени команчей и с хозяевами каменного дома. Ваконда любит справедливость и наказывает тех, чье сердце не признает законов. Моя мать, – прибавил он, – очень хорошо знает это сама, так как сочла себя обязанной предупредить господина из каменного дома о тех злостных планах, которые Седая Голова построил против него.

При этих словах вдова скваттера, которая до сих пор не плакала, вдруг закрыла лицо руками и разразилась рыданиями, судорожно потрясавшими все ее тело. Тогда дочь взяла ее голову обеими руками и прижала к своей груди; потом, склонившись к ней лицом, тоже залилась слезами.

После минуты молчания Черная Птица продолжал:

– В тот день, когда моя мать поступила таким образом, ее озарил своим светом сам Ваконда, и если Великий Дух не мог помешать тому, чтобы Седая Голова и его семь молодых сыновей пали мертвыми во время сражения, то он благословил ту, у которой хватило мужества пожертвовать самыми дорогими чувствами сердца и благородно исполнить свой долг. И теперь, когда моя мать пережила смерть Белого Дуба и сыновей, она приобрела себе среди тех, которых спасла от смерти, семью, которая будет более привязана к ней из чувства благодарности, чем та, с которою ее связывали узы родства.

– Они убили моих сыновей! – проговорила, рыдая, несчастная мать.

– Это не они убили их, а мои воины, – возразил Черная Птица. – Седая Голова обманул их, и они отомстили за себя. Что будет теперь делать моя мать?

– Мне остается только умереть, так как у меня нет больше сил жить! – ответила с трудом вдова скваттера.

– Рассудок моей матери помутился от горя. Она забывает, что у нее есть обязанности, которые ей надо исполнять, и что у нее остается еще дочь.

– Это правда! – вскричала бедная старуха, отодвигая от себя дочь и всматриваясь в нее сквозь слезы с некоторым удивлением.

Потом она прибавила: – Бедное дитя! Какую ужасную участь я тебе приготовила!

И, заключив дочь в объятия, она в свою очередь прижала ее страстно к своей груди и стала покрывать ее лицо поцелуями.

Когда Черная Птица дошел до этого места в своем рассказе, Люси не могла больше сдерживать волнение и сама залилась слезами. Но это продолжалось несколько минут; затем она снова овладела собой и на губах ее даже заиграла улыбка, хотя на ресницах еще сверкали слезы точно жемчуг; она просила Черную Птицу рассказывать дальше.

Вождь передал продолжение своего разговора с вдовой скваттера.

– Моя мать, – сказал Черная Птица, когда ему показалось, что вдова немного успокоилась, – горячо любит свою дочь и дочь отвечает ей тем же. Это значит, что они обе достойны быть любимыми. Ваконда благоволит к справедливым и добрым людям: он не допустит, чтобы моя мать и ее дочь остались одинокими среди пустынной местности.

– Вождь – благородный воин, он принимает участие в несчастных, – ответила старая женщина. – Не может ли он указать нам средство, как отправиться в Чикаго?

– У Черной Птицы нет такого средства, о котором спрашивает его мать, но он может легко достать его при посредстве Лесного Шиповника, своего друга и дочери владельца каменного дома. Но для этого надо, чтобы моя мать сама поговорила с Лесным Шиповником.

– Вождь очень мудр, но не ошибается ли он, возлагая надежду на дочь плантатора? Если это та прелестная девочка, с которой я только раз говорила по поводу того дела, о котором только что упоминал вождь, то она, по-видимому, слишком молода, чтобы быть нам полезной; что же касается ее родителей, то они, узнав, что дело касается тех несчастных, которые уже один раз вымолили пощаду для своих близких, сейчас же отвернутся от них и не захотят сделать им добра.

– Моя мать несправедливо судит о Лесном Шиповнике и ее родителях, потому что плохо знает их. Лесной Шиповник любима Господином жизни. Она – великая чародейка и имеет большое влияние на своих родителей, которые любят ее самой горячей любовью. У владельца каменного дома – справедливое сердце, способное понять мысли других людей; он умеет отличать добрых от злых, и ничто не заставит его отвернуться от вас и изменить своему стремлению делать добро. Он поймет, что моя мать не принимала участия в поступках Седой Головы, которому она повиновалась только нехотя.

Сопротивление вдовы скваттера было, по-видимому, совершенно побеждено.

Тем не менее, ей было неприятно показаться перед приличными людьми в тех лохмотьях, которые служили ей и ее дочери одеждою, так как им уже давно не представлялось случая обновить свои костюмы, а жизнь в дикой местности не приспособлена для того, чтобы беречь платье.

– Справедливое сердце и честная жизнь – лучшие украшения женщины! – просто ответил Черная Птица.

Было затем условлено, что вождь вернется в каменный дом предупредить мисс Люси о том, что послезавтра она увидит вдову и дочь скваттера около домика, где семейство Курти скрывалось во время нападения и где та, которую Черная Птица прозвал Лесным Шиповником, так сильно поразила умом и находчивостью своего крестного отца Вильямса Гранмезона.

Люси горячо поблагодарила Черную Птицу за то, что он исполнил в точности ее поручение, и затем спросила у него совета, надо ли ей сейчас же предупредить родителей об ее сношениях с женщинами из лагеря с реки Красной, или же следует сначала подождать, что скажет ей завтра вдова скваттера.

Люси не представляла себе, что будут делать эти женщины в Чикаго: очевидно, они встретили бы там одних чужих для себя людей, у которых не было бы никакого основания принимать в них участие, между тем как здесь ее родители могли иметь только одно желание – вознаградить их возможно лучше за ту огромную услугу, которую они им оказали, и этим вознаграждением было бы то, что они обеспечили бы им спокойное и приятное существование при исполнении нетрудных и приличных обязанностей. То, что ей только что рассказал Черная Птица по поводу данных им обещаний женщинам, оставшимся в лагере скваттеров (с тем условием, если хозяйка каменного дома подтвердит их), подало ей мысль и относительно тех обязанностей, которые можно было бы предложить этим женщинам, в которых она принимала такое участие: они могли бы руководить работами своих товарок. Люси несколько раз слышала от отца и управляющего Леона Маркэ, что у них большой недостаток в рабочих руках, в особенности для таких сельских работ, которые обыкновенно исполняют женщины, как сбор фруктов, хлеба, сахара, кофе и т. д. Таким образом, сразу же находилась работа для жен скваттеров, а вместе с тем и для тех двух женщин, дела которых она принимала особенно близко к сердцу. Можно было, следовательно, одновременно оказать пользу плантации и отблагодарить тех, к которым она чувствовала признательность. Да и чего только не заслуживала та женщина, которая, чтобы исполнить свой долг и предотвратить страшное преступление, не поколебалась выдать мужа и сыновей, которые и расплатились жизнью за попытку исполнить свои злостные намерения?!

Вождь команчей думал, что можно сейчас же сообщить обо всем Курти, потому что все равно нельзя было приходить к какому-нибудь решению без согласия с его стороны. По просьбе Люси, он взял на себя передать ему то, что она придумала.

Как родителям Люси, так и Вильямсу стало совестно, что они не подумали раньше о судьбе несчастных женщин, самоотверженный поступок которых спас все население плантации, а для них стал причиной потери близких людей и самого ужасного горя.

И все они покрывали поцелуями Люси, благодаря ее за ее счастливую находчивость. Решено было собрать совет, чтобы потолковать о предстоящих переменах на плантации. Дело было очень важное, так как касалось того, чтобы ввести в свои владения тридцать женщин, о которых ничего не было известно и которые могли принести один вред, если бы обладали испорченными и вероломными характерами, или же, напротив, способствовать процветанию плантации, если бы оказались трудолюбивыми и хорошего поведения. Нелегко было находить женщин, которые бы соглашались работать на новых участках земли, и поэтому в том случае, если бы они оказались хорошими работницами, это стало бы настоящим счастьем для плантации.