Чтение онлайн

Эсме обвела арену взглядом. Ее внимание привлекла Инанна — синекожая великанша. На миг их глаза встретились, но Эсме нужно было следить за всеми соперниками, чтобы заметить, кто из них первым пойдет в атаку.

Долго ждать не пришлось.

К восторгу зрителей, Сватог Истребитель, стоявший метрах в двенадцати справа от Эсме, первым потерял терпение. Взмахнув руками, он подпрыгнул и приземлился на месте. От его прыжка земля на арене содрогнулась. Развернувшись к Эсме и расставив руки в стороны (при этом из обеих рук выросли длинные стальные когти), он раздул могучую черную грудь — и закричал.

Звук получился невероятный. Приправленный едкой вонью дыхания Сватога, он ударил по Эсме со скоростью ураганного ветра. Узкие глаза Сватога яростно сверкали. Казалось, его рев, подобный звуку работающего на полных оборотах парового двигателя, никогда не прекратится. Вздымая копытами пыль, Сватог сделал шаг к Эсме, еще один шаг… Болельщики ревели вместе с ним, они жаждали крови, желая поскорее увидеть, как он разорвет на куски маленькую землянку.

Эсме стояла неподвижно.

Джек, от ужаса и беспомощности окаменев на своем месте, заметил, как что-то мелькнуло и сверкнуло.

И в следующий миг рев Сватога резко оборвался.

Зрители примолкли. Почему Сватог утих? Почему он просто стоял и не двигался? И почему девчонка повернулась к нему спиной?

Долго и медленно тянулись секунды. Ничего не происходило. А потом вдруг что-то словно взорвалось, и послышалось жуткое шипение. Песок под ногами у Сватога потемнел. Демон шестиметрового роста упал на колени, потом шмякнулся ничком.

— Что? — оторопело выдохнул Джек.

— Мать честная! — булькнул Джагмат.

Один гладиатор погиб. Осталось одолеть пятерых.

Толпа взревела.

Эсме стояла, выставив перед собой голубиный меч. Внешне она выглядела совершенно спокойно, но на самом деле ее сознание опытного бойца трудилось на бешеных оборотах, она была готова к любому повороту событий.

Ведь именно тогда битва началась по-настоящему.

Без предупреждения выхватив один из своих кривых мечей, Инанна метнулась в сторону и нанесла удар Рипититу Ганчу. В первую секунду, когда лезвие рассекло развевающуюся черную ткань его плаща, возникло впечатление, будто для Ганча все кончено.

Однако произошло нечто странное. Плащ четвертого гладиатора начал двигаться, смещаться, меняться. На долгую секунду его узкая физиономия повисла в воздухе, жестокий рот искривился в зловещей ухмылке.

А потом то место, где он только что стоял, просто-напросто взорвалось, превратилось в кипящее, рвущееся, стрекочущее облако.

Что это было?

В отчаянии вскрикнув, Инанна заслонила лицо одной рукой. На нее внезапно набросилась стая саранчи. Зловредные насекомые смерчем светло-коричневых крылышек окутали великаншу, от их тучи на белый песок арены легла тень, а ее соперник, колдовским образом изменившись, метнулся в сторону, подальше от великанши.

Тем временем, издав утробный рев, по арене с оглушительным топотом помчалась Гладраш Дерзкая. Гигантская корова еще не успела набрать полную скорость, когда поравнялась с Эсме, и если бы девушка не была настороже, тяжеленные копыта непременно растоптали бы ее. Но Эсме успела подпрыгнуть и поджать ноги — и атака Гладраш сорвалась. Однако чудовищная корова понеслась дальше, взбивая копытами пыль, к следующей сопернице — Инанне.

В этот момент лапы Слоута конвульсивно дрогнули, и он вышел из тени на краю арены. Противно шипя и скаля прикрытую жвалами пасть, он низко наклонил голову к белому песку и выгнул туловище дугой. Тридцатисантиметровые шипы у него на спине задрожали. В тот момент, когда Эсме приземлилась после подскока, Слоут сделал глубокий вдох. Перепончатые мешки по обе стороны от его пасти раздулись, и он швырнул шипы прямо в Эсме.

Рипитит Ганч, материализовавшийся посередине тучи саранчи прямо позади Эсме, обнажил длинный меч, но вдруг понял, что неверно рассчитал время внезапной атаки, и проворно преобразился в стаю летучих мышей. Однако несколько мышей из этой стаи пострадали от ядовитых шипов, брошенных Слоутом. Они с визгом упали на песок и забились в судорогах — яд сделал свое черное дело. В виде чуть поредевшей стаи мышей Ганч долетел до дальнего края арены и, собравшись воедино, осмотрел себя. В его плаще зияли три-четыре здоровенные дыры — вот так сказалась на нем гибель нескольких летучих мышей. Ганч подхватил испорченную полу плаща и забросил за плечо. А потом вдруг напрягся, вытаращил глаза. Его холодная кровь словно бы сгустилась в жилах. Еще секунду он, весь дрожа, простоял на месте, но вот и он рухнул замертво ничком на песок.

Двое пали, осталось одолеть четверых. Толпа неистовствовала. При этом Тунку Робкий вел себя в высшей степени хладнокровно. Тонкое длинное щупальце, прикоснувшееся к затылку мастера перевоплощений и выпустившее яд, спокойно поднялось вверх, к водянистому, медузообразному телу Тунку. Однако у Робкого осталось еще немало яда. Он отлетел в тень и затаился.

Тем временем Эсме билась за свою жизнь.

Выпущенные Слоутом ядовитые шипы разлетелись слишком широко. И не было времени прыгать и уворачиваться. Бросив на песок ножны, Эсме сжала рукоять голубиного меча обеими руками и с быстротой, рожденной как инстинктом, так и годами упорных тренировок, стала рубить мечом летящие шипы. Лезвие меча мелькало так стремительно, что воздух перед Эсме превратился в серебристую дымку и отлетающие от клинка куски шипов застучали по массивным каменным глыбам, окружавшим арену. Но шипы летели слишком быстро — даже для Эсме.

Эсме отступила на шаг назад, выставила меч перед собой и отбила низко летящий шип. Но при этом лезвие клинка оказалось слишком далеко от ее тела, чтобы она смогла успеть закрыться от следующего шипа, летевшего выше. Эсме упала на спину и, согнув правую ногу в колене, перехватила и отбила последний шип.

Но тут Слоут со зловещим шипением бросился в атаку.

Его челюсти, с которых капала мерзкая слизь, щелкнули с такой силой, что перекусили бы ноги Эсме на уровне бедер, если бы она не среагировала мгновенно: в последний момент она перекувыркнулась назад и, вскочив на ноги, отчаянным рывком выставила перед собой меч. Увидев сверкающее лезвие, Слоут попятился назад, и это дало Эсме драгоценные секунды, чтобы отскочить на безопасное расстояние.

Эсме мысленно выругала себя. Ей повезло: сосредоточенность на атаке соперника, а не на нем самом — это была типичная ошибка непрофессионала. Сейчас слишком многие моменты, слишком многие мысли мешали ей сосредоточиться, требовали ее внимания. Она следила за Слоутом — а как насчет остальных гладиаторов? За Гладраш Эсме могла следить по топоту ее копыт: гигантская корова скакала по арене, нападая на всех, кто попадался на ее пути. Но остальные противники Эсме… Один из них мог сейчас находиться позади.

И тут у нее появилась идея. Уголки губ Эсме тронула едва заметная усмешка. В следующий миг она пошла в атаку.

Сверкающее лезвие голубиного меча со свистом рассекло воздух, Слоут нагнул широкую приплюснутую голову, и удар плашмя, нанесенный Эсме, пришелся мимо — меч промелькнул всего в нескольких миллиметрах от головы Слоута. В изумлении отвратительное существо отпрыгнуло назад на пружинящих лапах. Держа меч за самый конец рукоятки, чтобы выиграть в расстоянии, Эсме снова сделала выпад и нанесла рубящий удар. Слоут контратаковал и попытался ухватить Эсме за ноги клешнями, но они сомкнулись в воздухе. Эсме подпрыгнула, сделала сальто вперед, поджала ноги и, прыгнув прямо на голову Слоута, пригвоздила ее к земле всем своим весом.