Чтение онлайн

Кто смеет отказать богу в причитающейся ему жертве? И в Стигии убивают людей на алтарях во славу богов, и любой может угодить под нож жреца! А тут бог сам выбирает себе жертву, сам приходит за нею.

Клянусь Кромом, у нас людей в жертву не приносят! И хотел бы я посмотреть на жреца, решившего зарезать киммерийца! Вряд ли такому выродку помогли боги! Пролилась бы кровь на алтарь, но чья, как ты думаешь?

Ласков и вкрадчив был смех Талис.

О, как ты красив в гневе, варвар! Но не забывай, Тог древнее божество, алчущее кровавых жертв. Здесь не Киммерия!

Конан, однако, не мог успокоиться.

Лежать и спать Что за безумие? Дрыхнуть, зная, что можешь проснуться в брюхе у чудища!

Такова их судьба, лениво потянулась Талис, демонстрируя пышную грудь с темными, набухшими сосками. От некогда многочисленного народа остались лишь сотни а через несколько поколений останутся единицы несколько сонных ксуталийцев. И Тогу придется искать новый город или убираться в преисподнюю, откуда он явился. Горожане знают об этом Но власть лотоса сильнее жажды жизни, и никто из них даже не помышляет о бегстве, хотя у них остались старинные пергаментные карты. По ним видно, что в дне пути есть еще оазис, а за ним другой, а там и край пустыни Однако уже несколько лет никто даже не выходит за стены Ксутала. Жителей его погубили безделье и лотосовые сны. Они похотливы и сладострастны, и не знают удержу в стремлении к наслаждениям. Их разнузданные оргии невозможно описать! Лишь однажды мне довелось видеть перепуганных горожан. Их переполошило известие, что Тог покинул свое подземелье

О, тут они проснулись! Они метались по улицам, рвали на себе одежды; они, словно слепые, натыкались на стены и друг на друга, пока все не сгрудились у городских ворот. И что ты думаешь, они покинули город? Ничего подобного! Посовещавшись, горожане бросили жребий, и, связав несчастную жертву по рукам и ногам, оттащили в одну из комнат. Но Тог не насытился столь малой данью, и они смирились со своей судьбой.

Натала не выдержала: вцепившись в плечо киммерийца, она попыталась сдвинуть его с места, воскликнув:

Бежим отсюда, Конан! Бежим скорее!

Еще не время, отмахнулся варвар. Он не мог отвести взгляда от раскинувшегося рядом на софе соблазнительного тела стигийки. Да и собственная набедренная повязка не позволяла ему встать: слишком тонка, чтобы скрыть тот интерес, что испытывал он не только к рассказу прекрасной собеседницы.

А что тебя занесло сюда, Талис?

Руки девушки утонули в густой черной пене волос. Она откинула их назад и, медленно опустив руку, хорошо рассчитанным жестом провела ладонью по крутому бедру.

Еще ребенком меня похитил из отчего дома один из стигийских принцев-мятежников. В надежде основать собственное королевство, он шатался по свету с бандой черных кушитов, стрелкой из лука. Но его честолюбивые мечты погибли в пустыне, где он в конце концов заблудился вместе со своими людьми. Жизнью я обязана одному из лучников: он пожалел меня, привязал к спине верблюда, и славное животное притащило меня, полумертвую, к городским воротам и испустило дух. Меня нашли почти засыпанной песком, принесли в город и отпоили вином. У них, у этих ксуталийцев, есть божественный напиток, обладающий чудесными свойствами: он затягивает раны, восстанавливает силы, спасает от ядов. Благодаря ему я и выжила. Я не знала их языка, но очень скоро многие мужчины выучили мой. О, недостатка в учениках у меня не было! Ради меня они готовы были бросить не только свои богатства и жен, но и самое дорогое свои сны!

Она вызывающе рассмеялась, окинув киммерийца жадным взглядом.

Их женщины красивы, очень красивы, но кожа слишком желта, а веки припухли от сна. Я же нравлюсь здешним мужчинам, прежде всего потому, что я другая, и меня не влекут лотосовые грезы, хотя я их тоже вкусила. Предпочитаю явь, какой бы они ни была тем более, что ксуталийцы охочи до женских ласк и знают в них толк. В своем вожделении они ненасытны и изобретательны. Боюсь, твоей подружке не выдержать безудержной похоти ксуталийцев, когда они дорвутся до ее тела. Она слаба, и лучше убей ее сейчас, избавь от мучений! Ты слышал о мистериях в честь богини Деркэто? Так вот, ее жрецы невинные дети по сравнению с этими людьми, чья жизнь проходит в снах и оргиях!

Дерьмо! Дерьмо Нергала! презрительно сплюнул варвар.

О, это дело вкуса, игриво усмехнулась Талис, опуская глаза.

Ладно, нам пора, Конан поднялся, оправил свою набедренную повязку. Только время зря тратим! Лучше уж глотать песок пустыни, чем околачиваться в этом злосчастном городе. Здесь смердит, как в заднице Нергала!

Натала сорвалась с места, готовая идти куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Плохо зная стигийский, она, тем не менее, поняла достаточно, чтобы узнать об ожидающей ее судьбе.

Выведи нас отсюда, Талис, не сводя вожделенного взгляда с нагого тела стигийки, бросил Конан.

Отлично понимая суть этих взоров, она томно потянулась и, поднявшись с грацией туранской кошки, пошла вперед, покачивая соблазнительными бедрами.

Стигийка вела их по незнакомым залам, и скоро в сердце варвара закралось подозрение, что дело нечисто. Наконец они остановились в небольшом покое, украшенном гобеленами и слоновой костью. Посреди комнаты тихо журчал фонтан.

Ополосни личико, милая, ты вся в пыли, а в волосах песок.

Пренебрежение, прозвучавшее в голосе Талис, заставило Наталу покраснеть. Однако совет был неплох, и она направилась к фонтану, откинув назад свои длинные светлые волосы.

О Кром! К чему это? Как только мы окажемся за воротами, ты опять превратишься в замарашку! Ну, женщины, вам Тог не Тог, лишь бы покрасоваться!

Варвар рассмеялся и повернулся к Талис.

Ты дашь нам еды и питья на дорогу?

Та вместо ответа прильнула к нему жарким телом, обвив руками бедра великана. Пьянящий аромат ее волос щекотал ноздри варвара, а бархатная кожа и умелые движения опытных рук кружили голову. В ушах звучал горячий шепот:

Куда ты пойдешь, киммериец? Я, я буду твоей пустыней и твоим оазисом! Со мной тебе не понадобится ни еда, ни питье, ты узнаешь сокровенные тайны Ксутала тайны любви! Ты могуч, о мой варвар, ты великолепен! Ты не чета этим соням, я хочу тебя, хочу каждой частичкой своей плоти! Забудь обо всем, останься со мной, и я сделаю тебя королем Ксутала!

Руки Талис обхватили шею Конана, стройные ноги обвили бедра. Разметавшиеся волосы укрыли ее белоснежные плечи. Желание огнем опалило варвара Но огонь этот тотчас был погашен.

Взбешенная Натала схватила нефритовую чашу, стоявшую на краю фонтана, зачерпнула воды и выплеснула ее на готового потерять голову киммерийца.

Ополоснись и охладись! А заодно раскрой пошире глаза!

Очи ее метали молнии, лицо исказила гримаса гнева.

Стигийка отпрянула от киммерийца, задев голым плечом гобелен, и вдруг вскрикнула, указывая на что-то за спиной Конана.

Взгляни!

Мгновенно обернувшись, он выхватил из ножен меч, но никого не увидел. Сзади раздался приглушенный шум и скрип закрывающейся двери. Крутанувшись на пятках, варвар развернулся, готовый отразить нападение неведомого врага Но никто не собирался на него нападать, а обе девушки исчезли.