Чернильная девушка
Шрифт:
На круто загнутой дорожной развязке Денис повернул к району, который когда-то считался «старым городом». Здесь отстроенные еще в начале I века пряничного вида дома, сочетались с унылой, деловой строгостью втиснутых тут и там современных бизнес центров и уродливых архитектурных пристроек. За окном автомобиля мелькали светящиеся вывески банков, логистических компаний и юридических контор. Кричала звуковая реклама, заманивающая прохожих в магазины очередной распродажей или акцией. Денис выплыл из длинной пробки дымящих в сумраке машин и поднялся по подъездной дороге наверх сопки, где располагался элитный жилой район с видом на бухту. Писатель сделал круг по двору и с трудом припарковал свой BMW между двумя японскими автомобилями.
Дверь квартиры ему открыл полный мужчина в сером спортивном костюме, что натянулся в области плеч и обширного живота. Выпирающие под глазами щеки, чуть надутые, словно у капризного малыша губы, и мелкие, постоянно бегающие в поисках новой добычи глазки, выдавали в хозяине квартиры фанатичную любовь к комфорту. Золотой точкой в общем образе был талисман-монетка на груди мужчины, который он ласково поглаживал, когда небрежным жестом руки пригласил писателя зайти в свои владения:
– Какой неожиданный визит, – мужчина блеснул золотой оправой своих очков. – Чем обязан, Денис?
– Привет, Игорь Юрьевич. Нам нужно поговорить.
– Вот, веришь или нет, но я, который день пытаюсь это сделать. Хотя, я всего лишь литературный агент, раскрутивший тебя. Так что можешь и дальше смело слать меня на хрен.
– Извини, – Денис провалился в просторы обширного дивана. – Я так устал.
– Что там у нас с возвращенным на доработку сценарием?
– Я им еще не занимался.
– Денис, что с тобой происходит? Мы отработали шесть сценариев, и, даже, один для большого экрана. Каждый раз все было как надо: классный синопсис, интересные диалоги. После правок продюсер доволен, всем хорошо. И тут на очередном сценарии для простого «коммерческого сериала» ты идешь в разнос. Снова включаешь «защиту Хемингуэя» и прячешься у себя дома. Именно сейчас, когда нужно оперативно вносить множество правок, не забывая и о двух предстоящих презентациях твоей новой книги.
– Сценарий здесь не при чем.
– Тогда в чем дело?
– Во мне.
– Денис, давай заканчивай прозаику! Говори конкретно и по существу!
– Игорь, тебе никогда не казалось, что мы идем не туда?
– Денис, я тебя сейчас ударю, – Игорь скрутил утренний выпуск газеты «Домино» в трубочку, и занес ее над головой писателя. – Ты можешь разговаривать, как нормальный человек? По делу!
– Игорь, вот скажи мне, какой мой самый коммерчески успешный роман?
– «Доктор за ширмой». Это хорошая похабщина. Восемь тысяч проданных экземпляров за прошлый год. Неплохие деньги.
– Вот именно, главный герой – подонок. И в следующей книге я хочу сделать так, чтобы он получил по заслугам. Получил то, что заслужил, понимаешь?
– Стоп. Концепция серии в том и заключалась, что герой безнаказанно живет, как ему нравится, ни с кем не считаясь: проводит махинации, управляя частной клиникой, соблазняет женский персонал и пациенток, убирает с пути соперников. Он богат, преступен и хитер. Он победитель, а победители не проигрывают.
– Я хочу поменять концепцию.
– Зачем менять то, что отлично работает? Нам нужно хорошо продаваться, а ты решил поэкспериментировать над твоей самой удачной серией книг?
– Я больше семи лет выезжаю за счет пошлых веяний современного общества. Моя аудитория – это циники, считающие, что человечность в наше время не в части.
– Ты, что, совсем идиот? Не вздумай даже так думать, не то, что где-нибудь ляпнуть на публике! – Игорь шлепнул газетой по голове писателя. – И, вообще, с чего это спустя шесть лет в тебе вдруг проснулась совесть?
– Я не хочу об этом говорить…
– Нет уж, извольте. Мне все это не нравится, так что давай на чистоту. Я мирился с твоими загулами и вздорным характером, но твой общий настрой в последнее время не на шутку меня беспокоит.
– Есть одна девочка, – Денис тяжело выдохнул. – Я искалечил жизнь ей и ее семье. Из-за меня она больше не сможет ходить…
– Только уголовного дела нам не хватало! – Игорь вскинул руки. – Идиот! Сколько раз я говорил, чтобы ты не садился пьяным за руль! Все пропало!
– Я не сбивал ее. Она сорвалась с моста, потому-что решила повторить действия женского персонажа из моей книги: «Утро на кончиках пальцев».
– Денис, что за ерунда? Ты решил начать экспериментировать в творчестве из-за какой-то глупой девчонки? Почему она, вообще, тебя волнует? Мы просто продаем то, что продается, а все остальное не наша забота! Пусть родители лучше следят за тем, что их чада читают, смотрят и слушают! Между прочим, «Утро на кончиках пальцев» имеет рейтинг «старше восемнадцати»! А она, я так понимаю, еще не совершеннолетняя? Ведь так?
– Я плохо спал прошлую ночь. Мне снилось, что их становится все больше…
– Кого больше? – Игорь Юрьевич устало потер глаза рукой.
– Людей, которые мне поверили. Мне снилось, как они выстраиваются в длинную очередь, конец которой растворяется у горизонта. Все они просили расписаться у них на лбу, а когда я это делал, тлели в воздухе, как сожженные остатки пергамента…
– Ну, брат, тебя понесло.
– Дальше еще «веселей», – Денис горько усмехнулся. – Мне приснилась жена. Как я читаю ей теплым летним вечером отрывок из своего первого романа, а она вносит свои замечания. Ну, того романа. Ты знаешь. Когда я еще хотел написать что-то стоящее. Мне так захотелось хотя бы на мгновение вернуть то душевное состояние, почувствовать себя счастливым…
– Все это полная ерунда. Мы с тобой создали отличный бренд писателя Дениса Леваева, со своим коммерчески успешным образом, философией и интересным художественным стилем. А теперь ты хочешь все испортить из-за того, что мы, якобы, портим людей.
– Книга должна либо развлекать, либо обучать читателя. Если она выполняет эти две задачи одновременно, то это просто замечательная книга. Но то, чего книга точно делать не должна, так это губить человека…
– Полная ерунда!
– Нет. Ты знаешь, что это так, Игорь.
– Я знаю только одно – книга, как и любой другой товар, должна хорошо продаваться. Когда твоей жене резко понадобился «свежий» автомобиль, а старшая дочь собирается в Японию «подтягивать язык», ты не будешь париться о «высоком». Тебе нужны деньги и точка, если при их заработке никто не умер или не сел, то дальше и думать не стоит.
– Но я покалечил человека и, возможно, не одного.
– Денис, ребенок без присмотра взрослых может запросто покалечиться ножом или штопором. Давай теперь из-за этого закидаем камнями всех производителей острой кухонной утвари? Это глупый разговор и твое беспокойство беспочвенно. Так что и дальше спокойно пиши для непритязательного, платежеспособного обывателя. Это отличный выбор!
– Значит, я пишу для обывателя?
– Ты это так сказал, будто проституткой подрабатываешь.
– А что это, как не интеллектуальная проституция? Поступаясь принципами и высоким предназначением писателя, плевать на мораль и ответственность ради бабок. Сегодня делать одно, а завтра совсем противоположное только потому, что больше заплатили?
– Раньше тебя все устраивало.
– Раньше мне не было тридцать пять лет, и я не жил один в пустом доме! Раньше из-за моего творчества дети не срывались с моста! Раньше я думал, что стану хорошим автором!