Черно-белая любовь
Шрифт:
Когда итальянцы уезжают, мы направляемся с Омером и Дэмиром в компанию, на встречу с «Apple».
— Мутные эти итальяшки- выдает Дэмир с пассажирского сидения спереди.
— Мне тоже не нравятся. — отзывается Омер за рулем.
— Ты вроде строил глазки Луке, поменял мнение? — хмыкаю я Дэмиру.
— Лука придурок. Он раздражает меня больше всех остальных. — рыкнул он. Странная у него неприязнь. Но мне было плевать на то, что они думали об этом.
— Они опасны, но хорошие союзники. Постарайтесь не засрать наше перемирие. — говорю я серьезно.
— Да босс! — отзываются те.
Я смотрю в окно и в этот момент рядом проезжает машина.
Какого хрена?!
— Тормози! — кричу я и падаю головой на сидение, когда пуля разбивает стекло.
— Господин! — выкрикивают мои солдаты и я мгновенно достаю ружье, слыша звон тормозов.
Ну видимо веселье на сегодня не закончилось!
Глава пятая
Ягмур
— Кхе кхе..- вдруг пронзил меня кашель среди ночи и я потихоньку встаю, что бы не разбудить Альпа. Сегодня мы заснули в его комнате, так вымотались с картиной на стене, и купанием, что отлегли без задних ног.
— Что же это…воды нет. — смотрю я на кувшин рядом и медленно встаю. Нужно сходить за водой.
Я выхожу в коридор и закрываю за собой дверь.
— Агх… — странные звуки заставляют меня остановиться. Тишину поглощают гортанные вопли, исходящие из комнаты Хакан бея напротив.
— Должна ли я..? — подхожу я ближе и касаюсь ручки двери. — Нет! Вдруг ещё разозлится что вошла. Хочешь помереть Ягмур?! — отговариваю я себя и отступаю на шаг.
— Ыгх..- новый стон заставляет меня замешкаться. Ему плохо? Если так подумать, то я его сегодня не видела вовсе, когда он вернулся? И почему позднее обычного? Никогда такого не было.
— Ладно, ты все равно спокойно не уснёшь. — говорю себе и открываю дверь. Умирать так со спокойной душой!
Возле кровати тускло горела лампа, и я медленно подошла ближе.
— Хакан бей? Все в порядке? — останавливаюсь я над спящим мужчиной и замечаю его испарину на лбу.
— Хакан бей? — касаюсь я бледной щетинистой щеки. — Ах! — тут же восклицаю, да он весь горит! Веки медленно приоткрываются и я вижу убитый взгляд.
— Я позову Адама! — говорю мужчине и разворачиваюсь, но и шагу ступить не успеваю. Сильная рука вдруг хватает меня за запястье.
— Не уходи… — голос осипший, мужчина резко тянет меня к себе и я падаю рядом с громким криком.
— Что вы..
— Хаят…не уходи. — сердцебиение учащается, руки дрожат, мужчина берет мою ладонь и преподносит к своей щеке, нежно зарываясь в ней носом.
Хаят… это его. жена?
— Должно быть у вас жар, вы бредите. Позвольте я позову Адама, он вызовет врача! — пытаюсь я встать, но мужчина несмотря на свою слабость крепко ухватился за меня. Ему точно плохо?
— Я тебя …не отпущу…останься со мной…хотя бы на эту ночь..- смотрит он на меня из-под своих длинных ресниц и что-то в груди моей защемило.
Этот мужчина. как же сильно он ее любил, почему-то эта мысль наводила меня на грусть.
Да что же это со мной? С ума сошла?
Может все таки оставить его и уйти?
— Ах… — вырывается возбужденный стон, когда я чувствую нежный поцелуй на ладони. Он только что поцеловал мою ладонь! Боже! И это было так нежно. даже чувственнее тех кратких поцелуев, что он оставлял каждое утро на моих губах.
— Я так по тебе скучаю… — губы его содрогаются в лёгкой, болезненной улыбке, а глаза закрыты.
Я быстро смахиваю слезу, что одиноко скатывалась по щеке. Почему я плачу?!
Уйти не могу, что-то не позволяло мне просто бросить мужчину одного.
Я тянусь к краю его одеяла и вдруг замечаю бинт.
— Какого дьявола? — шепчу я и раскрываю одеяло больше. Его плечо было перевязано, но виднелся красный след. Он…ранен… но видимо ему оказали первую помощь, но так почему же за ним никто не присматривает? Видимо из-за раны и возник жар, но кто мог его ранить? Неужели он погряз в каких-то проблемах?
Что же он за человек..?!
Я качаю головой. И думать не хочу, даже если спрошу, не ответит.
Но оставить его в таком состоянии не могу. Я оборачиваюсь и вижу рядом с кроватью кувшин с водой.
Вот бы ещё тряпку найти… может если я попытаюсь встать, что-то добуду?
Но мужчина ухватился мертвой хваткой за мою руку, не позволяя и двинуться.
Уфффф! Я тяжело вздыхаю. Сил моих больше нет. Остается лишь одна тупая идея.
Я тянусь к краю своей футболки и быстрым движением рву ее на две части, сделав из нее топик.
— Когда я была вся в ранах, вы мне медсестру приставили, не позволяли и шаг без неё лишний сделать! — намочила я тряпку водой из кувшина и приложила на лоб мужчины, недовольно ворча. — А тут сами в таком состоянии и не попросили ни у кого помощи? — хмурюсь я, смотря на голый торс мужчины.
— Как же прохладно..- блаженно шепчет он и касается моей рваной футболки на своём лбу, продолжая сжимать мою руку.
Глаза непроизвольно начинают шастать по голому телу и я потихоньку пылаю… такое красивое тело…святой Султан Сулейман!
Он словно творение какого-то художника, каждый его изгиб, каждый мускул, само совершенство! Я кратко провела пальцами по его коротким волосам на груди.
— А это что? — вдруг замечаю я глубокий шрам на животе и пальцами провожу по нему. Такой грубый… как же это произошло интересно?
Мужчина перехватывает мою ладонь и переворачивается на бок, что-то невнятно бурча себе под нос.
— Снова ты..- лишь слышу я отчётливо и далее как в тумане. Ему что-то снится?
— О Аллах! — срывается с моих губ, когда я вижу спину целиком и полностью в рубцах. Словно его резали живьём!
Дрожащими пальцами я касаюсь спины, раны казались старыми, но навсегда оставили след на рельефной спине, разглядеть отчётливее не успеваю, мужчина вновь ложится на спину.
И почему даже с такими рубцами на теле он кажется мне…прекрасным?
И почему же шрамы на спине у него, а сердце разрывается от боли у меня? У меня кажется действительно проблемы с головой! Забудь Ягмур! Приди в себя!
Стоны мужчины вновь привлекают мое внимание, он не утихает, а мои лёгкие потряхивания по плечам не помогают его разбудить. Кажется он видит кошмар.