Чтение онлайн

– Разумеется.

– Значит, начиная с пятнадцати лет мы с Дэйном могли запросто погибнуть, верно? И даже не знали бы, почему нам не везет.

– Получается, что да. Но пока миновало…

– Мне – пятый десяток, ему – тридцать пять. Мы оба в угрожаемом периоде… Так. – Он качнул головой. – Так, давайте условимся, что Катрине никто из вас ничего не скажет.

– Пожалуйста. Но неужели ты думаешь, что она не узнает, если не знает уже?

– Пусть. Но лишний раз волновать ее ни к чему. Я думаю, Мэл, нам всем надо подумать, что тут к чему, а?

– Руин, послушай, – мягко окликнул ликвидатор. – Неужели ты думаешь, наш патриарх не ломал голову над этой загадкой? Неужели не обращался к помощи лучших специалистов по проклятиям, к самым сильным архимагам? Никакого толку. Те только руками разводили – ни на что не похоже. Ты же понимаешь, проклясть целый клан…

– Да, понимаю. Но то, что одним человеком или людьми было сделано, потом может быть исправлено. Не надо раньше времени опускать руки. Кстати, я слышал, что клан Диланэй, прежде обитавший в Центре и не так давно отсюда убежавший, тоже был проклят.

– Был, верно.

– Проклятием того же типа, что и Мортимеры?

– Нет, другим. Насколько я знаю, представителей клана стали находить мертвыми, когда со следами насильственной смерти, когда и без. Многие Диланэй стали умирать естественной смертью – от сердечного приступа, каких-то еще заболеваний – а это само по себе чертовски неестественно, раз уж речь идет о бессмертных. Ты же знаешь, бессмертные не страдают сердечно-сосудистыми заболеваниями.

– Я бы не сказал, что они совсем не страдают ими, – запротестовал Дэйн, который, судя по уверенному виду, что-то знал об этом.

– Страдают. Но процентное соотношение: это приблизительно один человек из тысячи, у которого что-то не слава богу с тем или другим, и один из десяти тысяч, кто от этого умирает. А если учесть, что в Центре не наберется и миллиона бессмертных…

– Хорошо, я понял, что ты имел в виду. Значит, наличие проклятия было установлено точно?

– Да. Насколько я слышал, его смогли выделить, но не смогли понять его природу.

– Так же, как в случае с Мортимерами. И тут, и там погибают представители клана, просто по-разному, в разных масштабах, а так, по сути, то же самое. Это уже зацепка.

Мэлокайн смотрел на брата с огромным интересом. Моргана, которая совершенно перепугалась, услышав о проклятии Диланэй, о котором прежде почти ничего не знала, и об опасности, нависшей над ее любимыми братьями, слегка подалась вперед. Она всем сердцем верила в Руина, и если б ей сказали, что ее старший брат собрался поднять моря на небо, она бы лишь поинтересовалась у него, зачем это нужно, но ни на миг не усомнилась в том, что подобное возможно.

– В чем ты видишь зацепку?

– Когда мы имеем дело со схожими происшествиями, есть основания искать здесь одну руку. Если узнать, кто это мог сделать, проще будет выяснить, что именно было сделано. И проделать манипуляцию в обратную сторону.

– Ты полагаешь, что некто пожелал избавиться от обоих кланов?

– В случае Мортимеров – не избавиться. Лишь ограничить его численность.

– Ёлки, мы что – кролики?!

– Дэйн, помолчи.

– Я сомневаюсь, что это одно лицо. – Ликвидатор с сомнением покачал головой.

– Лицо – или лица. Это предположение не стоит сбрасывать со счетов. И вообще в любом преступлении (а проклятие на магической основе – это нарушение уголовного кодекса) надо смотреть, кому был выгоден полученный результат. К преступлениям, особенно таким сложным, обычно прибегают лишь тогда, когда другого выхода нет. Когда желаемого нельзя добиться иначе. Кому выгодно ограничение численности нашего клана?

Мэлокайн в задумчивости поскреб затылок.

– Да любому клану. Любому, который занимается бизнесом. Любому, который… Боже мой, деньги любят все. Чем меньше Мортимеров, тем, значит, меньше конкурентов в любой экономической области. Тем меньше денег скапливается в наших руках.

– Ну сам посуди, в большинстве своем Мортимеры живут на доходы с акций, как я, например, как Дэйн…

– Нет, меньшая часть. Очень многие мои родственники заводят свое дело. Представителям нашего клана принадлежат семь из десяти самых крупных корпораций Асгердана. Но это, в общем, не важно. Мало ли поводов…

– Хорошо, вот один из вариантов. Бизнес. Согласен, может быть, и не только. Ведь Блюстители Закона отправили нас на Черную Сторону вовсе не из-за бизнеса.

– Из-за бизнеса тоже. Ты слышал, что за время нашего отсутствия законники пытались наложить арест на наши счета? Бессмысленное действие, ведь больше восьми десятых всех наших средств находятся в обороте…

– Я не слышал. Но это не доказательство.

– Конечно. У нас уже вошло в привычку вешать на законников всех собак. Уверен, здесь они не замешаны. Законники всегда стремились манипулировать другими при помощи законодательных актов и параграфов.

– Выходка с черными – прям пример подобной деятельности, – проворчал Дэйн.

– Прекрати, брат. Это исключение. Исключение подтверждает правило.

– Не всегда, Мэл, не всегда. Порой оно становится первым сигналом, что противник решил изменить манеру поведения. Но мы увлеклись. Ты прав, у нас нет никаких признаков того, что здесь принимали участие законники. Да и насчет других кланов… Не знаю. Слишком это рискованно. И слишком не похоже на наших рафинированных и степенных патриархов. Это больше напоминает выходку какого-нибудь безумного и одинокого мага, который в этой жизни несет ответственность только перед собой. И в том, что касается Диланэй… Кому они могли помешать? И чем?

– Не представляю, если честно. Они-то как раз были самым обычным центритским кланом. Разве что очень многочисленным… Их было, по-моему, не меньше, чем Эшен Шема, а это ж не клан, а целый конгломерат.

Руин с недоумением помотал головой и машинально осушил бокал. Мысли в его голове метались, не давали ему покоя, но в единую систему представлений никак не складывались. Через мгновение он понял, что просто сильно устал. Надо было дать себе отдых, отложить решение на потом – может, за ночь без спешки обработав полученную информацию, сознание выдаст какую-нибудь идею. По крайней мере, откуда можно попробовать начать поиски.

Вселенная представлялась ему смешением темных и светлых пятен, в глубине которых тьмы едва ли не больше, чем в самой загадке. Само «проклятие младших сыновей» казалось ему абсурдным – зачем нужно накладывать такое, особенно если при этом рискуешь столь многим? Ну ладно, Диланэй просто пытались уничтожить, притом самым экономичным способом. Возможно, преследуемая цель уже увенчалась успехом и во Вселенной осталась только одна Диланэй – его мать… Кстати, Мэл ничего не сказал о том, что для женщин этого клана проклятие безвредно. Может, и его мать рано или поздно настигнет рок? Нельзя допустить такой беды.