Чтение онлайн

Она кивнула и подошла к забору. Осмотрелась, словно не замечая меня, и села на землю, прислонившись спиной к забору. Я медленно сел по другую сторону. Мы долго молчали. Каждый думал о своем. Не знаю, о чем думала Она, а вот я размышлял, обижена ли Она на меня. Может стоит поговорить? Что-то объяснить? Или сделать вид, что я и не волновался вовсе?

Я собрался с силами и обернулся, но Ее уже не было. Она ушла так незаметно! Либо я слишком увлекся своими мыслями. И все же Она приходила. Она была здесь. И была очень близко.

Только увидев рассвет, я побежал к новым ящикам еды, которые я вскрыл на шестой день, и нашел там пластиковый контейнер со свежими сливами. Именно такого цвета был рассвет, только с редким вкраплением оранжевого. Я представил, насколько Ей понравятся сливы, и сразу же отбросил мысль подарить ей шоколад.

Я выбежал к лесу. Она уже стояла там. Улыбалась, будто рада меня видеть, хотя я в этом сомневался. Я медленно положил контейнер со сливами на землю и отошел на несколько шагов.

– Вкусные, – сказал я. – Попробуй.

Она нагнулась за контейнером, ловко открыла его и медленно съела первую сливу. Ей точно понравилось, я видел это по Ее лицу. Я видел по тому, как Ее рука потянулась к следующей костянке. Но Она воздержалась.

– Надеюсь, мы встретимся снова.

Она кивнула и задумалась, закрывая контейнер.

– Я обязательно приду завтра, – сказала Она. – Если не будет дождя.

Восемь слов! В два раза больше, чем в прошлый раз! И все новые, все разные. А голос! С хрипотой, но такой приятный! Я был очарован. Эти слова сделали это лето самым лучшим из шестнадцати.

Она помахала мне рукой и скрылась в лесу, а я, прыгая от счастья, побежал домой.

Проклятье! Кошмар! Утром начался такой сильный дождь, что испарины обволоки все окно, а за стеной воды не было видно ни восходящего солнца, ни леса! Она точно не придет. Я не увижу Ее сегодня, как не увижу и завтра, ведь Она никогда не приходит в последний день. Какая несправедливость! Осталось так мало времени, так мало…

Я записал все Ее слова, сказанные вчера, и дважды перечитал их, вспоминая Ее голос. Дождь не давал мне выйти на улицу за продуктами, дождь не давал мне пройти к лесу. Я пытался, но мой зонт уже совсем исхудал, а сильный ветер мотал его из стороны в сторону. Если Она и пришла, я не мог этого знать.

Весь вечер я проплакал в подушку, жалея себя. И снова бессмысленная трата дня. Лето подходит к концу.

Последний день лета. Обычно самый спокойный из всех. Этот день не стал исключением.

Я выглянул в окно. Земля еще не успела просохнуть после вчерашнего ливня, а вот небо было чистейшим. Ни облачка. Зато над поднимающимся солнцем сияла одинокая, но яркая звезда. По сути своей, наше Солнце – тоже звезда, разве нет? Значит ли это, что сегодня на моем небе две такие близкие звезды, но такие далекие? Я же вижу, как они близко. Руку протяни! Но я знаю, что они в разных галактиках. Как же обидно!

Я знал, что Она не придет сегодня, поэтому занялся домашними делами. Перетащил ящики с провизией, которые накопились возле дома за несколько дней. Наконец-таки починил стену, теперь зимой будет теплее. Систематизировал библиотеку в дальней комнате, как делаю каждый год. Иногда в темноте я ставлю книги абы как, а летом привожу полки в порядок.

И каждые полчаса я выглядывал в окно в сторону леса, выискивая Ее. Во мне еще теплилась надежда, что мы сможем нормально поговорить. Я все еще ждал, что узнаю Ее. Надежда не умирала.

Но до самого вечера Она не вышла. Не нарушила свою традицию. Первый и последний день лета – Ее дни. Ей не до меня. Но ничего.

Через год темноты и холода наступит следующее лето. Может, в следующий раз все получится? Может, в следующий раз мы будем долго разговаривать?

Ну а пока я буду повторять все двенадцать Ее слов, как молитву. «Твоя кожа такая бледная. Я обязательно приду завтра. Если не будет дождя». Прекрасные двенадцать слов. По одному слову на месяц.

Хуже больниц может быть только бегство от них. Все равно что убегать от немыслимого кошмара. Как бы далеко ты не уехал, в какую бы нору не забился, тебя настигают собственные мысли и страх. Всепоглощающий страх перемен, он как песок забивается тебе под одежду, провоцируя зуд, но от него не спасешься хорошим душем. Поэтому так спокойна дорога. Кажется, что пока ты в пути, перемены тебя не настигнут. Нет. Они не смогут догнать твою черную машину, купленную с рук. Ты давишь на педаль с единственной мыслью: в жопу всех.

Но человек рядом, самый дорогой человек, не дает тебе забыть о страхе. Она смотрит на тебя с мудростью годов, провоцируя на очевидный разговор. Все и так знают, о чем идет молчаливая беседа, состоящая из косых взглядов, полуулыбок и вздохов. Но никто не осмеливается первым произнести слово. Мать оказывается умнее.

– У тебя такое лицо, будто случился конец света, – наконец сказала она.

– Я просто прикидываю шансы, – ответил я, стараясь не смотреть на нее.

– Иногда надо просто смириться.

– С детства ты утверждала, что смирение не для меня. Мне нужно быть сильнее проблем, ведь так?

– Некоторые проблемы не победить. Рак не победить. – Мама отвернулась в сторону окна. – Надеюсь, мне постелют красный ковер, когда я буду на смертном одре.

– Еще не поздно, мы можем оплатить курс лечения, у меня есть деньги.

– Я не хочу лечиться. Сама возможность пролежать годы в больнице и потерять все, включая цвет кожи, убивает меня быстрее рака. Нет.

– Значит, план прежний?

– Прежний.

Мы ехали по шоссе, пока светило солнце, а после полуночи я остановился на обочине. Спать в машине – удовольствие сомнительное, тем более в костюме. Пуговицы рубашки впивались мне в тело, отчего я долго не мог уснуть, но усталость взяла свое.

Проснулся я уже далеко за утро. Мамы рядом не было, и я подорвался, словно кто-то поднес будильник мне прямо к уху. Я вышел из машины и быстро нашел ее. Она стояла прямо в лесу, обняв дерево. Сейчас она напоминала дриаду, а может, даже богиню. Платье, отсутствующий взор. Точно, древняя богиня.