Чтение онлайн

В глазах у сыщика мелькнул огонек, хотя он и старался сделать вид, что это его мало интересует.

— Нашел я один загадочный дом. Не дом, а крепость! Собак одних целая свора, даже толком с хозяйкой поговорить не удалось. Но церковные машины в этом доме бывают, и часто.

Сано посмотрел в упор на сыщика. Фудзисава заерзал на месте. Он еще держал в зубах сигарету, но с трудом сдерживал желание порасспросить репортера.

— Я узнал, — продолжал Сано, — что священники из церкви святого Гильома каждый вечер бывают в этом доме. Иногда они снимают с себя мрачные балахоны, облачаются в штатские костюмы и куда-то уходят. Как вам это нравится?

Фудзисава больше уже не мог сдерживаться.

— A-а, ты… — он уставился на Сано таким взглядом, словно собирался его растерзать. — А… г-где же это?

Сано готов был запрыгать от радости. Так, значит, полиция ничего не знает про этот дом! Хорошо же, он их поводит за нос.

— А разве вы не знаете?

— Ну ладно, хватит в прятки играть! Где этот дом?

Сано быстро взвесил все «за» и «против». Обменяться с сыщиком сведениями и получить у него такую информацию, какую бы ни один репортер у него не вытянул, дело стоящее.

— Удивительно! А я-то думал, что вы все знаете, — с невинным видом продолжал Сано.

— Ладно, Сано! Не будем больше препираться. Скажи, где этот дом? Прошу тебя! — чуть ли не заискивающим тоном проговорил сыщик.

— Ну конечно, если полиция на самом деле не знает про этот дом, я с радостью скажу, ведь это поможет следствию, но…

— Но что?

— Но с одним условием. Сами понимаете, каких трудов мне стоило разыскать этот дом.

— Г-гм… — хмыкнул Фудзисава, понимая, что это за условие. Он, казалось, обдумывал, соглашаться на сделку или нет, и прикидывал, что можно сообщить репортеру в обмен на его сведения…

От Фудзисава Сано на машине помчался к станции О. — в обмен на его сведения Фудзисава назвал адрес лавки, где были куплены китайские грибы.

В самом начале следствия внимание прессы привлекали эти пресловутые грибы, обнаруженные при вскрытии трупа. Почти все репортеры сходились на том, что за эту ниточку и надо держаться. В течение двух дней девушку где-то скрывали. Если установить, где она ела эти грибы, клубочек стал бы распутываться.

Трудно было понять, известно ли полиции что-нибудь по этому вопросу или нет. Молчали и сыщики.

Консервированные свежие грибы были очень дорогим деликатесом. По сведениям, полученным у оптовиков, они поставлялись почти всем магазинам розничной торговли столицы. Репортеры, поделив между собой районы старались узнать, где были проданы эти грибы в тот день, но ничего наводящего на след не нашли. Одно только стало известно: блюда, в состав которых входили грибы, тоже относились к разряду деликатесов.

Сначала предполагали, что это китайские блюда, и поэтому проверили рестораны с китайской кухней высшего класса. Особое внимание репортеров привлекали рестораны, посещаемые иностранцами.

Однако позднее выяснилось, что грибы были нарезаны не тонкими ломтиками, а кусками. Иными словами, они были нарезаны не так, как это делают повара, а по-домашнему, то есть не в ресторане.

Когда Сано добрался до рынка, расположенного неподалеку от станции, продавцы лишь раскладывали свои товары, покупателей было еще мало.

Сано пошел прямо в «Идзумия». Он понял, что адрес сыщик дал ему правильный — здесь в основном торговали заграничными консервами.

У прилавка мужчина и женщина сортировали продукты.

— Доброе утро! — подчеркнуто громко поздоровался Сано, чтобы его не приняли за покупателя.

Женщина обернулась. Она оглядела его с ног до головы, очевидно приняв за страхового агента.

— Я из газеты.

Сано протянул свою визитную карточку. Теперь и мужчина отвлекся от своей работы. Он подошел к Сано, чтобы взглянуть на визитную карточку.

— Я к вам по поводу свежеконсервированных грибов… Вы, наверно, уже знаете, в чем дело. К вам приходили из департамента полиции?

— Да… приходили.

Хозяева многозначительно переглянулись.

— Мне сказали, что в вашей лавке третьего апреля были проданы две банки грибов. Это верно? — спросил Сано.

— Да… но нас просили об этом никому не говорить, — ответил мужчина.

— Это мне известно. Но и мы, работники прессы, со своей стороны прилагаем все усилия, чтобы найти убийцу. Вы, конечно, слышали об этом деле. И вот эти самые грибы могут оказаться очень важной уликой, так что прошу вас мне помочь.

— Не знаю, право, как быть…

Хозяину, по-видимому, и самому хотелось поговорить с Сано, он буквально сгорал от любопытства, и сдерживало его лишь данное полиции слово.

— Раз уж вы специально за этим пришли, придется все, что знаю, сказать, — проговорил он наконец.

— Благодарю, — учтиво поклонился Сано. — Вы точно помните, что продали эти консервы во втором половине дня третьего апреля?

— Да, совершенно точно. Эти консервы очень дорогие, их ведь не так часто берут. А в тот день сразу взяли две банки.

— А как выглядел покупатель?

— Это была дама лет тридцати. Такие покупатели не частые гости в нашей лавке.

— Она не постоянный ваш клиент?

— Нет, по-моему, она была у нас впервые. Своих постоянных покупателей мы знаем. Эту даму мы никогда раньше не видели.

— А как она была одета?

— Очень элегантно. Наверно, из богатой семьи, раз ходит на базар в дорогом кимоно.

Кимоно! Значит, дама вышла ненадолго и должна жить где-то неподалеку от станции. А отсюда можно сделать вывод, что убитая последние два дня перед смертью провела не в гостинице, а у кого-то в доме, поблизости от этой станции.

В то утро в церкви святого Гильома происходили бурные события.

С утра к церкви стали подъезжать машины различных газет.

Въехав в ворота, они останавливались на церковном дворе, образуя беспорядочную стоянку. Журналисты, покинув машины, шли прямо в церковь. За каждым из них следовал фоторепортер с большой камерой.

— Мы хотим проинтервьюировать священника Торбэка, — в один голос заявили они.

У входа в церковь стояли двое: церковный староста — японец и европейский священник. У обоих лица выражали непреклонную решимость.