Чтение онлайн

По углу съёмки я понимала, что этот человек остаётся снаружи стены, на улице возле одних из ворот, через которые можно было попасть на студию.

Толпа людей толкала и пихала того, кто делал эту запись на смартфон.

Половина людей в толпе подняли телефоны и снимали небо.

Однако, честно говоря, меня не интересовала толпа.

Я хотела, чтобы он снова поднял камеру вверх… на тот странный свет.

А так он лишь странно отражался на лицах толпы, засвечивая и поляризуя свет и тени, заливая и искажая цвет кожи людей, которые явно стояли прямо под ним.

— Какого чёртова хрена… — пробормотал Гэррити.

Они с его помощницей обменялись мрачными взглядами.

Своим светом я послала сигнал Мике и Джаксу.

Мои глаза не отрывались от настенного монитора.

Они до сих пор показывали толпу.

Не дожидаясь, пока Джакс или Мика заговорят, я послала слова в их сторону.

«Если вы не смотрите телевизор, включите. Убедитесь, что Ярли и остальные в Сан-Франциско тоже это мониторят».

Я почувствовала, как они подтверждают, что услышали меня.

Мой взгляд снова сосредоточился на мониторе.

Раздались голоса ведущих новостей.

— …Этот феномен в небе не повторился, — говорил мужчина. — Мы ждём запись того момента, когда это случилось изначально. Но как это описать, Лани?

— Очень яркий свет, — сказала женщина-комментатор, которая явно сама смотрела на монитор. — Нам сказали, что он сверкнул вокруг тёмного места, почти как во время затмения. Свидетели на месте описали это как «большую дыру» в небе… как какую-то проекцию или оптическую иллюзию. Есть сообщения, что через неё что-то прошло…

Прилив… чего-то… ударил меня прямо в центр груди.

Дурное предчувствие. Очень нехорошее.

Откровенный страх.

Может, это происходило от какой-то сверхъестественной встроенной системы тревоги.

Что бы там ни было, вместе с этим пришла вспышка понимания.

Я знала, чем это вызвано.

Я знала, что пришло через ту «дыру» в небе.

Не совсем, но приблизительно я знала.

Но это невозможно.

Я не могла оказаться права.

Ничто не могло такое сделать.

Ничто.

Кроме меня.

Эта мысль вызвала очередную волну паники в моём живом свете. Я собиралась связаться с Ярли, с Микой, с Джаксом, может, даже с Даледжемом…

Из динамиков монитора раздался грохот, заставивший их издать характерное шипение.

Все за столом подпрыгнули.

Толпа по другую сторону монитора разразилась ахами и криками.

Два ведущих ахнули вместе с толпой, глядя на картинку на мониторе.

Камера поднялась к небу, и кадр на мгновение сделался полностью белым от солнца, а потом показал голубое небо с крупными белыми облаками.

Репортёр на месте, предположительно Руди Нгуен, хрипел так, будто бежал, а может, переживал паническую атаку. Он говорил в микрофон, который шипел и работал с перебоями, искажался от криков и толчков, а также других панических звуков и хаоса вокруг.

Тем временем, камера его телефона продолжала дёргаться, картинка выбивалась из фокуса.

Я пыталась разглядеть, что он снимает, чёрт возьми.

Я хотела заорать на телевизор, чтобы он стоял неподвижно.

Затем свет затмился тенью.

Я мельком увидела массивное серое крыло, заслонившее солнце.

Все за столом вскрикнули и отпрянули по-настоящему.

Французский президент и германский канцлер вскочили на ноги.

Они попятились от стола.

В какой-то момент я тоже встала.

Теперь половина собравшихся стояла возле монитора и смотрела на мелькающие изображения. Тени пресекали свет солнца. Я чувствовала, как моё сердце бешено колотится, а дыхание замирает в груди.

Затем я это услышала.

Тот характерный крик, эхом разносящийся по небу.

Глава 8. Новая проблема

«БЛЭК».

Я швырнула в него свой свет и разум, мои мысли были жёсткими как стекло. «БЛЭК, МЫ ГОВОРИЛИ ОБ ЭТОМ… Я ДУМАЛА, ТЫ НЕ СТАНЕШЬ ЭТО ДЕЛАТЬ».

Тишина.

Я вспомнила, что на самом деле он так и не согласился не делать этого.

Я сказала ему не делать этого, а он практически отмахнулся от меня.

Я старалась не думать о серо-белой крапчатой, похожей на булыжник коже, которую я видела на этих мелькающих кадрах, или о более тёмно-серой коже крыльев… и это ни капельки не напоминало мерцающую переливающуюся черноту, которую я ассоциировала с драконьей формой моего мужа.

Я прикусила губу… затем отбросила это чувство.

Должно быть, это игра света.

Что-то не так с камерой.

«БЛЭК! — заорала я в то пространство. — ОТВЕТЬ МНЕ, МАТЬ ТВОЮ!»

Затем до меня дошло кое-что ещё.

Я не была до конца уверена, что он способен ответить мне в такой форме.

Я не осознавала этого до данной секунды, но я не помнила, чтобы действительно говорила с ним, когда он прежде был в форме дракона.

Не думаю, что я хотя бы пыталась.

Честно, вид Блэка-дракона был для меня каким-то почти мистическим опытом.

В оба раза, когда я сталкивалась с его драконом, я наблюдала за ним, пока не приходила пора вернуть его. Затем мне не требовалось говорить, чтоб вернуть его ко мне. Он возвращался более-менее самостоятельно, как только видел меня, и я открывала для него свой свет.

Теперь я смотрела, как на экране мелькают тени, и пыталась снова увидеть само существо. Камера слишком много дёргалась и тряслась. Крики переполняли комнату, и я пыталась решить, стоит ли выйти отсюда, поискать тихое место… может, кладовку… чтобы открыть чёртов пространственный портал и прыгнуть к моему мужу.

Я обвела взглядом бледные лица собравшихся за столом.

Единственным, кто встретился со мной взглядом, был Уэстон «Уэсти» Бэнкс из ЦРУ.

В его светло-голубых глазах мелькали отражения теней и света от монитора, и я отвернулась. Мои челюсти сжались. Я повернулась к двери конференц-зала…

«Мири?»

Я застыла, мои глаза метнулись обратно к монитору на стене.

«Блэк?»

Я чувствовала, что он занят и уделяет мне лишь половину внимания.