Черное платье
Шрифт:
Наташа тихо проговорила:
— Больше мне ничего не нужно…
— Это ты сейчас думаешь, что не нужно. А когда станет нужно, что будешь делать, ты подумала? Смотри, не пожалей… Позовешь — поздно будет.
Наташа отвернулась.
— Уходи.
— Я-то уйду… а ты-то вот с кем останешься?
— Прошу тебя, уходи.
Наташа встала и открыла дверь.
Виктор взял со стола букет и шампанское, вышел в коридор, подошел к входной двери, сунул цветы под мышку, чтобы освободить руку, повернул собачку замка и, не оборачиваясь и не произнося ни слова, вышел из квартиры. Наташа постояла несколько секунд, потом вернулась в комнату, поправила на столе скатерть, села на диван и откинулась на кожаную спинку. "Ну вот и все", — подумала она и закрыла глаза.
Прошло четыре дня. Наташа ждала Сережу из школы. Когда старые настенные часы, которые она недавно починила, пробили пять, она еще не начинала волноваться, потому что Сережа предупредил ее, что задержится в школе после уроков. В семь было уже темно, и она подумала, что пора бы ему вернуться, когда услышала звонок в дверь. "Иду!" — крикнула она и пошла открывать. Перед ней стоял Денис Копылов, которого она не видела со дня их возвращения из клиники.
— Здравствуй, Денис! — сказала Наташа. — Сережи еще нет, но ты проходи. Он сейчас придет.
— Теть Наташ, он не придет! — выпалил Денис, который долго придумывал, как сообщить ей новость, которую принес, так, чтобы она не испугалась, но так ничего и не придумал.
— Как не придет? — только сейчас она заметила, что мальчик взволнован. Она почувствовала, что у нее холодеют ладони, и тихо повторила: — Как не придет?
— Теть Наташ, вы не бойтесь! Я знаю, где он. Я поеду с вами. — Заметив, что она побледнела, Денис быстро проговорил: — Он жив, с ним все в порядке.
— Где он?
— Он у этих, которые его прошлый раз…
— Господи… Откуда ты знаешь?
— Он позвонил нам — у вас телефона-то нет! И потом, я про него все знаю, он мне в больнице все рассказал.
— Что рассказал?
— Он просил, чтобы я вам все объяснил и поехал с вами на старую квартиру.
— Зачем?
— Чтобы вы попросили этого… как его… Виктора дать вам одну вещь.
— Господи, какую вещь? Ты знаешь, где Сережа? Опять в Отрадном?
— Нет, не в Отрадном. Но я знаю где.
— Денис, говори скорей. Я сейчас пойду в милицию.
— В милицию нельзя. Если вы пойдете в милицию, его убьют.
Наташа села.
— Теть Наташ, вы не бойтесь. Вы только сделайте, что он просит, и все.
Наташа постаралась взять себя в руки.
— Объясни скорее, что произошло.
Денис набрал полные легкие воздуха и начал свой рассказ, из которого Наташа узнала, как двадцать пятого мая бандиты схватили Сережу у дома Павловского, как привезли на склад за Киевским вокзалом, как пытались узнать, не оставил ли ему отец какой-нибудь предмет вроде дискеты на сохранение, и как Сережа сказал, что ничего не знает. И что только в самолете, когда они летели в Алма-Ату, вспомнил, что в марте отец был у них дома и, судя по всему, что-то спрятал у них в кухне.
Денис с Сережиных слов объяснил, в каком именно месте это могло находиться.
— Но ведь потом там был ремонт!
— Сережа сказал, что надо спросить у Виктора, не находил ли он там дискеты.
— О, Господи, у Виктора… — Наташа схватилась за голову. — Что же делать!
— Он сказал, чтобы вы не вызывали милицию, иначе его убьют. Еще он сказал, что если его отец вам что-то давал на сохранение, то вы должны привезли это с собой.
— Где он?
— В Сосновке, справа от железной дороги. Большой кирпичный дом.
— О, Господи…
Наташа попыталась представить себе реакцию Виктора, когда она придет к нему и спросит про дискету, и не смогла. После того, что произошло…
— Теть Наташ, скорее. Я поеду с вами.
— У Виктора наверняка никакой дискеты нет. А если есть, он не даст. Надо идти в милицию.
— Нельзя в милицию, говорю вам — его убьют.
— Что же делать? И почему он не спросил у Виктора раньше? И что там на этой дискете, он тебе сказал?
— Он и сам не знает. А еще он думал, что на новом месте его не найдут. Он вообще-то хотел к этому Виктору залезть в квартиру. И меня просил, чтобы я помог. Я согласился, а он потом передумал. А говорить с ним он не хотел.
— Почему же он мне ничего не сказал?
— Не знаю…
Денис насупился и как-то странно посмотрел на нее.
— Не знаешь?
— Нет.
— Ты что-то не договариваешь! Денис, если тебе что-то известно — скажи.
— Я правда не знаю. Он сам не хотел говорить.
— Что не хотел говорить?
— Я спросил, почему он вам ничего не сказал, а он как-то странно…
— Что?
— Не знаю я… Он мне еще говорит: ты извини, я тебе все рассказал, а это сказать не могу.
— Что — "это"?
— Да не знаю я!
— Господи! Ладно… Надо собираться.
Наташа старалась не думать о том, чем все это может кончиться. Она выпила несколько глотков воды, потому что у нее пересохло во рту, и начала одеваться. Через сорок минут они уже были возле ее старого дома в Сивцевом Вражке.
— Подожди меня здесь, — бросила она Денису и, преодолевая слабость, вошла в подъезд.
Виктор оказался дома и, увидев ее в дверях, мрачно протянул:
— А-а… это ты.
Он повернулся к ней спиной и направился вглубь квартиры. Наташе показалось, что он слегка пошатывается.
— Я не хотела тебя беспокоить, извини. Я только хотела спросить…
— Да? — перебил он, поворачиваясь к ней, и улыбнулся какой-то кривой улыбкой. — Ну, давай, спрашивай!
"Боже мой, — подумала Наташа, — он, кажется, пьян".
— Ты не находил здесь какой-нибудь дискеты, когда делал ремонт? В кухне, например?
— Какой дискеты? У тебя, если я правильно понял, компьютера нет.
— Пожалуйста, скажи! Мне очень нужно. — Она старалась держать себя в руках, не злиться и не нервничать.
— Тебе нужно? — повторил он насмешливо. — А мне-то какое дело?
— Никакого. Но я тебя очень прошу — если ты нашел дискету, отдай ее мне.
— А что мне за это будет?
Наташа помолчала.
— А что ты хочешь?
— Чего я хочу? Ты сама знаешь. Но ты же меня прогнала? Я же для тебя не гожусь. Ну, не гожусь и ладно. Только я что-то не пойму: ты зачем пришла? Передумала, что ли?