Чтение онлайн

Сверху взрываются звезды, падая на нас, золотые на фоне серого мира, обжигающие кожу, а затем…

— Блять! — Солон ревет, его ногти впиваются сильнее, еще один гортанный животный рык вырывается из его груди, и я сжимаю его член, пока кончаю, крепко прижимая его к себе, пока он не начинает замедляться.

Черт возьми.

Я падаю на стол, прижимаюсь щекой, пытаюсь дышать, безучастно глядя на серый мир. Остатки звезд все еще сверкают золотом, затем медленно тускнеют. Не знаю, было ли это волшебством или результатом секса в «Черном солнце», но это очень красиво.

Солон прерывисто выдыхает, проводит дрожащей рукой по моей заднице, успокаивая кожу, где, я уверена, остались отпечатки его ладоней.

— Иногда я не могу контролировать силы, — бормочет он в качестве извинения.

Мне даже нечего сказать. Я так счастлива, что кажется, будто кто-то оторвал мне голову и привинтил ее задом наперед. Не ощущаю свое тело, оно принадлежит Вселенной, сотканной из звездной пыли и космоса.

В конце концов, он выходит из меня, оставляя пустоту. Я слышу, как застегивается молния на его брюках, чувствую, как сдвигается стол, когда он встает с него. Он обходит стол, появляясь впереди. Его веки тяжелы, улыбка ленива, когда он смотрит на меня сверху вниз. Пряди волос упали ему на лоб, придавая взъерошенный вид, который у него редко бывает.

— Должен сказать, я никогда не делал этого раньше, — говорит он, протягивая ко мне руку. Хватает за талию и поднимает со стола, как будто я легче перышка.

Мои ноги подкашиваются на каблуках, поэтому я прислоняюсь спиной к краю стола, удивленно глядя на него снизу вверх.

— Ты никогда раньше не трахался раком?

Он закатывает глаза к потолку, скривив губы, вероятно, от отвращения к моей формулировке.

— Я никогда раньше не трахался в «Черном солнце».

— Ой. А ты видел звезды?

— Да. Это было… необычно.

— Что ж, ты доказал свою правоту, — говорю я ему, небрежно улыбаясь. — У нас определенно есть свой ритм, — затем я вытягиваюсь на цыпочках и заправляю ему волосы за уши. — Ты в порядке? Ты…боишься, что навредил мне?

Он качает головой, глядя на меня сверху вниз.

— Нет. Не в этот раз.

— Возможно, наблюдавшие восхитились твоим лучшим поведением.

Он смотрит на призрачных вампиров, которые едва пошевелились.

— Я бы вряд ли назвал это своим лучшим поведением, моя дорогая. Твоя задница будет красной еще несколько дней.

— Я быстро выздоравливаю, помни, — напоминаю я ему, поправляя его галстук, и проверяя, прикрыты ли мои сиськи платьем. — Может, вернемся в реальный мир?

Он кивает, и по щелчку его пальцев позади нас появляется пылающий дверной проем.

— Вау, — говорю я. — Ты должен научить меня, как это делать.

— Держу пари, ты уже знаешь.

Затем на его лице появляется серьезное выражение. Он наклоняется и хватает мою руку, успокаивающе сжимая ее, поднося к своим губам, запечатлевая нежный поцелуй на тыльной стороне ладони, его глаза не отрываются от моих.

— Ты моя слабость, Ленор, — тихо произносит он, касаясь моей кожи. — У меня никогда ее не было. Пока ты не появилась.

Мое сердце замирает от его слов, и я таю, как золото.

Господи, я принадлежу этому мужчине.

Даже не могу ответить.

И не обязана этого делать.

Он отнимает мою руку от своего рта, а затем ведет через горящую дверь обратно в другой мир.

Пламя исчезает, и мы снова становимся цветными.

Цвета, шум, запахи и около десяти вампиров, смотрящих на нас широко раскрытыми глазами.

— Впечатляет, Абсолон, — говорит женщина с длинными светлыми волосами, глядя на нас обоих с лукавой улыбкой.

Я стараюсь не краснеть. Должно быть, нас не было всего минуту, и они увидели или почувствовали, что мы трахаемся, как бешенные животные.

Он ничего не говорит женщине, просто крепче сжимает мою руку и выводит нас из сигарного зала. Я все еще не в себе, ошеломлена случившимся, пытаюсь вспомнить каждый момент, потому что не хочу, чтобы в моем мозгу произошло короткое замыкание, как в прошлый раз, когда он хорошенько меня трахнул.

И вижу, что Солон тоже такой, а не как обычно, собранный. Его походка нетороплива, он выглядит расслабленным и раскрепощенным, глаза яркие и сияющие.

Мы возвращаемся на вечеринку, и Вульф встречает нас там.

Солон отпускает мою руку и подходит, чтобы хлопнуть Вульфа по спине.

— Хорошая попытка, — говорит он с искренним смехом, и Вульф одаривает его невинным взглядом в ответ. — Я знаю, что ты пытался сделать, золотой мальчик.

Я улыбаюсь им, испытывая теплый и покровительственный инстинкт по отношению к ним обоим, когда мой нос наполняет запах серы.

«А вот и ты», — говорит зловещий голос у меня в голове.

Я оборачиваюсь как раз вовремя, вижу вспышку зубов, когда они сжимаются на моей шее, и моя кровь проливается на пол.

ГЛАВА 21

Проходит полсекунды, прежде чем наступает боль, агония от острых чужих клыков, впивающихся в мою кожу, осознание того, что не Солон кусает меня, пьет кровь.

Я кричу.

Музыка перестает играть.

Вампир высасывает кровь, а затем отцепляет свою челюсть от моей шеи и, спотыкаясь, отступает на несколько шагов с выражением благоговения и гнева, и кровью на лице, уставившись на меня.

— Это она! — объявляет вампир толпе. — Это дочь Джеремайса! Я попробовал ее кровь, я знаю!

Я оцепенело смотрю на него, прижимая руку к шее, пытаясь остановить кровотечение. Вульф уже рядом, держится за меня, а Солон направляется прямо к вампиру, медленнее, чем обычно, из-за расслабленного состояния, в котором мы оба находимся, но он все равно идет.

Протягивает руку и хватает вампира за горло, отрывая его от пола, сжимая так сильно, что кажется, вот-вот обезглавит. Ему требуется все силы, чтобы восстановить контроль над собой, его злость неописуема. Все в клубе остановились, на их лицах паника, они не понимают, что вызвало ярость Солона.

— Кто. Ты. Такой? — Солон выдавливает из себя слова, каждое из которых вонзается, как острейший нож. — Кто ты такой?

Я думаю, этот вампир так же незнаком Солону, как и мне. У него короткая стрижка и черные глаза, кожа мертвенно-бледная, моя кровь стекает по его подбородку. Солон глубоко вдыхает, и я знаю, что запах моей крови на ком-то другом сводит его с ума.