Чтение онлайн

Дом Ады был выбран неспроста — особняк, который ей арендовали, был ближе всего к комплексу Академии, а вход в канализации был всего в нескольких десятках футах отсюда согласно схеме подземных тоннелей.

Брату Арсению, Софии и брату Матиасу, сервитуарию Ады, мы сказали, что нужно будет усиленно готовиться к предстоящим экзаменам. Мужчины одобрительно закивали, как игрушечные болванчики, своими старческими головами и заверили, что не будут этим вечером нас лишний раз тревожить. Одна только София проводила нас пристальным взглядом. В десять, когда прибудет Ян, мы разъедемся по домам, а до того момента Арсений и Оре будут дожидаться нас в комнате для прислуги.

Теперь, когда до начала нашего плана оставалось меньше часа, спокойствие было не возможно сохранять никому, и каждый пытался себя чем-то занять, чтобы совсем не впасть в смятение. Ада в очередной раз перечитывала страницы «Священных войн», касаемые обряда инициации. В волосах блестела заколка с острой металлической шпилькой, которая послужит отмычкой вместе с небольшим складным ножом, припрятанным в ее поясном кошеле. Там же дожидался своего момента и перстень с электрумом. Ари аккуратно перебирал содержимое своей сумки, где лежали шесть маленьких чаш, фляга с водой, теплые эбонитовые жеоды, мешочек с горстью камней и предварительно отрезанная Адой в теплице при кухне веточка свежей мяты — все то, что нужно будет нам на ритуале. У меня же дожидались своего часа спички, восковые свечи и подаренное Адой зеркальце на случай, если нужно будет оглядываться из-за угла.

Минуты ожидания угнетали, давили куда сильнее, чем страх неудачи. Каждый из нас сидел в тягостном молчании, ожидая боя часов как смертного приговора. И когда снизу раздался громогласный звон, провозглашающий о начале шестого часа, мы все резко дернулись, словно отошли от глубокой дремы.

— Давайте собираться, — предложила Ада под наши одобрительные кивки, а затем, весело подмигнув Ари, добавила. — И даже не вздумай подглядывать!

Парень залился краской, что-то бормоча себе под нос, и тут же отвернулся. Мы же спрятались за резной створчатой ширмой, где нас дожидались заранее выбранные комплекты одежды.

Поразмыслив на досуге немного, мы обе решили, что юбка — не самая удобная одежда для такого предприятия, особенно учитывая, что придется много двигаться, и Ада предложила выход — одежду для верховой езды.

Сначала я не поняла, чем она решает нашу проблему, но, когда набелитка гордо продемонстрировала бархатный сюртук и кожаные брюки, меня постиг ужас поболее страха быть пойманной в Академии.

— А что такого? — набелитка нахмурилась, переводя взгляд на развешанную стройными рядами коллекцию своих нарядов.

— Н-но это же ш-штаны… — запинаясь лепетала я, не понимая, почему Ада держит такое в своем гардеробе.

— И? — она недоуменно на меня посмотрела. — Мне что, на лошади тоже в платье надо ездить?

— Да! — с жаром выпалила я. — Я, конечно, не любитель верховых прогулок, но дома у меня осталось несколько специальных платьев…

— Пф, вот дурость! — отмахнулась Ада. — Это же жутко неудобно! У нас, народа кочевников, свое отношение к этому. Издревле и мужчины, и женщины должны были держаться в седле, а в платье за мужем не поспеешь. Представь, как было бы неудобно пересекать сотни миль степей в юбке, ужас!

— Но это же дикари, что с них взять… — я сразу же прикусила губу, стоило этой фразе вырваться против моей воли. Ада сразу же прищурилась, как она это обычно делала, когда была в ярости. — Я имею ввиду… неужели у вас так у всех заведено?

— У нас есть и юбки, и специальные женские широкие штаны, если что. А еще у нас могут носить такие откровенные наряды, что ты умрешь на месте от стыда, — она скрестила руки. — Но если хочешь таскаться с грязным подолом в канализации, я не стану тебе мешать.

— Нет, не хочу, — негромко сказала я, краснея, и протянула руку.

Мы перемерили с ней не один ее наряд, пока не нашли подходящее мне — все же Ада была несколько пышнее и в бедрах, и в груди, да к тому же и выше ростом, и потому почти все весело на мне мешком. Зато как она была довольна, то и дело заливаясь смехом, когда я, робея, выходила перед ней в непривычном наряде. Штаны, несомненно, имели ряд удобств, но в юбке я чувствовала себя куда комфортнее и спокойнее.

В итоге мы остановились на теплых шерстяных штанах, кафтане и парой плотно прилегающих к голени высоких сапог на заклепках. Ада предпочла любимые ею кожаные высокие облегающие брюки и приталенный напоминающий фрак сюртук. Как только каждая из нас переоделась, на плечи мы накинули шерстяные накидки с капюшонами. Именно в таком виде мы показались перед ошалевшим Ари, взгляд которого тут же устремился к нетипичному элементу женского гардероба, задержавшись, к удовольствию Ады, взглядом на месте, где сходились ноги девушки, а затем стыдливо отвел глаза в сторону. Проследив за Хусом, я попыталась прикрыть бедра кафтаном, благо его длины хватало на это.

Ари тоже переоделся, сменив свой чистый и наглаженный камзол на простой дорожный костюм, судя по всему, привезенный из дома. Стоило парню сменить имперское облачение на кожаную с мехом куртку, длинную подпоясанную рубаху и свободные шерстяные штаны, его нельзя было не спутать ни с кем, кроме как с жителем сурового северного края. Правда вот, сам парень не выглядел довольным, одергивая капюшон накидки.

Обе стрелки на часах устремились точно в пол. Пора.

Ада подошла к окну, аккуратно открыла деревянные створки, и склонилась над плотным мраком, окружившее двухэтажное здание.

— Пойду первой, — неуверенно сказала набелитка, и осмотрелась в напрасной надежде, что кто-то из нас решится взять инициативу на себя.

Осуждающе вздохнув, она залезла на подоконник, перекинула ноги и, поставив ступню на удобный деревянный упор, начала медленно спускаться по обвитой виноградом стене. Шпалера, прикрепленная к стене, оказалась надежной и даже ни разу не скрипнула, пока Ада спускалась на крышу теплицы. По приглушенному стуку и последующему шуршащему хрусту мы поняли, что подруга благополучно съехала по припорошенной снегом стеклянной крыше.

Ари пошел следом. Он не издал не звука, но по глазам было видно, что внутри него идет жестокое сражение между рассудительностью и животным страхом, готовым уже во всю паникой охватить и сковать хилое хрупкое тело. Пока парень не скрылся в ночи, я видела его бледные дрожащие пальцы и устремленный вниз взгляд.

Хотелось крикнуть ему — «Не смотри под ноги, смотри только на зацепы», но знала — любой шум сразу же привлечет внимание. Парень кряхтел и пыхтел, но вскоре послышался стук, свидетельствующий об успешном преодолении северянином препятствия.

Когда настала моя очередь, я чуть прикрыла окно за собой, когда высунулась наружу. Из всех я была самой ловкой — детская сноровка, как ни странно, никуда не делась, а второй этаж для меня, прожившей среди отвесных скал и стен старинного замка, по которым я частенькокарабкалась в тайне от Софии, воображая себя каким-то очередным сказочным героем, был препятствием не страшнее лестничного подъема.

Вниз я спускалась быстро и уверенно. В отличие от песчаника, за гладкое шлифованное дерево каркаса было куда проще держаться, если бы только голые ветки виноградника не кололи кожу в отместку за свой потревоженный покой, то и дело норовя оставить царапину-другую обидчику.