Чтение онлайн

— Ах, вы как раз вовремя, — заметив нас, Асцила поправила съехавшие на переносицу очки. — Сайрус, это твои сегодняшние подопечные.

Молодой человек вежливо поклонился, когда профессор Церсория представила нас. Сайрус Чембер с нескрываемым интересом разглядывал нашу троицу. Темно-серые с платиновым отливом волосы выдавали в нем останские корни, в очередной раз напомнив об Александере Вибере. Но голубые глаза горели живым любопытным огнем без тени презрения.

— Для меня будет большой честью показать благородным господам, чем занимаются наши исследователи, — торжественно объявил он, и жестом указал следовать за ним.

— Так вы на последнем курсе, господин Чембер? — поинтересовалась я, успев укутаться на ходу перед тем, как шагнуть навстречу жалящему морозу.

— Можете звать меня просто Сайрус, госпожа.

— Вы не из Малого Дома? Не помню там Чемберов, хотя, зная непостоянство вашей аристократии, у меня могут быть устаревшие сведения, — едко заметила Ада. В ней в снова проснулась та самая заносчивая и высокомерная аристократка, которую я не видела уже очень давно.

— Вы правы, госпожа Набелит. Я не дворянин, — Сайрус не отреагировал на ее бестактное поведение. — Видите ли, мой отец — маркграф Элиот Миддлтон. Чембер — фамилия моей матери, которая служила в его маноре.

На мгновение Ада скривилась, словно бы ей предложили отведать прокисшего молока.

— И давно бастарды удостоены чести получать образование в самом престижном учебном заведении Империи?

— То было решение отца, и за это я перед ним в неоплатном долгу. Для маркграфа Миддлтона нет ничего зазорного в том, что незаконный ребенок будет верой и правдой служить на благо нашей семьи. Я рос на равно с другими детьми сэра Эллиота, Тем более, мне не светит никакое наследство, так что моим сводным братьям не нужно беспокоится по этому поводу.

— Интересные у вас обычаи… И каждый дворянин так спокойно принимает всех своих отпрысков?

— Скорее, это прихоть самого маркграф. Вы не думайте, в наших традициях не очень принято как-либо признавать таких… как я, — его губы тронула печальная улыбка. — Отец считает, что для благополучия Дома хороший специалист, тем более со связями в Столице, всегда будет нужен. Но не будем об этом. Прошу простить мое любопытство, но студенты такого статуса и происхождения, как вы, интересующиеся научными исследованиями — это большая редкость!

— Вы — не первый кто говорит нам такое, — заметила я.

— Понимаю, что вами движет простой интерес, однако обычно первогодкам хватает и тех занятий, что входят в их курс. Мало кто выбирает тяжелый и тернистый путь науки по своей воле.

— Имеете виду, что обычно это потомственные ученые? — уточнил Ари.

— Да, господин Хус. Какое бы разностороннее образование не стремилась дать Империя, все равно все сводится к тому, что каждый из нас занимает предписанное нам на роду место. Почти все так или иначе решают продолжать дело своих родителей.

Я горько усмехнулась. Отсутствие выбора. Вот она — цена нашей стабильности и процветания.

— Так что же вызвало у вас, молодые господа, интерес к исследовательской деятельности?

— Мой отец обожает всякие такие штучки, — напускная надменность набелитки улетучилась сама собой, стоило ей с горящими глазами начать рассказ. — В Миреме часто проводят ярмарки изобретателей, где мне даже довелось однажды увидеть паровой механизм. А во дворце есть целая коллекция заводных механизмов в виде разных зверей, птиц, рыб и насекомых.

— У падишаха Рушана очень тонкое чутье на технический прогресс. Механические животные стоят не дешево и сложны в изготовлении. А еще, как мне известно, он вкладывает большие средства в изучение и изобретения, которые могут облегчить труд земледельцев и скотоводов.

— Земли Набелита велики, и до сих пор не все возделаны, — кивнула Ада. — На юге сколько пустынь и степей, которые можно было бы превратить в цветущие оазисы… Правда мы с отцом не сходимся во мнениях. Он думает, что технический прогресс рано или поздно приведет к тому, что мы возьмем верх над природой.

— А вы, госпожа?

— А я считаю, что раз магия все еще часть нашего мира, нельзя терять возможности использовать ее для нашего блага.

Останец задумался, явно пытаясь подобрать правильные слова.

— Империя очень жаждет уменьшить количество маналитов во всех сферах нашей жизни, это так. Так или иначе, те малочисленные источники маналитов закончатся, — продолжил останец. — Магией не решить всех проблем, поэтому мы и стремимся найти их решения, заменив маналиты нашими собственными разработками. В основном, именно на это нацелены имперские ученые и изобретатели.

— Полагаю, Имперская Гвардия тоже очень заинтересована в этой области? — спросила я, вдруг вспомнив вскользь брошенную фразу Роксли, когда я попалась им с Манолисом.

К моему удивлению, Сайрус недоверчиво и пораженно посмотрел на меня.

— С чего вы это взяли, госпожа?

— Ну… — я замялась, не ожидая такой реакции. Я то думала, взаимодействия гвардии и Академии в порядке вещей, но, похоже, просчиталась. — Моя сервитуария как-то говорила, что любые научные открытия в первую очередь используются для войны, а потом уже для мирных целей.

Останец недовольно поморщился.

— Ваша сервитуария ввела вас в заблуждение. Может быть, так было когда-то в темные века, но сейчас наука служит общему прогрессу и мирному процветанию, а не становится оружием. Если гвардия и использует какие-то изобретения, то только свои личные модификации. Никакие исследования и разработки не могут проводиться под патронажем военных. Это принципиальная позиция академического сообщества.

Эти слова заставили меня не на шутку задуматься. Может быть, я что-то не так поняла, или мне послышалось… Не могут же в стенах Академии проводится исследования в тайне от руководства, да еще и для Имперской Гвардии?

Сайрус прокашлялся, и повернулся к Ари.

— Господин Хус, можно ли теперь у вас узнать, чем вас заинтересовала наука? Профессора Церсория отзывалась о вас как о способном и усердном юноше с отличной успеваемостью, однако же вы — будущий наследный правитель Нортланда. Дом Хус славен своей воинской подготовкой. Не свойственно северянам с вашими… кхм, традициями, стремится к свету Имперских Истин…

— Не стоит судить о нашем народе по предрассудкам, — оборвал его Ари, не резко, но с явным раздражением. — Я знаю, что о нас в остальных провинциях все еще думают, как о варварах, живущих сражениями и охотой. Однако это далеко не так. Нортланд веками жил за счет набегов и войн с соседями, и сейчас, с новыми порядками, северянам приходится нелегко. Мы ищем способы возделывать землю, не смотря на неблагоприятный климат. Год за годом мы расширяем наши владения все дальше на север, где есть недоступные горные гряды, сулящие нам сокрытые в их недрах природные ресурсы. Если я… — он замолк и одернул сам себя. — Когда я стану ярлом, я хочу прославиться тем, что обеспечу своим людям землю, которая сможет их прокормить, дома, что смогут выдержать непогоду, круглогодичную работу для тех, кто не входит в ряды стражи или ратников.