Чтение онлайн

Через несколько минут сверху раздалось негромкое посвистывание.

–  Ау, Этьен, или как там тебя? Залезай!

Тихо выругавшись, граф полез по веревочной лестнице наверх.

Комната была небольшой, с двумя постелями, вместительным сундуком, столом и четырьмя табуретками, одна из которых пребывала в крайне неустойчивом положении в силу отсутствия у нее двух ножек. На тяжелой двери с внутренней стороны был как толстый деревянный засов, так и ушки, на которых висел амбарный замок.

–  Ну что, стоят эти хоромы пяти золотых крестов в день? Кормежка включена!

–  Меня интересует не комфорт и еда, а то, насколько просто будет Инквизиции найти это убежище, - мрачно проговорил Этьен, бросая висевшую через плечо сумку на крышку сундука.

Иль ухмыльнулся.

–  Поверь, сюда они не сунутся. Смотри, - эльф сбросил капюшон, на мгновение приник ухом к двери, удовлетворенно хмыкнул, и, вновь накинув капюшон, быстро снял замок, отодвинул засов и распахнул дверь.

На двери красовалась табличка: "Святая Инквизиция".

–  Но…

–  Не бойся. Это одна из тех комнат, которые есть в каждой таверне, и предназначены они специально для церковников. Даже в случае обыска сюда не сунутся Инквизиторы младшего ранга, а старшие никогда не принимают личного участия в захватах еретиков, колдунов и нелюдей. От нас никто не ждет такой наглости - прятаться от Инквизиции за дверью с табличкой "Святая Инквизиция".

–  А если кого-то будут искать пусть даже младшие инквизиторы, но с полномочиями от кого-то сверху, достаточными для того, чтобы обыскивать и такие комнаты?
– все же засомневался граф.

–  Трактирщик - наш человек. В случае появления подобных личностей, он даст знак, - Иль кивнул на колокольчик в верхнем углу.
– Того времени, которое потребуется Инквизиторам, чтобы сюда добраться, хватит, чтобы уйти в подземный ход.

–  Хорошо, я согласен. Меня это вполне устраивает.

Задумчиво посмотрев на Этьена, Иль вдруг бросил ему небольшой ключ.

–  Что это?
– поинтересовался граф, поймав ключ на лету.

–  От сундука. Там есть всякие полезные вещички, которые могут пригодиться человеку, не желающему, чтобы его узнали. Ладно, устраивайся, а мне пора. С тебя задаток - тридцать золотых.

Получив деньги, эльф пожелал удачи и нырнул в потайной ход. Захлопнувшаяся за ним крышка вошла в пазы так точно, что если бы Этьен не знал, где она находится, то искал бы ее не один стан. Если бы вообще догадался, что здесь есть какой-то потайной ход.

Оставшись один, граф быстро просмотрел содержимое сундука и остался более чем доволен. Прикинул время - сейчас должно было быть раннее утро, где-то полстана до рассвета. Усмехнувшись, он переоделся, и сунул в сумку длинный женский плащ из дорогого шелка с капюшоном-клобуком - такими пользовались богатые аристократки, не желающие в той или иной ситуации показывать своего лица.

Спустя двадцать минут из таверны "Имперский крест" вышел полноватый купец среднего роста, с короткими светлыми волосами и жиденькой бородкой на одутловатом лице. Его карие глаза окинули улицу быстрым взглядом в поисках извозчика.

Такой нашелся возле соседнего дома. Мужичок лет пятидесяти посапывал на облучке двуколки.

Сев на заднее сиденье и назвав адрес, Этьен недовольно скривился - краска, капля которой перекрашивала глаза на несколько станов, неприятно щипала, а подушечки за щеками мешали говорить.

Улицы были еще свободны, и двуколка остановилась у нужного дома буквально через пятнадцать минут. "Купец" бросил извозчику серебряную монету, и, велев подождать, скрылся в доме.

–  Кто вы такой, уважаемый?
– настороженно поинтересовалась пожилая аристократка, когда граф появился на пороге гостиной - ключ от входной двери у него был, а постоянных слуг старая леди не держала.

–  Госпожа Мари, это я, Этьен, - улыбнулся он, осторожно стягивая парик.

–  Надо же, а я вас и не узнала, друг мой, - Мари де Реннит медленно встала из кресла, опираясь на трость.
– Судя по вашему гриму, вы все же обратились к тем людям, которых я рекомендовала…

–  Увы, я не смог найти убежище за день.

–  Готова спорить - вы его и не искали. Впрочем, это не так важно. Я прошу вас об одном - будьте осторожны.

–  Конечно, герцогиня.

–  Если желаете чаю, вам придется обслужить себя самостоятельно - Энни еще не пришла, - как ни в чем не бывало, продолжила Мари.

–  Нет-нет, благодарю, но мне нужно спешить. Как он?

–  Спит. Всю ночь бился в лихорадке, бредил, звал кого-то, но я, к сожалению, не разобрала имен. Где-то стан назад успокоился и уснул. Вы сейчас заберете его?

–  Да. Вы и так подвергли себя риску, я не имею права…

–  Прекратите!
– леди стукнула тростью по полу, сурово нахмурив брови.
– Я не могу оставить вашего друга у себя не потому, что не хочу подвергать риску себя, а потому, что здесь небезопасно в первую очередь для него самого. Мой сын может навестить меня в любую минуту, и если он заметит в моем доме не-человека, которого, к тому же разыскивает Святая Инквизиция, он не пощадит ни меня, ни его.

–  Простите, Мари, - Этьен поклонился.
– Я не хотел вас обидеть.

–  Я вас прощаю, - милостиво кивнула герцогиня.
– Увы, проводить вас не могу - впрочем, вы не хуже меня знаете, как пройти в комнату, где спит ваш друг.

Согласно кивнув, граф взбежал по лестнице на второй этаж и толкнул дверь небольшой комнатки.

Полуэльф был в сознании, хотя и не осознавал окружающую действительность - его карие глаза с золотыми крапинками были подернуты мутноватой пленкой, двигался он сковано и неуверенно, но - мог стоять на ногах, хотя и недолго. Этьен в который раз поразился способностям Мари - он прекрасно помнил, в каком состоянии спасенный находился буквально сутки с небольшим назад.

–  Нам нужно идти, - мягко проговорил он полуэльфу. Тот вздрогнул от звука голоса, протянул руку наугад, пытаясь коснуться - граф перехватил узкую ладонь.
– Вставай. Нам нужно уходить, слышишь?

Глаза раненого на мгновение прояснились.

–  Конечно…

–  Ты сможешь идти?

Полуэльф несколько секунд молчал, потом осторожно кивнул.

–  Не очень долго - думаю, да.

Спустя двадцать минут он спустился, осторожно поддерживая за плечи хрупкую фигуру, закутанную в черный шелковый плащ. Капюшон надежно скрывал лицо, только длинные золотые пряди, кое-где выбившиеся наружу, спадали на грудь.