Чтение онлайн

— Тебе не надо беспокоиться, — промурлыкал он и склонился, втянув носом аромат моих волос. Прикосновение губ к виску вызвало волну протеста по всему телу. — Знаешь, нам стоит закончить то, что мы начали на кухне.

— Не боишься, что мой муж тебя в порошок сотрет? — поинтересовалась я, поднимая взгляд к лицу Харламова.

— У него нет шансов, — улыбнулся мерзко Михаил в ответ. — Даже магия не защищает мага от пуль. Да и он не рискнет нападать, тем более посреди оживленного города.

Ой, наивный дурак.

— Аня, какого черта ты до сих пор не собралась? Пошевеливайся! — вновь рявкнула Лиза, и я заметила девчонку, шустро бросившуюся к семье. Из-за спины Ани за колонну прошмыгнула пушистая задница моего крола. Едва очутившись в безопасном месте, Бубенчик с усердием принялся скрести пол и стирать одну из многочисленных рун.

Ах ты же моя демоническая умница с ушами.

— Знаешь, почему я вышла замуж за Эйдана? — протянула, заметив искры, пронесшиеся по стыкам между стенами. Несколько защитных рисунков мгновенно погасли, стоило нарушить целостность печатей.

— Из-за смазливой внешности? — фыркнул Михаил, спускаясь ниже и ведя меня за собой. — Но ничего. Все равно ваш брак в нашем мире недействителен. К тому же скоро Эйдан нам вовсе не понадобиться для осуществления планов.

На старт. Внимание.

— И какого же? — притворилась я заинтересованной, ощущая неожиданный всплеск силы мужа совсем рядом.

Пришлось приблизиться к Михаилу вплотную, стоя на ступеньках, и коснуться ладонями крепкой груди. Мягкость рубашки заставила затаить дыхание, а потемневший взгляд Харламова предлагал отложить переезд часика на два.

— Мы научились внедрять магию всюду. Приложения, игры, товары — достаточно крохотной частички, чтобы заразить всех вокруг. Если маме удастся найти способ управлять этой силой без проводника, тогда мы сможем контролировать все! Для этого у нас есть лаборатории, люди и связи. Понимаешь?

Теперь понятно, как Елизавета управляла сознанием людей. Магия и наука — опасное сочетание. Используя ворованную силу Бездны, Харламова легко изменяла нужные воспоминания через Эдика. Даже нам.

— Ненавижу мировое господство, — пробормотала я.

— А? — удивился Михаил, поняв, что поцелуя не будет.

Мониторы затряслись, магия в резервуарах внезапно забурлила и стекло покрылось трещинами. Нас ощутимо тряхнуло, и я едва успела схватиться за остатки перил, удержавшись на ногах от мощного силового удара по стенам.

— Что происходит? — озадачился Марат, схватившись за плечо побледневшей Елизаветы. Вот она все поняла быстрее остальных и повернула голову в мою сторону, обжигая ненавидящим взглядом.

На самом деле даже самые гениальные планы ломались очень легко. Достаточно щепотки невезения, сумасшедшего сына и кролика, который усердно портил защитные руны.

— Бум, — выдохнул восхищенно Арден, прекратив биться в руках рослых охранников.

Вместе с ним неожиданно поднял к безмолвным святым голову Эдуард, что взирали с полустертых фресок на потолке. Звон вылетевших из рам стекол смешался с истошным воем тьмы, проникшей в церковь. Огромная черная тень заполонила каждый угол, отбрасывая любого, кто оказывался у нее на пути. Мы с Михаилом дружно присели, защищая головы от многочисленных осколков. Недолго думая, я воспользовалась моментом, чтобы столкнуть Харламова с лестницы. Ударила Мишу по ногам, с силой надавив на грудную клетку, слыша его испуганный крик.

— У нас семейный сбор, а меня опять забыли позвать? — раздался голос Эйдана, стоило бури немного утихнуть.

[1] Фольклорный герой и легендарный воин Беовульф владел двумя непобедимыми клинками, которыми вооружился для боя со знаменитым огнедышащим змием.

Первый меч героя Хрунтинг подвел своего владельца. Та же судьба постигла и второй клинок с поэтичным названием Нэглинг — он сломался пополам, оставив бравого молодца совершенно безоружным.

Но Беовульф не растерялся и наподдавал тумаков дракону. В кровожадной схватке погибли оба, а нам осталось изучать изображение древнейших клинков благодаря иллюстрированным эпосам и свиткам.

Однажды мы с Инной пошли в кино на очередной боевик из серии: «Там красивый актер, подруга». Основная часть повествования содержала сцены с перестрелками и лишь процентов двадцать выделили на краткий пересказ жизни персонажа картины. Страдания по погибшей семье, месть, совершенно безумные и ненужные диалоги о долге. Хотя впечатлило меня не это, а момент, когда герой появился в тылу врага — один с пистолетом. Вокруг, конечно, десяток элитных бойцов и каждый второй держал бравого мстителя на мушке.

Сейчас передо мной развернулась примерно такая же картина: Эйдана, с десятка два людей с пистолетами и белая как мел Елизавета Сергеевна. Красота.

— Дорогой, ты пришел, — напускная радость в голосе мамочки Харламовой немного умилила. Особенно после того, как я узнала всю подноготную злобной стервы.

«Скорее принесло», — хмыкнула про себя, заметив, шустро спрятавшегося за очередной колонной, Бубенчика.

— И я соскучился, мама, — почти радостно объявил Эйдан и раскинул руки для объятий, вызвав панику среди солдат своей матери. Взгляд янтарных глаз метнулся от дрожащего Эдика, скользнув по тому с полным равнодушием, ко мне. Темно-русая бровь немного приподнялась, как бы спрашивая: «Все, окей?».

— Ах ты сука, — прошипел Михаил, с трудом поднимаясь на ступеньках. Волосы растрепались, лицо перекосило злобой.

— Жена бежит, осторожнее в выражениях, — предупредила я, кивая за спину. К нам уже мчалась Юлия.

— Я думала, ты подождешь нас дома. — бормотала тем временем Елизавета. Она металась между желанием что-нибудь соврать и отдать приказ на уничтожение сына. Вот только понимала, что пока Эйдан ей был нужен живым. — Нам надо многое обсудить, в том числе мне стоило прояснить некоторые моменты…

Меня снова дернули за сцепленные руки, не давая дослушать слезливые оправдания. Темный взгляд Михаила обещал кровавую расправу и страшные муки за отказ принять расположение. А мне не нравилось, когда мою персону водили на поводке за собой. Особенно если рядом появлялась немного истеричная супруга вашего «сопровождающего» и начинала голосить в ухо.

— Миша, отпусти ее! — потребовала Юля. Она уперла руки в бока, обжигая меня банальной ревностью.

— Заткнись! — огрызнулся благочестивый супруг и потянул меня вперед. — Пошли, надо ехать.