Чтение онлайн

— Да, девчата, — наконец, задумчиво протянул парень. — Версия насчёт магии тускнеет, а на поверхность всплывает одна сплошная физика. Вот, например, — прямо из воздуха полилась струя воды, словно из крана. Васька встал под неё, смывая песок, налипший на мокрую одежду. — Это я установил связь между озером в глубоком месте и точкой у себя над головой. Идите, купаться.

Подруги синхронно фыркнули, и каждая устроила себе такой же душ. Им оказалось достаточно уловить идею, а уж повторить увиденный «фокус» — проще простого. Ведь их не до конца пока понятные возможности управляются мыслью, а уж насчёт воображения ни у одной из них никаких проблем нет.

Ох и предусмотрительными стали девушки. У всех под одеждой оказались купальники. Мокрые вещи развесили на солнышке, выложив содержимое карманов. Прямо выставка получилась. Ножик имеется у каждой, зажигалка, щипчики для ногтей, иголка с ниткой — это, считай, обязательные предметы. А дальше — свободный полёт фантазии. У Зульки, например, леска с крючком и дробиной грузила. Васька хмыкнул, было, разглядывая «экспозицию», однако тут же подвергся доброжелательной критике.

— Ты не хмыкай, разумник наш. Как связалась с тобой, так и не знаю, каких ещё приключений ждать на свою голову. Может, объяснишь, пока одежда сохнет? — язвительно произнесла девушка.

Вот так. Призвали к порядку. И что? Объяснять про необходимость соблюдать осторожность и хорошенько обдумывать каждое действие? Так про это любому ребёнку с младых ногтей толкуют и родители, и учителя. Нет, тут нужны примеры. Наглядные и показательные.

Мальчик подумал секунду, а потом…

— Смотрите! Это я соединился с высотой примерно двадцати километров. Только проход сделал тоненьким, чтобы не остаться в безвоздушном пространстве:

Все уставились на песок под ногами, который затягивало в невидимое отверстие. Он поднимался, захваченный потоком воздуха, стягивался к незаметной окружности, отстоящей от поверхности на несколько сантиметров, и пропадал из виду. Васька поводил этим «наконечником» из стороны в сторону, что было заметно по перемещению области потревоженного грунта.

— Считай, пылесос, — Махины глаза сделались задумчивыми.

— Считай. А вот ещё, — Тонкая струя воды разрезала валун, лежавший метрах в тридцати. — Это я в глубину моря направил воображаемый взгляд, только не так, чтобы самому смотреть, а как бы камень глядит. Иначе меня бы разрезало, а не его. Хм! Что бы ещё такого учудить, великого и ужасного? Ага. Вот выворотень.

Лица «волшебников» обратились к дереву, поваленному ветром и обращенному в их сторону корневищем. Васька навёл на него «окно» так, что на поперечном срезе стали четко видны годовые кольца. Потом напрягся, тряхнул головой и… ничего не произошло.

— Не вышла задумка, — он честно сознался и повторил попытку.

Комель, словно отхваченный огромной невидимой бритвой, отделился от ствола.

— Знаешь, Лера, возможно, что котиков ты именно таким способом и уконрапупила, — вздохнул парень. — Представь себе, что в окне появилось стекло, а потом само сместилось в поперечном направлении.

— Похоже. Барсика. Я не хотела, чтобы из него на меня брызнули… — она запнулась. — И пожелала, сама не поняла чего. Хорошо, что ты сформулировал. Про стекло. А то представить представила, а, как назвать, не сообразила.

— Стекло, говорите! А если вот так? — Зульфия «показала» вид озера под водой. Словно объективом камеры она водила из стороны в сторону, и на «экране», возникшем перед ней в воздухе, проплывали рыбы, нижние части стеблей тростника, илистое дно.

Маха попыталась схватить карася, но рука отскочила, ударившись о что-то твёрдое. Васька тут же отвесил ей подзатыльника:

— Дура!!! Ты что творишь?! Видела же, что с деревом было! А если бы Зулька «помогла» тебе и на чистом рефлексе пропустила твою руку? Вода бы тут-же на нас хлынула, а где осталась бы твоя ладонь? Ведь она бы сразу убрала проход! Думать надо до того, а не после!

Выражение злой обиды, возникшее на девичьем лице после получения затрещины, немедленно сменилось непередаваемым ужасом.

— Прости меня, Васенька. Я больше так не буду, — Маха вдруг сделала шаг вперёд и обеими руками схватилась за плечи друга, да так и повисла на нём. У неё подогнулись ноги.

— Да уж, мальчики и девочки, — констатировала Зульфия. — Магия — страшная сила. Не напрасно в книжках у Роулинг ей учат семь лет.

— Не напрасно, — задумчиво кивнул головой Васька. — А ведь мы только начали разбираться с Леркиными туфельками. Машкины пирожные всё ещё загадка для меня, как и Зулькин компьютер. Кстати, а ведь на Тибете сейчас день ближе к вечеру. Не просушить ли нам одежду потоком тёплого воздуха?

— Лучше в Сахару заглянуть. Там явно теплее, — ну вот, и у Марии голова заработала. Пришла, значит, в себя после пережитого ужаса.

Пока девчата сушили тряпки, Васька занялся созидательной «магией». Благо, древесный ствол оказался под рукой. Силой воображения наводя поле зрения на нужные места уже однажды «распиленного» древесного ствола и «вставляя стекла», он отделил от него нужные отрезки брёвен, «выбрал» пазы, «расколол» лесину вдоль и позвал подруг помогать в сборке скамеек. Маху, предложившую «перебросить» детали волевым усилием, дружно остановили — не хватало им только новых неожиданностей. Тут с одними доставаниями предметов чуть до трагедии дело не дошло! Так что — носили руками, благо было недалеко и ничего тяжеловесного среди изготовленных деталей не наблюдалось.

Три скамьи установили буквой «П», а будущее кострище в центре обложили камнями, для чего той же магией «разделали» на бруски ранее распиленный водой валун. Собирая дрова, девчата сразу «резали» валежины на поленья уже отработанным приёмом с «установкой стекла» и смещением поля зрения.

Костер весело пылал, когда Васька принёс к нему последнюю охапку топлива.

— Чем разжигали? — спросил он подозрительно.

— Солнышком, — улыбнулась Мария.

— Что-о? Прямо из короны? — вытаращился Васька.

— Не такая уж я дура, Васенька. Прямо здесь взяла свет. Как Лерка увеличение настраивала, так и я вообразила себе воронку. Сверху пошире, а снизу, над поленьями, поуже. Словно увеличительное стекло, собирающее лучи в одно место! — самодовольно произнесла Машка.

— Кстати, извини за «дуру», — вдруг смутился парень. — И за подзатыльник.

— Я не сержусь, — улыбнулась девушка. — Поняла, что это ты от волнения из-за меня.

— Бьет, значит, любит, — буркнула себе под нос Лерка.